Марипоса
Шрифт:
Розовый румянец заливает её полные щеки, и она медленно кивает.
— Да, пожалуйста.
Схватив Вайолет сзади за бедра, я плавно поднимаю её в воздух, и она громко ахает. Не дав ей закончить, я завладеваю её ртом, врываясь языком. В моей рубашке она выглядит безупречно, но без неё — еще лучше. Я помогаю снять её через голову, и полные груди подпрыгивают. При виде темных сосков у меня во рту собирается слюна.
— Черт, твои соски твердые, как у настоящей похотливой шлюшки.
Я сжимаю её волосы и оттягиваю в сторону, проводя языком
Она стонет, тянет меня за волосы и притягивает моё лицо ближе.
— Тебе нравится, когда я сосу твои сиськи, да?
— Да, Кейд.
— А здесь? — шлепаю её по клитору.
— Да… боже, да.
— Твоя красота уничтожает меня. Ломает и лишает всякой власти. Почему ты должна быть такой чертовски идеальной? Скажи, что ты моя.
— Я твоя. — Вайолет издает гортанный стон, когда я ввожу в её текущую киску два пальца. Она обхватывает моё лицо ладонями, жадно целует, насаживаясь на них.
— Продолжай кататься на моих пальцах, детка.
— Нет. — Она вытаскивает их, отстраняясь.
— Нет?
— Я хочу твою сперму. Заполни меня, Кейд. Отдай мне всю прямо сейчас. Я хочу кончить на твоем члене. — Её медовые глаза сверкают желанием.
Что бы она ни захотела, я дам ей это без колебаний. Позволив ей соскользнуть на пол, я сильно шлепаю её по заднице и наблюдаю, как кожа под ладонью покрывается мурашками. От её красивых изгибов и пышной задницы к моему члену приливает ещё больше крови.
— Руки на стену, — рычу. — Она оборачивается и смотрит через плечо, как я смазываю себя её соками. Провожу головкой по щели, пока не оказываюсь у задницы. Её бровь взлетает, щеки заливает еще более темный румянец. — Я хочу трахнуть каждую часть тебя.
— Ты хочешь трахать меня до тех пор, пока не наполнишь своей спермой, Кейд? — дразнит она, медленно изгибая пухлые губы. Вот опять этот грязный, чертов рот. Я собираюсь кусать её губы, когда буду трахать её сзади. Она целует меня, язык проникает внутрь, сплетаясь с моим так, будто создан именно для этого, пока я продолжаю свои глубокие, медленные толчки.
— Оттрахай меня до боли, — бросает она с улыбкой, которая всегда будет ставить меня на колени и превращать в добровольного тоскующего пленника.
Господи.
Я отстраняюсь и тут же жалею об этом.
Мне нужно быть внутри неё. Член дергается от этой химии, о существовании которой я даже не подозревал. Вайолет поворачивается ко мне лицом. Головка упирается ей в живот, и она опускает взгляд, любуясь видом. Её желание идеально совпадает с моим. Она не боится просить то, чего хочет.
Я отхожу от стены, тяну её к себе, пока мы не оказываемся в центре моей комнаты. Подхватываю её на руки — она вскрикивает и обвивает шею руками. Её мокрая киска течет мне на пах. Я вдавливаю пальцы ей в рот, и её зрачки расширяются так, что карего почти не видно.
— Соси.
Она любит, когда ей приказывают.
Её
— Хорошая девочка.
Одним толчком я вхожу в неё до упора, возвращаясь домой, в её тугую киску. Я трахаю её стоя, впиваясь зубами в плечо, помечая. Освободив пальцы, вонзаю их в её кожу, сжимаю округлую задницу, безжалостно овладевая ею так, как мы оба хотим. Она подпрыгивает на моём члене, всё это время нашептывая на ухо сладкие мольбы.
— Трахни меня.
— Сильнее, Кейд.
— Я хочу твою сперму… дай мне свою сперму… пожалуйста!
Я изливаюсь в неё с диким рычанием, удерживая, пока она обмякает у меня на руках. Вайолет целует мою шею, её губы скользят по шраму. Потом резко впивается в него зубами, и у меня вырывается шипение, я резко тяну её за волосы. Болезненное удовольствие сводит с ума нас обоих. Она продолжает царапать мне спину, пока не проступает кровь. Мне нравится, когда Вайолет заставляет меня кровоточить; я готов истекать ради неё хоть всю чертову ночь. Мы переводим дыхание, прижимаясь друг к другу, пока медленно приходим в себя после крышесносного оргазма.
— Ты мне нравишься, Кейд... очень нравишься, — застенчиво признается она.
Всё еще тяжело дыша, я провожу рукой по её длинным, мягким волосам.
Я хочу сказать ей, что у нас нет будущего. Напомнить о жестокой судьбе. Но проглатываю эти слова.
— Я плохо впускаю людей в свою жизнь, Вайолет. Я не умею держаться. Не создан для этого. Если честно, я даже не уверен, что знаю, как это вообще делается.
— Ты делаешь это прямо сейчас, и у тебя получается.
Я приподнимаю бровь, не веря словам, слетающим с её губ. Я не люблю, когда мне лгут. И всё же, слыша их от Вайолет, я чувствую себя недостойным её.
Когда миссия закончится, закончится и всё, что происходит между нами. Мне следует положить этому конец, потому что, какой бы сильной ни была Вайолет, я чувствую, как она привязывается ко мне по тому, как она смотрит на меня — с надеждой и восхищением.
Мне следует положить этому конец… но не прямо сейчас.
34. КЕЙД
Дорогой Грэм,
Я снова и снова перечитываю твоё последнее письмо. Каждый раз, когда мне грустно и дни тянутся бесконечно, я достаю его и читаю. Кажется, я уже выучила его наизусть, слово в слово. Я бы сказала «да», если бы ты сделал мне предложение.