Малое солнце
Шрифт:
— Питание есть. Так в чем же дело? — сквозь зубы процедил он, оглядывая блок питания. — Тебе что, электричества уже мало?
— Похоже, придется проверить работоспособность каждого компонента по порядку согласно схеме, — раздался голос Уилсона.
— Не думаю, — Джейдер не дал Уилсону продолжить. — Кажется, я знаю, в чем дело.
Он подался вглубь, пытаясь пробраться к блоку, со всех сторон окруженному охлаждающими трубками. Открыв блок, он достал из его недр 400-кубитный квантовый процессор. Вся вычислительная мощь шахты спокойно помещалась в ладонь Джейдера. Темный корпус процессора был сильно оплавлен и, очевидно, уже не мог выполнять свои функции.
— Я так и знал, — произнес он потухшим
Догадка Джейдера оказалась верна. Для нормальной работы кубиты процессора должны были находиться в магнитной ловушке при температуре, близкой к абсолютному нулю. Квантовые процессоры по праву могли называться одними из самых холодных мест во Вселенной. Запредельно низкие температуры позволяли использовать сверхпроводники в магнитной катушке. Это позволяло экономить на очень редких металлах, с которыми в колонии всегда были проблемы. Джейдер хорошо знал привычку колонистов экономить металл везде, где это возможно. Разумеется, здесь они так и поступили. По соображениям упрощения конструкции, процессор охлаждался жидким водородом из резервной системы питания. Цепочка событий сложилась.
«Когда в системе закончился водород, температура в процессоре начала повышаться, — размышлял Джейдер. — А когда температура поднялась до критической точки, магнитная катушка утратила сверхпроводящие свойства и ее электрическое сопротивление мгновенно подскочило в десятки тысяч раз, как следует поджарив все содержимое. Какое нелепое техническое решение. Неудивительно, что на Каллисто перестали получать даже самую простую телеметрию. Без процессора модуль связи добывающего комплекса бесполезен так же, как и пустой треп председателя о постройке пивоваренного отсека. Похоже, пообщаться с Каллисто мне сегодня не удастся. Вот и поговорили, твою мать!»
Сохраняя угрюмое молчание, Джейдер выпрямился. Говорить о том, что все было очень плохо, не было никакого смысла. До последнего момента он надеялся наладить связь с колонией и сообщить им прекрасные новости. Но теперь он не мог отправить даже самый простой сигнал бедствия. Сдерживая разочарование, он бросил сгоревший процессор на пол. Больше от него не было проку.
— Что же делать теперь? — произнес он шепотом, опускаясь на пол.
На несколько секунд все вокруг застыло в незыблемой тишине. Размышления Джейдера неожиданно прервал голос Уилсона.
— Нужно найти другой процессор.
— Спасибо, Кэп! — всплеснул руками Джейдер.
— А то я не знал! Вряд ли здесь найдется еще один процессор такого… — вдруг он вскочил на ноги. — Еще один процессор такого класса! Ну конечно же! Саливер что-то говорил об этом! Уилсон, ответь мне на один вопрос, — словно проверяя свою догадку, быстро произнес Джейдер.
— Слушаю вас.
— Что за процессоры используются в добывающих роботах Rodion strong 0.5?
— Модели Rodion strong 0.5 относятся к проекту фон Неймана, а значит, оснащены квантовыми процессорами нового поколения.
— И ты молчал?! — взревел Джейдер, перебив голос искусственного интеллекта. — Ты с самого начала знал, что похожие процессоры используются в добывающих машинах, и ничего не сказал мне?
— Да, я знал это, — раздался невозмутимый ответ Уилсона. — Однако я не мог об этом сказать, так как сам по себе процессор не послужит решением нашей проблемы. Его мощность сильно уступает мощности сгоревшего процессора центрального компьютера. К тому же для работы процессора в системе шахты потребуется драйвер или особый интерфейс, который будет выполнять роль связующего звена. Я не хотел лишний раз обнадеживать вас.
