Периферия

Миндаль Саша

— Заметил? — покосился в мою сторону Твердислав. — "Зерцало мага", локальный барьер. Любой Тёмный, прошедший без разрешения, получит разряд… На наших гостей, конечно, поставлен допуск — нечего задержанных терять раньше времени.

— Эту бы штуку да во время атаки… — вздохнул у меня за спиной Андрей. — Она ж, зараза, Силу жрёт, как лесной пожар. И так через пару дней придётся снимать.

Машина остановилась возле главного входа. Здесь по-прежнему царил хаос, однако большую часть мусора уже успели отгрести в сторону. На секунду мне стало стыдно: вместо того, чтобы устраивать вчерашний спектакль, мог бы придти на работу и помочь ребятам.

Мы выгрузились. Андрей

с напарником потащили вампира в подвал, где у нас располагалась КПЗ. Бывал я там, когда приходилось допрашивать задержанных Тёмных, но добровольно никогда спуститься не решусь — гаденькое место, что ни говори, хоть ауру и чистят регулярно… Эльвиру на носилках отволокли в медсекцию, а меня шеф поманил рукой:

— Яковлев, зайди ко мне!

Пришлось вслед за Твердиславом подниматься на второй этаж.

Обычно кабинет любого дозорного высокого ранга сразу же может многое сказать о его владельце. Не был исключением и кабинет нашего шефа.

Самой заметной деталью тут был письменный стол — его хотелось мгновенно завернуть в целлофан и на руках отнести в ближайший музей, потея от мысли, что на этот шедевр может сесть хотя бы муха. Двухсотлетней давности творение безвестных крепостных мастеров было поистине великолепно: инкрустация чёрного и красного дерева на столешнице, резные картины-медальоны с библейскими сценами, великолепная сохранность — за два века стол ни разу не ремонтировали. Однако всю эту красоту накрывал кусок банальнейшего плексигласа с неровно вырезанными на нём символами — один из элементов магической защиты кабинета.

Поверхность стола была голой, как Сахара — Твердислав терпеть не мог раскиданные бумаги и регулярно устраивал "головопорку" неряшливым сотрудникам. Вся служебная документация, кристаллы с магическими записями и вещдоки по делам, которые вёл лично шеф, хранились в ящиках, на футуристического вида стеклянных стеллажах у стены, позади обычного офисного кресла, или в здоровенном сейфе с рельефным двуглавым орлом на дверце. Впрочем, хранились — понятие весьма относительное. На столе у Твердислава действительно ничего не валялось, но зато на стеллажах царил лёгкий беспорядок. Именно лёгкий — не настолько всё было раскидано, чтобы хотелось уже сгрести всё напрочь и выкинуть в помойное ведро. И именно беспорядок — прозрачные файлы, старомодные картонные папки и разнообразная магическая мелочь лежали, по большому счёту, как придётся.

На столике возле громадного, во всю стену, окна стоял компьютер — древний системный блок со скважиной для ключа, явно помнящий ещё времена 286-х процессоров, клавиатура одной из первых серий со 101 клавишей, затёртая до блеска механическая мышь… и отличный 17-дюймовый монитор вместе с новенькими колонками "Genius". От ребят из нашего техотдела я знал, что начинка доисторической "двойки" давным-давно заменена на нечто суперсовременное, но трогать всё, что на виду, шеф категорически запретил. Как и все наши старики, Твердислав сильно привыкал к вещам и ненавидел их менять.

С первого взгляда было заметно, что компьютером пользовались. Ощутимо западали несколько клавиш — левый "Alt", пробел и курсорные. Я прекрасно знал, почему. Трудно поверить, но древний маг совершенно по-детски обожал компьютерные игры-стрелялки. Он мог часами резаться как в старомодные "Blood" или "Doom", так и в своё последнее увлечение — "Quake-III". Причём, как мне говорили, играл в свои 3D-шуттеры шеф всегда честно, не пользуясь не только "кибермагией", но даже обычными кодами.

