ЛЮБЛЮ

Дьяченко Алексей Иванович

«Бояре, а мы к вам пришли»...

Ребята, игравшие в прятки, считались, встав в круг. Выясняя,

кому выпадет водить:

– Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана, буду резать,

буду бить, всё равно тебе водить.

Считавший остановился на смуглом мальчике и тут же все ос-

тальные, не дожидаясь, пока водящий подойдёт к назначенному мес-

ту и зажмурит глаза, рассыпались по двору.

– 226 –

Молодые

мамы, с колясками, собравшись вместе в тени под

клёном, подальше от шума детворы, делились своими радостями.

В глубине двора, под старыми тополями, за дощатым само-

дельным столом, покрытым линолеумом, старики играли в домино.

У подъездов, сидя на скамеечках, греясь в солнечных лучах и

жмурясь от удовольствия, тихо шептались старушки.

У подъезда, в котором жил Степан, их сидело семеро. Самая

маленькая и самая худенькая из них, одетая в синее зимнее пальто с

цигейковым воротником, постоянно облизывавшая языком сухие гу-

бы, говорила всем остальным:

– Очень уж имя красивое я узнала. У кого родится внук, назови-

те его этим именем.

– А, что за имя-то? Как назвать? – Стали спрашивать сидев-

шие с ней.

Старушка призадумалась и, вспомнив, просияв от радости, со-

общила:

– Это имя - Жучка.

– Да, что вы, тётя Шура. Это же собачье имя, – вступила в раз-

говор ещё не старая женщина с раскосыми глазами.

– Нет, – упрямо стояла на своём Тётя Шура. – Не собачье.

У соседей родился сын, они назвали его Жучка.

– Да, что вы! – Засмеялась женщина с азиатским лицом. – Воло-

дей. Вовой его назвали.

– Так, так. Точно, – припоминая, согласилась тётя Шура. – По-

вашему будет Вова, а по-русски – Жучка.

Все сидевшие на скамейке рассмеялись, но, заметив вышедшего

из подъезда Степана, умолкли и обратили взоры на него. Он остано-

вился и вежливо поздоровался.

Проснувшись, Степан не обнаружил у себя дома ни Станислава,

ни пива, ни даже пустых бутылок из-под него. Болели почки, чего ни-

когда раньше не было, и зрение, его отличное зрение, совсем почти

пропадало. А главная беда – он не мог себе объяснить, отчего это всё с

ним случилось.

Выйдя во двор и увидев сквозь туман потерянного зрения ог-

ромное количество жизнерадостных людей, Степан на время расте-

рялся и даже подумал о том, что может, никуда ему ехать и не стоит.

– 227 –

Наблюдая за ребятами, игравшими в «бояр», а именно за щупленьким

мальчиком, пробовавшим прорвать цепь, да так и повисшем на мос-

ластых

руках, сцепленных в замок, принадлежащих двум перерост-

кам-девицам, решил всё же ехать. Вспомнилось ласковое Чёрное мо-

ре, горы, небо, богатая растительность, которую очень любил.

Выйдя из двора, через просторную арку, он подошёл к широкой

автомобильной дороге, располагавшейся от дома в двух шагах и под-

нял руку. Сизый голубь, напуганный взмахом руки, вспорхнул и поле-

тел низко над землёй.

«Устал бедняга, на меня похож», – подумал Степан, глядя на голубя.

– Куда, командир? – Спросил водитель красных «жигулей», ос-

тановившихся рядом с ним и, узнав, что на Курский, сказал. – Садись.

Степан, с лёгкой спортивной сумкой в руках, устроился на зад-

нем сидении. Поглядывая на своего пассажира через зеркальце, пожа-

ловавшись на движок и на дороговизну ремонта, владелец «жигулей»

стал рассказывать о своей жизни.

– Я брату говорю: чтобы работать мясником и что-то иметь,

пить нельзя совсем. У меня в бригаде мужик выпивает стакан, выпи-

вает второй – всё, говорит, норма! Ты ему хоть ящик ставь, он пить не

станет. Достаёт червонец – на, говорит, Сергунь, пей, я всё. Брат мне

сколько раз говорил: Сергунь, поверишь-нет, я без трёх сотен смену

не сдавал, и никого никогда не обманывал. Всё, что имел – всё блат-

ные приносили с заднего крыльца...

Приехав на место, Степан заплатил столько, сколько Сергуня

запросил. Поезд давно был подан на посадку, до отправления остава-

лось десять минут. Подойдя к своему вагону, он улыбнулся провод-

нице и, показывая билет, вежливо, как хорошей знакомой сказал:

– Здравствуйте.

Ответив словом «зласте», проводница посмотрела на Степана с

подозрительностью, пытаясь понять к чему это «здравствуйте» сказа-

но, и, не поняв, отнесла к насмешке и не на шутку рассердилась.

В купе, окна которого выходили на перрон, уже сидели пасса-

жиры. Ими были молодая мама и ребёнок пяти лет. Глазастый маль-

чик, одетый в маечку, короткие штанишки и гольфы, читал по слогам

детскую книжку, водя по жирным чёрным буквам тоненьким белень-

ким пальчиком. Его мама, сидевшая рядом, листала журнал мод. Ни

– 228 –

мальчик, ни его молодая мама появление нового пассажира не замети-

ли. И Степан, решив не мешать, молча сел на свободное место и стал

ждать отправления поезда.

Вспомнил море, ласковые волны, едва колеблющиеся водоросли