Пан (пер. Химона)

Гамсун Кнут

— Такъ, значить, никто не можетъ ею овладть? — спросилъ я.

— Съ ней нужно быть построже, — отвчалъ уклончиво докторъ; это нехорошо, что она ведетъ такъ свободно игру, она длаетъ все, что ей угодно, и одерживаетъ побды, сколько ей хочется. Вс ею заняты, никто не обнаруживаетъ къ ней равнодушія, всегда есть кто-нибудь подъ рукой, на комъ она можетъ длать свои испытанія. Замтили ли вы, какъ я съ ней обращаюсь? Какъ съ школьницей, какъ съ маленькой двочкой, я руковожу ею, исправляю ея языкъ, слжу за ней и ставлю ее въ затруднительное положеніе. Вы думаете, она этого не понимаетъ? Ахъ, она горда и упряма, это ее оскорбляетъ; но она черезчуръ горда, чтобы

показать, что это ее оскорбляетъ. Но съ ней нужно именно такъ обращаться. Когда вы явились, я уже цлый годъ держалъ ее въ повиновеніи; это имло свое дйствіе, она плакала отъ боли и досады, она сдлалась благоразумной. Явились вы и все разстроили. Такъ вотъ и идетъ, одинъ оставляетъ, другой принимаетъ за нее, за вами придетъ, вроятно, третій, кто знаетъ.

— Ого, у доктора есть за что мстить, — подумалъ я и сказалъ:

— Скажите мн теперь, докторъ, зачмъ вы старались и утруждали себя сообщать мн все это? Долженъ я вамъ помочь опять привести въ повиновеніе Эдварду?

— Въ довершеніе всего она пламенна, какъ вулканъ, — продолжалъ онъ, не обращая вниманія на мой вопросъ.

— Вы спрашиваете, можетъ ли кто-нибудь овладть ею. Конечно, да, почему же нтъ. Она ждетъ своего принца, онъ еще не явился, она длаетъ ошибку за ошибкой, она думала, что вы — принцъ, тмъ боле, что у васъ такой звриный взглядъ, ха-ха! Послушайте, господинъ лейтенантъ, во всякомъ случа вы должны были захватить хоть свою форму. Она имла бы теперь значеніе. Почему же кому-нибудь я не завладть ею. Я видлъ, какъ она ломала руки въ ожиданіи того, кто долженъ былъ притти и взять ее, увезти и владть ея душой и тломъ. Да, но онъ долженъ притти извн, вывернуть въ одинъ прекрасный день, какъ совершенно особое существо. Мн кажется, что-то кроется въ томъ, что господинъ Макъ отправился въ экспедицію. Уже разъ было, что господинъ Макъ отправился, въ путешествіе, а когда онъ вернулся, его сопровождалъ какой-то господинъ.

— Его сопровождалъ господинъ?

— Но, увы, онъ не годился, — сказалъ докторъ, горько усмхнувшись. — Это былъ человкъ моихъ лтъ; онъ и хромалъ, такъ же какъ я. Но то не былъ принцъ.

— А куда онъ ухалъ? — спросилъ я, пристально посмотрвъ на доктора…

— Куда онъ ухалъ? отсюда? Этого я не знаю, — отвчалъ онъ, смутившись.

— Но мы совсмъ заболтались, черезъ недлю вы сможете ступать на вашу ногу. До свиданія.

XIX

Я слышу около своей хижины женскій голосъ, кровь бросается мн въ голову; это — голосъ Эдварды.

— Что я слышу, — Гланъ, Гланъ боленъ?

И моя прислуга отвчаетъ за дверью:

— Теперь онъ уже почти поправился.

Этотъ «Гланъ, Гланъ» потрясъ меня до мозга костей, она два раза повторила мое имя; это подйствовало на меня, ея голосъ былъ ясный и взволнованный. Она отворила дверь, не постучавшись, поспшно вошла и взглянула на меня. И вдругъ мн стало такъ, какъ въ былые дни; на ней была ея перекрашенная кофточка, а фартукъ былъ завязанъ ниже таліи, чтобы талія казалась длинне. Я все это тотчасъ же замтилъ, ея взглядъ, ея смуглое лицо съ бровями, высоко изогнутыми на лбу, удивительно нжное выраженіе ея рукъ, все это съ силой ворвалось въ меня и такъ смутило. «Ее я цловалъ», подумалъ я. Я всталъ и продолжалъ стоять.

