Обещай помнить

Беллучи Лола

— В этом нет необходимости, Фернандо. Небольшой кабинет подойдёт, но только если он свободен, пожалуйста.

— Тогда небольшой кабинет.

***

— Мадам! Я нашёл его! — Руки и голова Фернандо появляются над моим временным столом спустя почти час с тех пор, как я здесь оказалась.

Я поднимаю на него глаза, отрываясь от документов, которые просматривала на экране взятого напрокат компьютера.

— Супер. Он уже идёт?

— На самом деле я не смог с ним связаться, мадам. Я просто выяснил, где он находится. Я пошлю кого-нибудь туда, у них нет связи там, где они находятся. — Я открываю рот и, должно быть, несколько секунд выгляжу глупо, потому

что ничего не говорю. Я смотрю на часы в правом нижнем углу экрана компьютера и обнаруживаю, что у меня осталось чуть больше часа до истечения крайнего срока.

— Я пойду туда, — говорю я. Глаза Фернандо расширяются, когда я встаю, и он переводит взгляд к моим ногам, стоящим на высоких каблуках.

— Вы уверены, мадам? Руководители не привыкли туда ходить.

— Разве Артур не там?

— Там.

— Ну и?

— Просто ... просто ... — он запинается и, в конце концов, сдаётся. — Хорошо. Я отвезу вас туда.

Один подъем на лифте, почти двадцать минут езды на гольф-каре и двухсотметровая прогулка спустя, я снова в другом лифте, спускающемся в подвал. И если предыдущий вызвал у меня чувство ностальгии, то этот вызывает у меня небольшую панику благодаря своей ажурной железной двустворчатой двери, через которую я могу видеть этажи, которые мы оставляем позади, пока не останется ничего, кроме метров и метров высоты. гладкий, тёмный, древний камень, проходящий над нашими головами.

Фернандо спокоен, он, вероятно, проделывал эту поездку миллион раз, но я нетерпеливо топаю ногой и поворачиваю запястье, чтобы проверить время. У меня осталось ещё сорок пять минут, прежде чем я отправлю документы Кларе. Всё должно быть в порядке.

Лифт продолжает спускаться к тому, что кажется центром вселенной, и внезапно звук тяжёлого молота присоединяется к звуку старой машины, которая нас перевозит. Новый шум вызывает в моём воображении образы кузнецов в фильмах, действие которых происходит в Средние века или до этого. Я почти вижу наковальню, в которую безостановочно бьют молотком по готовящемуся мечу, и качаю головой слева направо.

Машина, которую я отказываюсь продолжать называть лифтом, наконец останавливается, и Фернандо протягивает руку, чтобы открыть боковую дверь, позволяя нам пройти. Он выходит первым и делает мне знак следовать за ним. Совершенно очевидно, что мы находимся прямо посреди скалы, и мне интересно, почему они подумали, что было бы неплохо построить здание вниз, а не вверх.

Мы идём по хорошо освещённым, хотя и подземным коридорам, и шум становится всё громче и громче. Моё любопытство по поводу его происхождения растёт с каждым шагом, который я делаю в его направлении. Миллион теорий проносятся в моём тревожном сознании, даже та, в которой я собираюсь встретиться с гоблинами Гринготтса и обнаружить, что мир Гарри Поттера реален, менее шокирующая, чем та, с которой я сталкиваюсь.

Картина, кажется, создана специально для того, чтобы удовлетворить фантазии любой женщины с половиной мозга. Артур без рубашки стоит на огромной машине, которая больше похожа на инопланетянина, посланного из космоса высшей технологической расой. Его золотистая кожа покрыта потом, а мускулистые руки опускают своего рода молоток на что-то, немного похожее на гвоздь, но слишком большое, чтобы его можно было так назвать. Вены на руках и кистях сжимаются и разжимаются при каждом движении, как и на стальном животе. Его сосредоточенное лицо уносит мои мысли в другое время, когда у него было очень похожее выражение, когда он был внутри меня, дико целуя меня.

