Лёд
Шрифт:
Я поспешил к ней на встречу и подхватил на руки. Она так просто и естественно принимала всё, что я делал. Без вопросов, просто обняла за шею, хотя и удивилась.
Я отнес и усадил её в кресло, сам устроился на полу и, поставив её ступни себе на колени, стал подворачивать слишком длинные брючины.
– Ты так любишь ходить босиком.
– Мне всё равно. Почему ты все время беспокоишься об этом?
Я вдруг понял, что всегда видел её только в сером и белом. Синий цвет, что она выбрала, удивительно шел ей. Кожа казалась прозрачной и лицо и волосы - будто ярче
– Ты такая красивая, - я сказал это прежде, чем осознал.
Она вздохнула и замерла. Щеки слегка порозовели, а глаза распахнулись шире. Я обнял её ноги и прижался к ним лицом. Почувствовал, как она легонько провела рукой по моим волосам. Сердце будто подпрыгнуло ускоряясь.
В дверь осторожно постучали.
– Еда, - сказала Эмма, и я поднял голову.
– Что?
– Там, - кивнула она на дверь.
– Откуда ты знаешь?
Она снова сделала это удивленное выражение, немного помедлив коротким движением, коснулась пальцем носа сбоку.
– Запах чувствую. Ты нет?
– Нет. Далеко и дверь закрыта.
Я поймал её руку и поцеловал кончики выглядывающих из рукава пальцев.
– Женщина ушла, - сообщила Эмма, наблюдая за мной.
– Она приходила, чтобы принести тебе поесть?
– Ты слышишь, как ходят за дверью?
Она снова немного подумала, склонив голову к плечу.
– Нет. Чувствую.
– Ты голодна?
Она кивнула, прежде чем ответить:
– Очень.
Я тут же поднялся и поспешил к двери. Там действительно никого не было. Сбоку стоял передвижной столик. Я направил его к креслу, в котором она сидела, опустил пониже, чтобы ей было удобно. Снял все крышки, накрывающие блюда. Принёс для себя стул и уселся напротив неё. Эмма внимательно изучала всё, что было на тарелках. Иногда наклоняясь и будто принюхиваясь.
– Тебе не нравится?
– Энергобатончиков нет, - с сожалением сообщила она.
– Что это?
– Когда я была егерем, я ела их, когда была на маршруте.
– Вкусно?
– Быстро, - непонятно ответила она, приоткрыв чайник, чтобы узнать, что в нем.
Она так просто об этом заговорила и так спокойно произносит: "я была".
– Налить тебе чай? Или кофе?
Она бросила на меня короткий взгляд. Кажется, что-то ей не нравилось. Но, что? Коротко вздохнув, она спросила:
– А что будешь ты?
– Кофе, - наобум выбрал я.
– Хорошо.
Пока я наполнял наши кружки, она решила попробовать что-то.
Эмма, разобравшись с рукавом, мазнула пальцем по кусочку масла и тут же отправила его в рот. Проверяя свои ощущения, немного подумала, а потом снова вздохнула.
– Не нравится?
– Не очень.
Я бросил в её кружку сахарный шарик, совсем забыв спросить, нужен ли он ей. Она ничего не сказала на это, но потом вдруг заинтересовалась и с любопытством стала наблюдать за тем, что происходило в её кружке. Благодаря прозрачным стенкам ёмкости, весь процесс был виден от начала и до конца. Ничего необычного, невольно посмотрев туда же, я не увидел. Шарик всплыл и переместился в краю кружки. Затем по спирали скользя по стенке, стал опускаться на дно, пока не растаял полностью. Пузырек воздуха всплыл в центре, завершая процесс.
– Что это?
– Ты не видела раньше саморазмешивающийся сахар?
– дошло до меня как-то вдруг.
– Нет. Как это действует?
– Не помню точно. Что-то со структурой молекул связанное, кажется. Их выстраивают по определённой схеме. Пока шарик под силой тяжести опускается, и в определенном порядке разрушаются его слои, это создаёт движение.
– Забавно, - она поискала и увидела пирамидки рядом с шариками.
– Это что-то подобное?
– Сливки.
Пирамидку она взяла и самостоятельно опустила в кружку. Наблюдала очень внимательно, как она опустилась на дно и из вершины протянулась вверх светлая струйка. Едва она достигла поверхности, цвет напитка изменился полностью, утратив прозрачность, а сверху, с тихим шипением образовалась пена.
– Синий - капучино, - я указал на то, что пирамидки разноцветные.
– Это что-то значит?
– Способ приготовления. Ты не пила раньше кофе?
Она взяла своё капучино и пригубила.
– Нравится?
– Я пила это, когда была в госпитале. Было горько. Так лучше.
– А что ты пила раньше?
– Вода, лучше всего.
Она обвела взглядом всё, что было перед ней на столе, и сказала:
– Я не знаю, как это есть.
Шарик сахара, который я машинально взял, выпал из моей руки и покатился по столу.
– Что это значит?
– Нас кормили готовыми блюдами. Не нужно было выбирать, смешивать, - она пожала плечами, говоря об этом, как о само собой разумеющемся.
– А на маршруте… Энергобатончики?
– еле преодолев спазм в горле, спросил я.
– Да, - просто кивнула она.
– Я не люблю сырое мясо, проще поголодать и не тратить время на охоту.
– Охоту? Что это?
Она так странно посмотрела на меня, а потом отвела взгляд.
– Тебе лучше не знать.
– Почему?