Наследник Ярости

Ляпота Алёна

– Если он тебя смущает, можешь выставить его вон, - предложил Ирвальд.

– Что вы!
– Ярушка возмущённо замахала руками, - он забавный, хоть и ворчун.

– А ещё он...

Ирвальд не договорил. Зрачки его сузились, так что синева полностью застлала глаза владыки. Ноздри, наоборот, расширились, шумно вдыхая воздух. Он согнулся пополам, вытянув вперёд голову, чем напомнил Ярушке охотничьего пса, почуявшего лису.

– Ступай в замок, - тихо велел он ей, - и не бойся, я тебя слышу.

Ярушка

кивнула головой и побежала назад, не испытывая страха. Она не сомневалась в словах мужа. Видно было что-то, что заставило его отправить её одну. Она никак не могла выбросить из головы его взгляд - взгляд хищника, способного разорвать пополам любого, кто встанет на его пути. Ярушка знала, что Ирвальд её слышит - даже биение её сердца, и от этого становилось не по себе.

Она быстро достигла замка и нырнула внутрь, остановившись лишь возле обеденного зала. Отдышавшись, Ярушка поправила волосы, отряхнула сбившееся от бега платье и, вскинув подбородок, вошла в зал.

За столом был лишь Миклош, с упоением поглощавший похлёбку. Ярушка вдруг вспомнила мерзкую жабу, болтавшуюся на острие меча, и ей стало дурно.

– Вы недолго гуляли, - громко чавкая, заметил коротышка.

– Пожалуй - раз уж ты ещё не лопнул, значит, не так много успел съесть.

– Старая жаба всё спрятала. Достались крохи, - пожаловался Миклош.

Значит, Зельды поблизости не было. Ярушка облегчённо вздохнула и уселась на стул.

– А ты не голодна?
– вдруг спросил Миклош. Жирная капля задрожала на подбородке, готовая вот-вот сорваться и ляпнуть на воротник. Миклош утёр её рукавом.

– Нет, благодарю.

– Не нужно меня благодарить. Так не принято.

– Почему?
– удивилась Ярушка.

– Ты княжна.

– Ну и что с того? Разве от меня убудет от добрых слов?

– Не стоит быть слишком хорошей, - настаивал коротышка, - достаточно прикрыть глаза и слегка улыбнуться.

– А потом начать гневаться по пустякам и наказывать розгами?
– рассмеялась Ярушка.

– Так делают глупые курицы, - замотал головой Миклош, - а знатные дамы держатся вдалеке. Иначе каждый возомнит себе невесть что.

– И как же я должна держаться с тобой?
– Ярушка спрятала улыбку, глядя, как топорщатся непослушные вихры коротышки.

– Я вообще никто.

– Для никого ты слишком много болтаешь.

– Могу заткнуться.

– Пожалуй, не стоит. Вести беседу в одиночестве как-то не с руки. А куда делась Зельда?

– Мне-то что? Укатила куда-то свои булыжники. Может, торгуется с травницами. Может, проедает плешь Себрию за то, что скакуны сегодня кричали, как оголтелые. Дьявол её знает.

– А ты, - Ярушка положила подбородок на сложенные перед собой руки, - много знаешь?

–

С чего ты взяла?

– Всюду суёшься с советами.

– Ну, повидал на своём веку, - Миклош горделиво выпятил грудь, словно петух на ярмарке.

– Знаешь, каковы обязанности хозяйки замка?

– А что, владыка про то ничего не говорил?

– Стала бы я спрашивать?
– вздохнула девушка, - тут всё налажено. Осталось ничего не испортить.

– Да, какие могут быть обязанности? Раздвигай ноги да радуй хозяина!

Ярушка ахнула, заливаясь краской. Схватив со стола пустой кубок, она запустила им в Миклоша, однако коротышка увернулся, так что кубок пролетел мимо, ударился о спинку стула и с шумом покатился по полу.

– А что я такого сказал?
– удивился понурыш, пожимая тощими плечами, - будто у людей не так!

– У нас не принято говорить такое вслух!

– Вот уж не поверю!

– Так поверь! Я ж не девка какая-нибудь. Мой брат бы уже всыпал тебе кнутом, если б такое услышал.

– Понятно, - ухмыльнулся Миклош, - сдаётся мне...

– И слышать не хочу, - Ярушка замотала головой, прикрыв руками уши. Уж больно щекотливую тему поднял коротышка. Лучше было говорить про что-то другое. Но, как назло, в мыслях вертелось лишь одно - Ирвальд не пришёл в её постель после свадьбы, а сейчас и вовсе услал прочь. И если то, о чём говорил ей Миклош, было её единственной обязанностью, тогда зачем же она владыке? Неужто он просто пожалел её, как когда-то понурыша? Как и раньше жалел, когда выручал из всех передряг, что свалились на голову. Однако женитьба - как-то уж слишком для жалости.

 - Расскажи-ка лучше, как у вас здесь заведено?
– встрепенулась она, отгоняя прочь накатившую вдруг тоску,- я видела много теней, несколько зверолюдов, вроде Себрио. Они принадлежат хозяину? Или работают за плату?

 - Хозяин ничего нам не платит.

– Стало быть, вы ему принадлежите?

– Да нет, - Миклош озадаченно хмурил брови, - мы вольны уйти, куда хотим.

– Тогда зачем же вы служите владыке? Без денег?

– А зачем? Если мне что-то надо, я беру у торговца, а хозяин платит.

– Но так ведь можно набрать чего угодно!

– Можно, коли с головой не дружишь, но то быстро лечится. Хозяин щедр, но не любит, когда на плечах дурная башка. А так... Нам здесь неплохо живётся. Куда лучше, чем где-либо в Межгорье.

– Хорошо кормят?
– подмигнула Ярушка.

– Здесь мы под защитой. А там - сами по себе. Что поймал - то сожрал. Или тебя сожрали. Как повезёт.

– Забавно. Только вот здесь так мало девушек, - осторожно заметила Ярушка, - и словом перекинуться не с кем. Тени только слушают, а что шумят в ответ - не понять.