А на стене за спиной Твердислава висел предмет, за который половина отечественных археологов охотно продали бы душу самому

мерзкому из чертей. Широколезвийная секира, "бородатый топор" или просто "брадва" — оружие древней Скандинавии и северо-восточной Руси. Эта секира была явно русской. Выступы-"щекавицы" по бокам обуха, оттянутое и изогнутое книзу лезвие с пресловутой дырочкой — до сих пор, как мне известно, ни один учёный не смог внятно объяснить её назначение. У Твердислава, по крайней мере, в неё был пропущен гвоздь, на котором висела секира. Древний топор, верный помощник наших предков в битве и в труде, был в идеальном состоянии, точно вчера вышел из рук кузнеца. Даже метровая рукоять желтела в электрическом свете свежим деревом, хотя я точно знал, что она ровесница самой секиры.

Дав мне вволю осмотреться, шеф кивком указал мне на стул для посетителей, стоявший возле его немыслимо роскошного стола:

— Садись, разговор будет длинным.

Утвердившись в своём кресле, Твердислав некоторое время молча разглядывал меня.

— За вчерашний день ты натворил столько, что речь вполне могла идти не о возвращении в Дозор, а о трибунале, — сказал он наконец. — Однако каким-то чудом ты ухитрился ни в чём не нарушить Договор. Именно поэтому с тобой сейчас беседую я, а не дознаватель Инквизиции.

— Шеф, вы не правы! — возразил я. — Вы прекрасно знаете, что я ни в чём не виноват.

— Ты передал Тёмным информацию, составляющую служебную тайну Ночного Дозора! — громыхнул шеф.

Чуть помолчав и взяв себя в руки, он продолжил:

— Однако… Я старый дурак, Александр. До твоей идеи с "сепаратными переговорами" должен был додуматься я сам. Всего две-три недели назад она вполне сработала бы… Не знаю, понимал ли ты, что делаешь, но ты ухитрился спровоцировать столкновение между уже существующей группировкой вампиров и "дикими". После гибели Лукича его организацию возглавил Драгомир. Он попытался начать свою собственную игру. Возможно, в будущем он надеялся выйти из-под контроля Дневного Дозора, прикончив с нашей помощью "диких". Не исключаю также, что Драгомир хотел захватить "пятку Антихриста" для себя. Об истинных причинах его согласия пойти на контакт теперь можно только гадать — для прямого разговора он, как ты сам понимаешь, стал уже навсегда недоступен.

— Он… убит?

— Точно не знаю, — покачал головой Твердислав. — Скорее всего — да. Мы нашли следы боя: раздавленный мобильник, клочья одежды, лохмотья мяса… И останки упокоенного вампира. Идентифицировать не удалось, но похоже, что это сам Драгомир. Судя по следам, нападавших было не меньше шести-семи, и классом повыше, чем банда, охотившаяся за Эльвирой.

— Шеф, сколько всего погибло… за последние дни?

— Иных? Считай сам. У нас убили Сергея, ещё трое тяжело ранены и небоеспособны. Дневной Дозор, если верить их официальным заявлениям, потерь не понёс. При штурме нашего офиса убито семь штатских Тёмных магов. При пока невыясненных обстоятельствах погибла Светлая волшебница на Макаренко. Самые большие потери у вампиров — сам Лукич, восемь членов организации Драгомира и четверо "диких". У оборотней жертв нет.

— Двадцать два Иных за сутки… Твердислав Владимирович, это же полномасштабные боевые действия!

Шеф кивнул:

— Вот именно. И как будет развиваться ситуация дальше, тебе не скажет сейчас никто. Город закрыт, и мы не можем просить подкреплений из Белгорода или Москвы. Тёмные тоже, но не обольщайся — благодаря "Шикане" у них громадный запас пушечного мяса. В районе, что, благодаря Инквизиции, не так уж опасно, и в самом городе. В крайнем случае их вампиры могут начать массовую инициацию людей.