— Вы встаете, вы, можете стоять, — сказала она. — Садитесь же, у васъ болитъ нога, вы ее прострлили. Боже мой, какъ это случилось? Я только. что узнала объ этомъ. А я все время думала: гд же Гланъ? Онъ совсмъ больше не приходитъ. Я ровно ничего не знала. Вы ее прострлили

нсколько недль тому назадъ, какъ я слышу, а я ни слова объ этомъ не знала. Ну какъ вы теперь? Вы ужасно поблднли, я совсмъ васъ не узнаю. А нога? Вы останетесь хромымъ? Докторъ говоритъ, что вы не будете хромать. Какъ искренно я рада за васъ, что вы не будете хромымъ, я благодарю Бога за это. Надюсь, вы извините меня, что я пришла сюда, не долго думая, я не шла, а бжала…

Она нагнулась ко мн, она была близка ко мн, я чувствовалъ на своемъ лиц ея дыханіе, я протянулъ къ ней руки. Тогда она отошла назадъ. Ея глаза были еще влажны.

— Это вотъ какъ произошло, — бормоталъ я. — Я хотлъ поставить ружье въ уголъ, я держалъ его обратной стороной, дуломъ внизъ; вдругъ я услышалъ выстрлъ. Несчастный случай.

— Несчастный случай, — сказала она въ раздумь и кивнула головой.

— Дайте мн посмотрть, вдь эта лвая нога; но почему именно лвая!… Да, вдь это случайность…

— Да, случайность, — перебилъ я ее. — Какъ я могу знать, почему это оказалась именно лвая нога? Вотъ видите, я вотъ такъ держалъ ружье, такъ что выстрлъ не могъ попасть въ правую ногу. Да, не очень-то было пріятно.

Она задумчиво посмотрла на меня.

— Ну, значить вы теперь поправляетесь, — сказала она и посмотрла кругомъ въ хижин;. — Почему вы не посылали вашей женщины къ намъ за дой? Чмъ вы жили все это время?

Мы поговорили еще нсколько минутъ. Я спросилъ ее:

— Когда вы вошли, ваше лицо было оживленно и ваши глаза блестли, вы протянули мн руку. Теперь ваши глаза стали опять равнодушны. Я не ошибаюсь.

Пауза.

— Нельзя же бытъ всегда одинаковой…

— Скажите мн, хотъ только этотъ разъ, — сказалъ я, — что я въ данномъ случа сказалъ или сдлалъ такое, что могло возбудить ваше недовольство. Это послужитъ мн руководящей нитью на будущее время.

Она смотрла въ окно, на далекій горизонтъ, она стояла и смотрла задумчиво прямо передъ собой и отвчала, продолжая стоять ко мн спиной:

— Ничего, Гланъ. Вдь приходятъ иногда нкоторыя мысли въ голову. Вы сейчасъ не въ дух? Не забудьте, нкоторые даютъ мало, но для нихъ это много, другіе отдаютъ все, но это имъ ничего не стоитъ; кто же далъ больше? Вы за вашу болзнь стали такой грустный. Но зачмъ мы свели на это нашъ разговоръ? И вдругъ она смотритъ на меня, радость окрашиваетъ ея лицо, она говоритъ.

— Выздоравливайте скоре. Мы будемъ опять видться.

И съ этими словами она протянула мн руку.

Тутъ мн пришло въ голову не принять ея руки. Я поднялся, заложилъ руки за спину и низко поклонился; этимъ я хотлъ поблагодарить ее за ея любезное посщеніе.

— Извините, что не могу проводить васъ дальше. Когда она ушла, я слъ, чтобы все это хорошенько обдумать.

Я написалъ письмо, гд требовалъ, чтобы мн выслали мундиръ.

XX

Первый день въ лсу. Я былъ веселъ и утомленъ, вс зври подходили ко мн и осматривали; на листв деревьевъ сидли жуки, букашки ползали по дорог. — Привтствую всхъ васъ! — сказалъ я мысленно. Настроеніе лса овладвало моими чувствами; я плакалъ отъ любви, и при этомъ мн было радостно, я весь былъ исполненъ благодарности.

Мой милый лсъ, мое убжище, Божья благодать, я скажу теб отъ полноты моего сердца… Я останавливаюсь, смотрю по сторонамъ, я со слезами на глазахъ называю по имени птицъ, деревья, камни, траву, пчелъ, оборачиваюсь и называю ихъ всхъ по порядку. Я смотрю на горы и думаю. — Да, я сейчасъ приду, — какъ-будто отвчаю на чей-то зовъ.