Обретенное счастье
Шрифт:
– Надеюсь, ваши следующие уроки будут проходить в более подходящем помещении и с матами на полу. – Кайл поднял сломанные цветы. – Так безопаснее для вас обеих, не говоря уже о растениях.
– Мы забылись, милый, – без всякого смущения улыбнулась Трот. – Я продумаю расписание наших уроков, и мы будем заниматься в более подходящем месте. Но все равно это было здорово!
Хотя Гэвин знал, что это скорее спарринг-борьба, нежели смертельная схватка наподобие «львиной игры», но мысль, что его жена захотела овладеть приемами самообороны, насторожила его.
На следующее утро все дамы семейства покинули Ашбертон-Хаус и отправились к портнихам и по магазинам. Хотя главной задачей было купить туалеты для Алекс и Кейти, Гэвин не сомневался, что Кэтрин, герцогиня и их дочери тоже не преминут воспользоваться случаем присмотреть что-то и для себя.
Он уже собрался уходить, чтобы заняться обустройством своей новой конторы, когда Ашбертон пригласил его в кабинет.
– Поскольку вы подыскиваете дом, то, возможно, захотите посмотреть этот. – Он записал адрес и вручил его вместе с ключом. – Он принадлежит мне и расположен неподалеку. Район престижный и тихий. Предыдущие арендаторы уже съехали, так что дом пустует. Если вам интересно, можете взглянуть.
– Благодарю вас, сэр. – Гэвин положил карточку и ключ в карман. – Днем я непременно загляну.
Он и сейчас мог бы сказать, что дом в таком районе без семейных связей трудно было бы найти. Гэвин пока не мог разобраться, благодарен он герцогу или поражен его заботой. Наверное, и то и другое, но в большей степени благодарен. Он рад будет иметь крышу над головой, даже если она принадлежит дядюшке Алекс.
Покинув дом, Гэвин отправился из фешенебельного Уэст-Энда в рабочий Ист-Энд. Помещение, которое Кайл арендовал в районе портовых складов, располагалось над огромным складом. Из окон открывался прекрасный вид на акваторию порта.
Осмотрев помещение и одобрив его, Гэвин поднялся на борт «Хелены». Сурио уже упаковал его вещи, чтобы перевезти их на берег. Он собирался оставаться на шхуне до ее выхода в море, а потом переехать в Ашбертон-Хаус или в любой другой дом рядом с Гэвином.
Поскольку в его присутствии не было необходимости, Гэвин поймал кеб и отправился по указанному Ашбертоном адресу. У него по спине побежали мурашки, когда он увидел, что дом находится на Беркли-сквер – там же, где и дом его деда. Совпадение это или знак свыше? И подходящий ли сегодня день, чтобы нанести семейный визит, который он планировал в течение двадцати лет?
Он обдумывал этот вопрос во время долгой дороги по тесным лондонским улицам. Так ничего и не решив, он вышел из кеба. Он вернется в Ашбертон-Хаус пешком.
Особняк герцога оказался просторным, содержался в отличном порядке, и будет замечательно, если он понравится Алекс. Гэвин выглянул в окно и увидел дом деда, стоящий напротив.
Наверное, старый упрямец каждый божий день смотрит на конную статую в центре
Приняв решение, Гэвин запер дверь герцогского дома и направился через площадь к дому своего деда. Сиборн-Хаус был монументальным, основательным, от его фасада за версту веяло деньгами и властью. Поднимаясь по ступенькам, он сказал себе, что глупо являться без предупреждения. Его деда может не быть в Лондоне, а если он в городе, то мог отправиться в клуб отдохнуть от назойливых гостей. И вообще дед мог умереть. Хотя год назад, когда Гэвин в последний раз получил о нем известие, он был еще вполне здоров. Даже если по невероятной случайности он дома, то может не захотеть принять незваного гостя.
Тем не менее Гэвин резко постучал в дверь молотком в форме дельфина. Не прошло и минуты, как в дверях выросла фигура дворецкого – неотъемлемая часть любого приличного лондонского дома. Слуга оглядел Гэвина с головы до ног и решил, что.он похож на джентльмена и его можно впустить в дом.
– Мое почтение, сэр. Желаете оставить визитную карточку? – осведомился дворецкий.
Гэвин быстро окинул взглядом просторный холл. Он был меньше, чем в Ашбертон-Хаусе, но тоже впечатлял. Он протянул визитку:
– Я хотел бы увидеть лорда Сиборна.
Дворецкий взглянул на имя, потом перевел взгляд на лицо Гэвина и проводил его в гостиную.
– Я сейчас узнаю, принимает ли его светлость.
Ожидание казалось бесконечным. Гэвин беспокойно ходил по комнате, не в состоянии усидеть на месте. Хотя он долгие годы мечтал об этом визите, но толком не знал, чего ждал от него, кроме восстановления доброго имени отца. Разве его могут принять в клан Эллиотов? Да он и не стремился к этому.
– Вы Гэвин Эллиот?
Гэвин обернулся, услышав холодный голос, и был разочарован, увидев человека намного моложе себя.
– Да, – ответил он с заметным американским акцентом. – Как я понимаю, Сиборн отказывается меня видеть?
– Наоборот. – Манеры молодого мужчины вобрали в себя всю надменность его класса, но холодный взгляд был внимателен. – Я Филипп Эллиот, седьмой граф Сиборн. Мой дядя скончался прошлой зимой.
Удар был сокрушительным. Гэвин пришел слишком поздно.
– Мои соболезнования… – Он вглядывался в собеседника, пораженный их фамильным сходством. – Полагаю, вы мой кузен?
Сиборн нахмурился:
– Что вы хотите этим сказать? Если вы незаконнорожденный Эллиот, то я не желаю иметь с вами дела.
– Я такой же законнорожденный, как и вы. – Гэвин по давил гнев. – Мои родители сочетались законным браком в церкви моего другого деда – викария. Но старый упрямец, скончавшийся зимой, отказался признать этот брак и ввести в семью жену моего отца. Едва оказавшись в Лондоне, я поспешил сюда, но вижу, что напрасно…
Сиборн побелел как полотно.
– Кто ваш отец?