Наемник

Мишель Маннон

Этого достаточно.

Деклан выпрыгивает из пикапа, протягивает руку назад и, словно я ничего не вешу, вытаскивает меня через центральную консоль. Ставит на дрожащие ноги. Я пытаюсь опуститься на колени, но он останавливает.

— Планы меняются. Это будет уроком — что бывает, когда играешь с огнем.

Говорит мой хладнокровный возлюбленный.

Который, как я точно чувствую, пылает внутри.

Он просовывает руку мне под юбку, цепляется пальцами за тонкое кружево и срывает его с меня. Я вздыхаю,

когда его пальцы скользят по моей промежности. Приподнимаюсь на цыпочках, выгибаясь всем телом навстречу.

— Ты чертовски прекрасна, — шепчет он. — Тебе нравится, как я тебя трахаю?

— Да.

— Хорошо. Теперь твоя очередь трахнуть меня.

Он отступает на шаг, достает из кармана презерватив. Я слежу за каждым движением, смотрю, как он освобождает свой член и натягивает презерватив.

Его руки находят мои бедра, и он разворачивает меня. Я задыхаюсь, когда он поднимает меня, крепко прижимает к груди и забирается в пикап. Сажает к себе на колени, и я сразу же ощущаю его твердую длину под своей обнаженной кожей.

Его руки обхватывают мои груди, приподнимают, сжимают. Это легко возбуждает меня. Я прижимаюсь к его груди, наслаждаясь исходящим от него теплом, сладким огнем, разгорающимся внутри.

— Сядь прямо, — приказывает он.

Я напрягаюсь от резкости в его тоне. Но все же делаю, как просил, ерзая у него на коленях.

Он шипит. Это мое единственное предупреждение, прежде чем он раздвигает мои бедра шире. Я вздрагиваю, когда он скользит пальцем внутрь меня, одновременно прижимая большой палец к моему клитору. От этого слаженного движения по спине пробегают мурашки.

— Ты такая чертовски тугая. — Он прикусывает мое ухо. — Но твоя киска истекает для меня.

Скажи мне что-нибудь новое.

— Я ждал этого все утро, — шепчет он мне на ухо.

Ладно. Не этого я ожидала. Прежде чем успеваю проанализировать его слова, он снова поднимает меня, обхватывает мои ягодицы своими теплыми ладонями и прижимает к себе. Я чувствую, как его эрекция упирается в меня.

Готова ли я к этому?

Он приподнимает меня еще на полдюйма, вводит свою толстую головку на полдюйма в мою щель, а потом отпускает.

— О Боже, — задыхаюсь я, мое тело растягивается, чтобы вместить его толщину. Его грубые, сильные руки опускают меня быстро и жестко, пока он не входит в меня глубоко.

Я дрожу. Бедра, руки. Я переполнена… им.

Он подается вперед, и я вскрикиваю от удовольствия. Лучше. Лучше, чем утром.

— Тш-ш-ш. Выгнись вперед, приподними зад.

Я выгибаюсь, приподнимаюсь и вздрагиваю, когда он проникает в мое влажное лоно. Поднимаюсь все выше, пока он не говорит: — Господи, хватит. — И без предупреждения заставляет опуститься обратно.

Деклан хмыкает.

Я слишком захвачена ощущениями, чтобы издавать звуки. Он похоронен внутри, теперь он часть меня.

Сближая нас в наслаждении. В единстве.

— Поднимись, — приказывает он.

Властный мужчина. Я поднимаюсь, медленно выпрямляясь. Замираю от сильных ощущений, когда он проникает глубже.

Пальцы ног поджимаются в сандалиях. Дрожь, начинающаяся в кончиках пальцев, пробегает по спине. Наступает внезапно, будто я пробежала последние метры забега. Там, где тело сладко ноет, когда доводишь себя до предела. Продвигаясь все дальше к удивительно интенсивному нарастанию, ведущему к блаженной эйфории.

— Вверх, — выдавливает он.

Я словно желе, охваченная ощущениями и, очевидно, недостаточно быстрая для него. Положив руки мне на бедра, он поднимает меня, и мои тугие стенки скользят по его горячему члену. Он толкается, опуская меня обратно.

— О Боже, — слышу я свой стон.

Он приподнимается, делает толчок и снова тянет меня вниз. Снова.

Снова.

Пока я не взлетаю.

Окружающие нас серо-коричневые стебли пшеницы вспыхивают белым.

Он ускоряет темп. Он уже не нежен, а неистов, и его тело напрягается подо мной.

— Прикоснись к моей груди. Мне нужно чувствовать твои руки на себе, — стонет ненасытная, похотливая часть меня.

Он… рычит. Да, это музыка для моих ушей. Откинувшись на спинку сиденья и прижав меня спиной к своей груди, он двигает бедрами, входя в меня, и обхватывает мою грудь руками.

Сочетание его груди, его рук, его прекрасного члена… это слишком.

— О Боже, — стону я.

Он извивается подо мной, пока я бурно кончаю.

Я дрожу всем телом. Наслаждаюсь каждой блаженной секундой. Чувствую, как его руки лежат на моих бедрах, удерживая, пока он входит.

Один раз. Два. Десять.

Я откидываю голову ему на грудь, и внутри нарастает вторая волна, заставая врасплох. Поворачиваюсь к нему, и наши взгляды встречаются. — Поцелуй меня, — выдыхаю я.

Он качает головой, потом резко произносит: — Черт! — и поднимает меня так высоко, что я почти отрываюсь от него, а потом с силой опускает и входит так глубоко, что перед глазами вспыхивают звезды.

Я рассыпаюсь на части.

Его тело сотрясается подо мной в такт его мощному оргазму.

Несколько минут мы остаемся так. Я лежу у него на коленях, прижавшись щекой к его груди.

Я чувствую перемену в нем еще до того, как она происходит. Его грудь слегка напрягается. Прежде чем он садится, разрывая контакт, несмотря на то что все еще внутри, я чувствую его отстраненность.

Эмоциональное отдаление перед физическим.

Я как можно спокойнее отстраняюсь от него, слезаю и осторожно выбираюсь из пикапа. Ноги подкашиваются, сердце переполняют эмоции. Удовольствие. Грусть. Разочарование. Я хватаюсь за дверь, пытаясь обрести равновесие.