Периферия
Шрифт:
Я прошёл к кровати, стоявшей в дальнем углу и отгороженной ширмой, и увидел Эльвиру. На фоне тёмно-синей подушки её осунувшееся лицо по-прежнему казалось бледным, как мел. Руки лежали поверх простыни, и с них клочьями сходила обгоревшая кожа. Похоже, что наш целитель был прав относительно способностей вампиров к регенерации. По крайней мере я уже мог различить невооружённым глазом нежные зачатки ногтей на изуродованных пальцах. К правой руке тянулась трубочка от аппарата для переливания крови.
Услышав
— Напарник… — хрипло прошептала она и попыталась улыбнуться, но распоротые мышцы лица не слушались.
— Как ты тут? — Я аккуратно присел на краешек кровати. — Я ведь так толком и не поблагодарил за помощь.
— Ничего… Я не в обиде… Со мной и так тут носятся…
— Твердислав уже рассказал. Благодарность с занесением в досье — да ты первый вампир, заслуживший такое!
— Может… возьмёте… к себе в Дозор? — Каким чудом Эльвира ухитрилась состроить изуродованным лицом ироническую улыбку, знала, пожалуй, одна только Тьма. — Дадите… внеочередную лицензию?
— Если она тебе нужна — дадим, — помрачнев, ответил я.
— На кой чёрт? Я никогда… не охотилась… на людей… Мы должны… заботиться о них…
На секунду мне показалось, что я ослышался. Вампирша, рассуждающая, как Светлая? Или она уже бредит?
К счастью, Эльвира сама развеяла мои сомнения:
— Люди — пища… Наш скот… А за скотом надо ухаживать… Пасти… Вести селекцию… Не надо убивать… Можно хлебнуть, чтоб остался жив… Беречь ресурсы… и с вами не ссориться…
Тёмная. Всё-таки Тёмная.
Неожиданно я почувствовал смутное сожаление, точно и впрямь надеялся, что нежить сможет перейти на нашу сторону.
— Отдыхай, — сухо сказал я и поднялся с кровати. — Поправляйся.
Эльвира кивнула и закрыла глаза. Прядь волос на её виске откинулась, открыв обрубок, уже потихоньку разрастающийся в нормальное ухо.
Глава 3. Схрон
Наш кабинет почти не пострадал при налёте и сейчас, в сером предутреннем полумраке, казался таким же, как обычно. Единственным изменением был портрет Сергея в траурной рамке, висевший на месте его плаката.
Весь отдел был в сборе — крепко получив по зубам, Ночной Дозор сжался в кулак, готовый теперь к любым неожиданностям. Обменявшись рукопожатиями с Олегом и Кириллом, покосившись на уснувшую за столом Ингу, я тихонько присел в углу.
— Ну, что делать будем? — поинтересовался Олег, явно продолжая разговор, начатый ещё до моего прихода.
— Патрулирование… — задумчиво предложил Кирилл.
— Сейчас в каждый патруль надо ставить пол-Дозора! — отрезал Олег. — Двух-трёх магов просто убьют! А настройка, сам понимаешь, ничего не даёт — они больше не пользуются Зовом, нападают на любую подвернувшуюся жертву.
— О чём речь? — осторожно
— Вампиризм, — буркнул Кирилл. — Пять случаев за вчерашний день. Трое людей убито, двое выжило, причём в одном случае — стопроцентная инициация. Отловить преступников не можем — не хватает сил.
— А другие Тёмные?
— Оборотни поджали хвосты и сидят на них ровно. Наши информаторы сообщают о каких-то трениях между ними и вампирами. Вроде бы кто-то там кого-то покусал… Маги и ведьмы копят Силу, но вроде бы особого вреда людям пока не причиняют.
— Да, вот ещё. На Дубраве ночью зафиксирован второй выброс, — добавил Олег. — Всё то же самое…
Он поднялся из-за стола и с хрустом потянулся.
— Ты вот вернулся… — пробормотал командир, зевая. — А я, как закончится вся эта чертовщина, уйду, наверное, в отставку. Отправлюсь куда-нибудь в глушь, в Бобруйск. И если увижу там хоть одного Иного, возьму ружьё и буду стрелять. Серебряной дробью в задницу. Или бить дубинкой. Осиновой. Прямо по наглой Иной роже.
— Укатали сивку… — подала голос проснувшаяся Инга. — Никуда ты не уедешь. У тебя ж не то что на ауре — на лбу написано: "Законченный дозорный". У нас не служба, а диагноз… Что решили насчёт патрулирования?
— Бессмысленно… — начал было Олег, но Инга не дала ему договорить:
— А отдавать людей на съедение — это, конечно, имеет глубочайший смысл, недоступный всякой серости, вроде меня? Сама понимаю, что опасно, но есть другой выход?
— Превентивные акции? — с робкой надеждой в голосе предложил Кирилл.
— Это как ты себе представляешь? — спросил Олег. — Развоплощение всех вампиров города? А заодно — оборотней, суккубов и инкубов, магов и ведьм? Как любил говаривать товарищ Сталин: "Хароший мисль. Но нэ своеврэменный"… Если же серьёзно, то стоит нам тронуть законопослушного Тёмного, нами займётся Дневной Дозор.
— Да в гробу мы их видали! — продолжал хорохориться Кирилл. — Пусть только сунутся!
— Ой, не торопись! Мы ведь до сих пор ещё не сталкивались с ними по-настоящему. Те Тёмные, что атаковали офис, — Олег покосился в сторону портрета Серёги, — были штатскими. Кто знает, как всё сложилось бы, если бы в штурмгруппе пошли Тёмные дозорные?
— Да уж, — поддержал его я. — Лучше пять диких вампиров, чем одна Пелагея. А уж против Агона устоит только сам Твердислав.
— Вампиры… — с непонятным выражением произнёс Олег. — Давай, Следопыт, рассказывай, что там у тебя с ними вышло.
Чуть поколебавшись, я рассказал всё. Выслушав меня, командир некоторое время молчал, обдумывая, а потом задал неожиданный вопрос:
— Следопыт, когда ты вчера ночью… поминал Серёгу… Ты музыку слушал?
— Да, — ответил я. — Понимаешь, невмоготу было сидеть в тишине…