ЛЮБЛЮ

Дьяченко Алексей Иванович

и её с кем-то путают. А так редко и так сухо отвечала Анна потому,

что, во-первых, промокла до нитки, а во-торых, что следовало из пер-

– 134 –

вого, все силы тратила на то, что бы удержать скачущие от холода зу-

бы и не показаться жалкой.

А в беседке оказалась так. После того как родная сестра вытолк-

нула под дождь, она, сбиваемая ветром, под этим самым проливным

дождём,

направилась туда, куда несли ноги, совершенно не думая о

том, куда идёт. Таким образом и пришла к сырой, местами протекаю-

щей беседке, в которой всё одно доставали со всех сторон холодные

брызги и обдувал не по-летнему прохладный ветер.

Тем временем, проезжая через двор, мимо подъезда, тихо ехала

машина с ласково горевшим, в углу лобового стекла, зелёным огонь-

ком. Остановив машину и поговорив с водителем, Фёдор, бегом, не

разбирая, где лужа, где нет, вернулся в беседку.

– Где вы тут? Живы? – Не зная как начать, сказал он. – Вы... Вы

простите мне моё скотство. Признаться, действительно хотел Вас бро-

сить. Бог спас, не позволив стать подлецом, не позвольте и вы. Слово

за Вами. У подъезда такси, водитель согласен, это судьба. Отвезу Вас

в центр города к милым, порядочным людям. Не хотите сделать это

для себя, сделайте для меня. Только подумайте, как смогу я лечь

спать, зная, что вы тут мокнете?

Хотел ещё сказать о том, что ничего не случится, что комнат у

друзей много и их не стеснить, но вместо всего этого со свистом вы-

пустил воздух изо рта и сказал:

– Вот.

– Согласна, – еле слышно произнесла Анна.

– Как? – Переспросил он, не веря ушам своим и опасаясь, что

услышит другое, торопливо заговорил:

– Вот и поедем. Таксист ждёт. Пойдёмте к машине. Дайте руку.

Сами? Хорошо, идите сами, только не споткнитесь. Тут много бугров

и скользко.

Ехали в полнейшей тишине, нарушаемой лишь тиканьем счёт-

чика. Анна и Фёдор молчали, и таксист был угрюм, разговоров не за-

водил. Когда подъехали к дому, Фёдор попросил остановить машину

у подъездной двери. Выйдя первым, он открыл входную дверь, а за-

тем, вернувшись, предложил уже и спутнице покинуть машину. Всё

это делал не только из вежливости, но ещё и затем, что бы как можно

– 135 –

меньше мокнуть. Однако в центре города, там, куда приехали, не то

что ливня, но и моросящего дождя не наблюдалось.

Сев в такси, Анна погрузилась в приятное состояние полусна, не

заметила она и того, как оставила машину и вошла в открытую дверь

подъезда. Только

на лестнице, придя в себя, остановилась в нереши-

тельности и вопросительно посмотрела на того, кто был с ней рядом.

– Пойдёмте, – улыбнувшись, сказал Фёдор. – Не бежать же Вам

обратно в беседку. Заодно и убедитесь, что я не обманул, говоря о по-

рядочных людях.

Несмотря на позднее время, Леденцовы не спали, были в их

квартире ещё и гости, Мазымарь и Случезподпишев. На столе стояла

открытая бутылка «Кагора», а вокруг стола бурлило веселье, гул ко-

торого был слышен вошедшими с самого порога.

– Ого-го! Смотрите, кто пришёл! – Восторженно закричал Ле-

денцов и кинулся обниматься с Фёдором. Тут же, вслед за ним, под-

бежали к вошедшим и все остальные. – А мокрые, как с охоты! А где

трофеи, где дичь, охотники? Где ваши ружья, порохом пропахшие?

Вина им! – Кричал Леденцов, не выпуская Фёдора из своих объятий.

Познакомив девушку со всеми присутствующими и сам впер-

вые услышав её имя, Фёдор обратился к Геннадию с просьбой пере-

одеть свою спутницу, что на самом деле было лишним, ибо Лиля,

уже предложила Анне принять горячую ванну и расторопно, как и

подобает настоящей хозяйке, увела её из комнаты.

– Мне нужно десять рублей, – сказал Фёдор, сразу же, как толь-

ко Лиля и Анна ушли. – Таксист стоит у дверей ждёт.

Леденцов достал десятку и протянул Макееву.

Вернувшись с улицы, после того, как расплатился, Фёдор застал

такую картину: Случезподпишев сидел на столе и болтал ногами, при

этом пожёвывал жвачку и улыбался, а стоявший перед ним Вадим, го-

ворил ему обидные слова. Мазымарь был зол из-за того, что Стасик

отказался бесплатно играть в больнице. Мазымарь в этой больнице

лечился и в знак благодарности хотел врачам показать свой спек-

такль, но Случезподпишев этого не понимал.

– Дурак! Они же унижают тебя этими подачками, – говорил Ва-

дим, – другому не посмела бы и предложить, а тебе кинула. Швырну-

– 136 –

ла, как собаке, кость и ты схватил. Да, ещё и доволен. Не лыбься. Они

видят тебя насквозь, что ты дешёвка, так к тебе и относятся!

– Чего это ты? – С трудом понимая, о чём идёт речь, спросил Фёдор.

– Да, вот, – стал объяснять Мазымарь. – Этому уроду итальян-

ская звёздочка, за то, что подслуживал ей в кадре, слугу играл, джин-

совку подарила. Вот я теперь и объясняю ему, что она его унизила.

Унизила, а он этого даже и не заметил.