Наследник Ярости
Шрифт:
– Только помни - хозяин их хорошо слышит, - предупредил коротышка.
– Да мне и нечего скрывать.
– Это только так кажется.
– По-моему, тебе только гадость всякая мерещится, - отмахнулась от него Ярушка, - а скажи мне, в Межгорье есть девушки, такие, как владыка?
– Это какие?
– не понял Миклош.
– Быстрые, синеглазые, с острыми зубами?
– Как двоюродные сёстры хозяина?
– Примерно, - по-правде говоря, Ярушка их совсем не помнила - гости на свадебном торжестве были такие необычные и разные, а она - до смерти напугана, и единственное, что всплывало
– Они живут в своём замке и здесь не появляются. На вашей свадьбе я впервые их видел.
– А другие такие же?
– Я никак не пойму, что ты хочешь узнать?
– Миклош сердито насупился и сжал кулачки, - таскал ли хозяин сюда своих баб? Так и скажи!
– Я ничего такого не спрашивала!
– вскрикнула Ярушка, чувствуя, как огонь стыда охватывает её всю, с головы до ног, покрывая краской до самых корней волос.
– Не таскал, - буркнул Миклош.
– Мне о том не надобно знать, - она сердито стукнула ладонью по столу, однако от сердца заметно отлегло. Коротышка заметил, как посветлело её лицо, и подмигнул, нагло скалясь, - и не вздумай сказать хозяину, что был такой разговор!
– Я дурак что ли? Да и вообще, - не унимался Миклош, - чего тебе переживать-то?
– Я не переживаю. Просто... я здесь совсем другая, нежели остальные.
– Это уж точно.
– Мне просто любопытно, как выглядят красавицы Гор.
– Какие красавицы? Есть парочка ведьм, на которых можно взглянуть, не вылакав с ведро пойла.
– О ведьмах ты уже говорил. Я о тех, что из рода хозяина.
– Красавицах?
– прищурив глаз, уточнил коротышка.
– Ну да, - Ярушка замерла, приоткрыв рот, ожидая, что ей скажет Миклош, но паскудник медлил с ответом, и она сникла, чувствуя, как волною накатывает грусть, - я знаю, что многим невдомёк, почему владыка взял в жёны меня, а не девушку себе под стать.
– Вот чудная!
– понурыш хлопнул обеими руками по бёдрам и расхохотался.
– Чего ты?
– обиделась Ярушка.
– Сдаётся мне, ты сравниваешь розу с лопухом.
– Ты странно говоришь, Миклош.
– А что тут странного? Роза в любом цветнике - царица. А лопух - он везде сорняк.
– У розы есть шипы, - грустно прошептала Ярушка.
– А лопухом удобно подтирать зад, - возразил Миклош.
– Наглец!
– возмутилась она.
Миклош продолжал смеяться: губы его тряслись, а изо рта во все стороны летели брызги слюны, пахнущие недавней похлёбкой. Ярушка поднялась со стула и, пригрозив понурышу кулаком, поспешила в свою комнату. Сейчас она впервые пожалела, что рядом нет Зельды. Её каменное лицо отвлекало девушку от ненужных мыслей, и та бы уж точно не позволила коротышке ляпать своим чёрным языком, что попало.
Глава 22
Ирвальд подождал, затаив дыхание, пока Ярушка добежала до замка и укрылась под его сводами. Этого хватило, чтобы существо успело удрать достаточно далеко, чтобы владыка перестал его слышать.
Ирвальд наклонился, впитывая запах, и заметил след, оставленный на траве. Он опустился рядом на колени, и приложил ладонь. Она едва была больше, чем один палец существа. Длинные вытянутые фаланги, острые когти, неестественно прямые
От следов шёл стойкий запах помёта и жира. Стало быть, существо спало в собственных испражнениях, и за ним не приглядывали, вычищая шерсть. Оно было диким. Но что оно делало в долине Синих Гор? В местах, где Ирвальду был известен даже самый захудалый куст?
И почему никто в Межгорье не вопил о приближении чудовища?
Ирвальд выпрямился и осмотрелся вокруг. Птицы по-прежнему чирикали в дубовых кронах, повсюду шныряло зверьё, будто и не было никакой опасности.
Но ведь ему не могло померещиться? И следы никуда не исчезли!
Ирвальд озадаченно ступил в чашу леса, замечая и другие следы. Чудовище, должно быть, лежало на боку, наблюдая за поляной у озера, где они с Ярушкой вели беседу. Почему же Ирвальд его не почуял? Должно быть, невесёлые мысли совсем задурманили голову.
Дьявол дёрнул его взять в жёны это дитя, к которому он не знал теперь, как подступиться.
Она сбивала его с толку, а Ирвальд этого не любил. Владыка должен быть всегда наготове, особенно после того, как едва не погиб, сражаясь с такой же огромной тварью.
И всё ж, почему лес так спокоен? С веток на владыку глядели любопытные мордашки болтушек, перешёптывающихся между собой. Их бы давно и след простыл, покажись чудовище хотя бы за версту.
Ирвальд обнажил меч и двинулся дальше по следам пришельца. На одном из дубов он заметил глубокие рытвины, оставленные лапой чудовища - пять ровных полос высоко над головой владыки. Дыхание перехватило от едкого прогорклого запаха мочи. Ирвальд отвернулся, чтобы глотнуть свежего воздуха. Однако то, что пришелец помочился в его лесу, владыку порадовало: стало быть, он забрёл в долину случайно, иначе не стал бы оставлять столь явный знак своего присутствия. Но всё ж зверя придётся загнать и уничтожить, пока он не навёл шороху во всей округе.
Ирвальд прикинул, насколько он справится без помощи отца? Возможно, и справится - только сперва нужно увидеть пришельца, оценить его мощь и примерить силу. Этим и займётся сегодня новоиспечённый муж. Ирвальд злостно улыбнулся и продолжил путь.
Следы чудовища вели к Горам. Должно быть, оно облюбовало себе пещеру где-то у подножья. Однако Ирвальд не чувствовал запаха, присущего животной обители - ни гнили срыгнутой пищи, ни смрада разлагающегося мяса, ни вони сброшенной от линьки шерсти.
Может, пещера высоко в Горах? Он задрал голову, рассматривая склоны. Они были достаточно крутыми, чтобы отбросить мысль о том, что пришелец мог карабкаться по ним наверх. Для этого у него были слишком длинные когти, да и весу немало.
Нет, зверь пришёл не оттуда.
Ирвальд мрачно рассматривал свои ступни рядом со следом когтистой лапы. Нет, пожалуй, одному его не победить.
Он спрятал меч в ножны и повернул обратно. Следовало предупредить Себрия, чтобы не выпускал скакунов. Стены замка выдержат любой натиск, а на худой конец, можно уйти в Гору через пещеры, поэтому за обитателей он не опасался. Но быть дичью в собственных владениях князь не привык, и это его бесило.