— Понятно, — сухо произнес Джейдер, заметно помрачнев.
Логика Уилсона была железной. С ней сложно было поспорить. Похоже, ситуация и вправду
«Еще немного, и машины станут умнее нас», — подумал про себя Джейдер, рассматривая свои перчатки.
И все-таки что-то не давало ему смириться с этой мыслью. Что если Уилсон ошибается? Маловероятно, но все же. Уилсоном движет логика, свод правил и законов, через которые он не может переступать. Он мыслит крайне вариативно, но все же шаблонно. Но способен ли он мыслить нестандартно, как человек? Джейдер поймал себя на злорадной мысли во что бы то ни стало доказать свое превосходство над машиной. В этом было что-то личное. Что-то внутри не позволяло ему сдаться так просто. Какие варианты у него оставались? Без главного компьютера он не сможет выйти на связь и даже не сможет определить масштабы повреждений в шахте. Без компьютерной диагностики ручной осмотр всех узлов добывающего комплекса займет целую вечность.
— Уилсон! — произнес он, наконец поднимаясь на ноги. — Мы все же попытаемся что-нибудь предпринять. Будем решать проблемы по мере их поступления. И я очень рассчитываю на твою помощь. Впредь не молчи о своих догадках, даже если они кажутся тебе невыполнимыми.
— Хорошо, я понял вас, — прозвучал синтетический голос Уилсона.
Джейдер двинулся на выход, к транспортному узлу. Ход мрачных размышлений немного развеял лестничный пролет, который вновь напомнил о боли по всему телу. Но даже инстинктивные проклятья в адрес проектировщика, будь он робот или человек, не могли затуманить ход текущих в голове мыслей. Покончив со злосчастной лестницей, он подошел к зловещим силуэтам роботов, утопленных в нишах для заправки. Нужно было сделать запись в журнале, однако Джейдер медлил. Здесь совершенно не хотелось говорить, словно человеческий голос был способен пробудить ото сна одного из этих монстров. Пересиливая странный внутренний трепет, он наконец произнес:
— Запись в журнал. 156-й час каллистианских суток. Мне наконец посчастливилось проникнуть в отсек управления и связи. Создатель лестницы, если ты меня когда-нибудь услышишь, будь ты проклят! Весь транспортный узел и отсек управления покрыты какой-то странной пылью, как будто здесь никто не был с самого момента основания колонии. Возможно, это осыпь породы, образовавшаяся вследствие сейсмических толчков. Но это далеко не самое главное. Здесь все работает, не так, как следует! У центрального компьютера напрочь расплавился процессор, захватив с собой на тот свет все мои планы выйти на связь и провести диагностику. Полная задница! Короче говоря, центральный компьютер категорически мертв, а мое пребывание на станции начинает носить скорее декоративный характер. И раз уж я не могу связаться с вами и пожаловаться на всю творящуюся здесь херню, то мне ничего не остается, как немного поныть хотя бы для отчета. Однако не думайте, что я сдался. Я все же попытаюсь восстановить компьютер, разобрав на запчасти одного из роботов. Так что меня еще рано списывать со счетов. Конец записи.
Встав на гусеничный трак одного из них, он присел и подался вперед, пытаясь отыскать сервисный щиток. Система кондиционирования скафандра ощутимо усилила свою работу, пытаясь удалить испарину со взмокшего лица. Нащупав три небольших фиксатора на боковой грани корпуса, он надавил на них. Металлический лист отошел в сторону, оголив внутренности робота. Покопавшись внутри несколько минут, он наконец добрался до процессора. Его размеры были такими же, как и того огарка, который он достал из тела главного компьютера добывающего комплекса. 54 атома азота, заключенные в магнитную ловушку, служили источником интеллекта для робота и выдавали приличную мощность до 1,5 петафлопс.