Останься
Шрифт:
Не обращая внимание на говорящего, мужчина усмехнулся, идя прямиком к стойке, где был Питчер.
— Не переживайте, веселье только начинается.
Лея попыталась ухмыльнуться, но, когда неизвестный поднял руку, желая задать вопрос, она опешила, присев на свое место. Руки дрожали, все тело было покрыто одной сплошной дрожью, и только глаза глядели вперёд себя в попытке предугадать, что же сейчас может случиться.
— Прошу, ваш вопрос, — опустившаяся голова Питчера говорила лишь о том, что он и не подозревал, кто перед ним может оказаться. И стоило ему только поднять глаза,
«Тот самый мистер Рид?! Отец Кейт?» — мигало красной строчкой прямо перед ней, но осознание, что ничем она сейчас не поможет, усугубляло всю обстановку.
— Мне лестно, что столь уважаемые и занятой человек в лице Джексона Питчера смог посетить прелестное мероприятие и этих прелестных, — оглядываясь, он нашел взглядом краем глаза одного из детей, что ему улыбались, но его выражение лица походило на отвращение, — детей, — с трудом закончил он.
— Ваш вопрос, — повторил Питчер, — мистер Рид.
— Ох, да, секунду, у меня была заготовка, — доставая из своего пиджака какие-то бумажки, он принялся показушно копошиться, из-за чего многие преподаватели постоянно оглядывались в попытке рассмотреть, кто же этот таинственный мистер Рид.
Лея видела его впервые, но по тому, как идеально была выбрита борода, как хорошо на нем сидел костюм и какие дорогие были часы, можно сделать вывод, что он не из простых смертных. После того как Питчер назвал его фамилию, сложились один плюс один, и теперь, когда он принялся зачитывать, она увидела его чрезмерное сходство с дочерью.
— Мистер Питчер, подскажите, пожалуйста, ваша сестра, Эмили, училась в детском доме, я правильно понимаю?
«Нет!» — Лея закрыла рот руками, выпучив свои глаза в сторону босса, чей мускул даже не дёрнулся.
— Спасибо всем за конференцию. Надеюсь, наша работа пройдёт плодотворно и ярко, и самое главное — дети, чьи сердца были окутаны одиночества, почувствую хотя бы грамм душевного спокойствия, который так необходим для ребёнка. Спасибо!
Выйдя вниз, Джексон как будто не мог найти кого-то глазами, всячески оглядывался, пропускал любые вопросы, что приходили ему в голову, но, найдя Лею, он ринулся к ней, скрывшись за углом в одной из просторных кухонь этого комплекса.
— Спасибо тому архитектору, кто придумал эту комнату. — Кофе быстро разливалось по чашкам. Питчер присел на один из мягких пуфиков, смотря на разукрашенный в розовый стены, будто давящие на голову. В ней сейчас было так мало места для спокойствия, но так много мыслей, что Лея молчала, лишь бы он смог расслабиться.
Но что-то в его состоянии заставило ее пустить слезу. Она стояла как кукла, которую разобрали и оставили пылиться на полке. Но сейчас, когда перед ней был поникший, спокойный и грустный босс, уязвимей всего была только она. Ей хотелось кричать, как же подло поступил мистер Рид, что рассказал его секрет; кричать от того, как же ей хотелось быть чуть ближе, чтобы позволить себе вольность в виде такого ничего не значащего объятия.
— Хочешь меня о чем-то спросить?
— Расскажете сами, если посчитаете
— Перестань быть роботом рядом со мной, — поднятый взгляд на девушку, что продолжала стоять около двери, не сразу обратил внимание на состояние, но, увидев небольшие подтёки, он поднялся на ноги, подходя к ней: — Ты в порядке? Возьми воды, чая, кофе. Могу пригнать машину, если…
— Мне так обидно за вас, — едва найдя в себе слова, она и вовсе расклеилась.
Только в голове было ощущение, будто это не одна причина, по которой ее чувства так резко обострились. Было что-то скрытое в самом укромном уголочке души, куда она прятала самое сокровенное.
— За меня? — удивился Джексон. — Ты так из-за Рида? Он тебе что-то не то сказал?
— Нет-нет, ничего, просто… — она закусывала губы, лишь бы успокоиться. — Я не знаю вашу историю, я не знаю, кто такая Эмили, но почему-то мне кажется, что это не та тема, которую нужно поднимать в таком масштабе. Простите. Я слишком чувствительно отношусь к подобным вещам.
Сейчас он видел Лею не своей сотрудницей, а обычной девушкой со своими травмами, со своими шрамами и своими чувствами, эмоциями. Она была обычной девушкой, чья жизнь была ему неизвестна, но желание узнать о ней как можно больше возникло прямиком под кожей. Ему нужно было узнать ее ближе, чем есть.
— Можно мы на одну минуту станем просто друзьями, а не боссом и подчинённой?
«Это то, что мне сейчас необходимо», — мысленно ответила Лея, но мягко кивнула.
Впервые он касался ее. Касался ее сердца, окутывая своим теплом и даря тот уют, о котором она мечтала последние несколько лет. Он был подобен мягкому одеялу, что накрывали в морозные дни. Аккуратно, глазами спрашивая разрешения, он обхватил ее за плечи, привлекая к себе для крепкий объятий.
— Спасибо, — шептал он прямо в сладковатые волосы.
Боязно, преодолевая страх и смятение, преодолевая свои собственные барьеры, она легонько коснулась его в ответ, отвечая на объятия. Это было подобно сладкой пытке: разум сталкивается с сердцем в кровном поединке за право существования. Разум кричал, что это лишь лживые желания, что это лишь проделки гормонов и опьенных взглядов босса, но сердце было сильнее. Ему сейчас нужно лишь это единение и лёгкое покачивание, чтобы успокоиться в объятиях с тем, с кем быть нельзя.
— Вам спасибо.
Только он отпустил ее, как хотелось снова кинуться ему на шею, чтобы почувствовать тепло и едва уловимый запах одеколона. Но облокотившись на столешницу, Питчер отпил немного растворимого кофе, покривившись его вкусу, но начал свой монолог.
— Я не знал об этом, нашел случайно в каких-то рабочих папках отца, когда мне передавали компанию. Как оказалось, я не один ребёнок в семье, — горько рассмеявшись, он опустил голову, дав себе время для упокоения. — Эмили — моя старшая сестра. Родители были слишком бедны в начале своего пути, и мама неожиданно забеременела. Тогда и речи не было про аборт, другое время. Эмили родилась, и из-за нужны в деньгах, в питании и в постоянном внимании мать решила отправить ее в детский дом, так как кормить ее было нечем, а вставать на ноги как-то нужно было.