Я не могу и глазом моргнуть. Как загипнотизированная, я наблюдаю, как он продолжает наносить удары, снова и снова, и у

меня изо рта течёт слюна при мысли о том, чтобы слизать пот, струящийся по его телу. Я, должно быть, совсем потеряла голову. Почему, во имя Всех Святых, этот человек решил, что было бы неплохо замаскироваться под Геракла на дне горы?

Он делает паузу и поднимает глаза, когда-то полностью сосредоточенный на задаче, которая была у него в руках. Артур поднимает одну из своих рук, чтобы вытереть пот со лба, но останавливается на середине движения, когда его взгляд пересекается с моим, неподвижным, неспособным моргнуть, и я даже не думаю о дыхании. Его пристальное наблюдение, почти, как если бы он знал каждую из сцен, происходящих в моём воображении, которые я до сих пор не уверена, что прекратила разворачивать.

Раньше я никогда не контролировалась своим телом, но в этом человеке есть что-то, что вызывает сбой, короткое замыкание в моей системе самоконтроля, и я этого не осознаю, а я всегда осознаю, что что-то не так, до того, как это произойдёт, но сейчас слишком поздно, мои мысли уже идут по пути, по которому я должна быть уверена, что моё тело не пойдёт по нему, как бы сильно оно этого ни хотело.

— Можешь включать! — Артур кричит кому-то, не отводя от меня глаз, заканчивая вытирать пот со лба рукой.

Звук, наполняющий внутреннюю часть камня, мощный и тяжёлый, но улыбка на лице моего шефа говорит мне, что это именно то, что он хотел услышать. Постепенно звук затихает, и я предполагаю, что машина выключена, а затем понимаю, что именно это он и делал: ремонтировал машину.

Артур Брага, блестящий генеральный директор, отличный любовник и промышленный механик в свободное время. Но как такое может быть?

Он спускается с верхней части оборудования и спрыгивает на пол. Человек, присутствие которого я только что заметила, протягивает полотенце Артуру, который вытирает руки, прежде чем положить их на то, что, как я полагаю, является маленькой дверью, и просунуть руку в неё сзади. Его внимание полностью сосредоточено на исправлении того, что я вижу, опять же, ясно.

Его помощник вручает ему разводной ключ, когда он протягивает руку, и Артур засовывает его за дверь, скрывающую мой вид. Как ни прискорбно, я остаюсь стоять на том же месте. Не похоже, что я могу сделать намного больше. Он меня уже видел, мне остаётся только ждать.

Я стою так почти пятнадцать минут, пока Артур не закрывает заслонку оборудования и, вытирая руки грязным полотенцем, которое он получил от человека, который ему помогал, начинает идти в моём направлении.

Он останавливается чуть более чем в тридцати сантиметрах от меня, сложив руки перед своим мускулистым торсом, его руки всё ещё теряются в грязной ткани, и пристально смотрит на меня, покусывая нижнюю губу. Боже мой, я хотела пососать эту губу. Запах его потной кожи, почти слишком сильный, и опьяняет, чтобы его можно было вынести без стонов, и, честно говоря, я думаю, что тот простой факт, что я всё ещё на ногах, следует рассматривать как большой подвиг.

— В чём срочность? — Спрашивает он. И я хочу ответить, что в моих трусиках. Но после того, как я собрала в себе каждую унцию самоконтроля, я даю достойный ответ.

— Мне нужна твоя подпись на нескольких документах, и мне нужно, чтобы это было сделано сейчас.

— И поэтому ты проехала шестьдесят километров от «Браги» до этого места?

— Ты был недосягаем, — резюмирую я, и короткий смешок вырывается из горла Артура, прежде чем он медленно качает головой, как будто не может в это поверить. Он перекидывает полотенце через его обнажённое плечо.