Ламентации

Хаген Джордж

Джулия пригладила Маркусу волосы, подоткнула одеяло.

— Ты будешь жить до ста лет, Маркус. Люди станут путешествовать на реактивных аппаратах и летать в отпуск на спутники Юпитера. А роботы будут подавать нам чай и мыть посуду.

— Сто лет! Здорово! — Маркус повернулся на другой бок и закрыл глаза.

Джулия застыла не шевелясь. Дала себе слово — и через две минуты нарушила! Лишь ради того, чтобы уложить ребенка спать.

Саутгемптон

Хмурым,

ненастным днем Ламенты прибыли в порт Саутгемптона. Дождь, промозглый ветер и стылое небо встретили пассажиров «Виндзорского замка». Уилл разглядывал толпу неуклюжих людей, прятавших подбородки в воротники мокрых твидовых курток и плащей, — натыкаясь друг на друга в клубах сигаретного дыма, они хмурились и бормотали извинения. Уилл с тоской оглянулся на корабль-великан.

Говард ловил такси, а остальные ждали на груде чемоданов.

— Тебе понравится в Англии, — сказала Джулия Уиллу, будто чувствуя его разочарование — или свое собственное.

Глядя, как спускаются по сходням последние пассажиры, Уилл мечтал остановить время, чтобы они повернули вспять, скинули плащи, надели купальные костюмы и вновь уселись в шезлонги, за карточные столы, вернулись к метанию колец, волейболу и недочитанным романам.

— Может, вернемся? — спросил Маркус, выразив вслух чувства Уилла.

— Вам понравится в Англии, — повторила Джулия, ведя сыновей к такси. Уилл заметил, что от холода у нее покраснел нос.

— Не понравится, — огрызнулся Джулиус.

— И мне, — отозвался Маркус.

Говард захлопнул дверцу такси. Сквозь омытое потоками ливня стекло Уилл увидел, как мистер Перкинс, стоя на цыпочках, целует миссис Перкинс. И Ламенты двинулись в путь.

АНГЛИЯ

Вам понравится в Англии

— Эй, приятель! — крикнул забияка на спортплощадке Уиллу, когда тот в первый раз пришел в школу Эйвон-Хит.

Уилл, которого никогда прежде не называли «приятелем», промолчал. Ни чуточки не смутившись, мальчишка подкрался к Уиллу и крикнул ему в самое ухо, обдав его горячим, зловонным дыханием:

— Эй, приятель, ты откуда?

— Из Африки.

Хищное лицо забияки вытянулось от изумления.

— Из Африки? Почему же ты не черный?

— Потому что белый, — ответил Уилл.

Веснушчатый забияка прищурился. Оглядел Уилла с головы до ног, будто несколько дюймов черной кожи между шортами и носками объяснили бы противоречие. Йен Риллкок был одного роста с Уиллом и тоже в школьной форме: серые шорты, белая рубашка, синий

с золотом галстук. Яичное пятно на куртке почти скрывало школьную эмблему.

Черные туфли Риллкока были сношены до дыр, коленки содраны. Зубы мелкие и острые, как спичечные головки.

— Я тебя вздую, как пить дать! — рявкнул он, замахнувшись кулаком в цыпках, ногти у него были с черной каймой.

— За что?

— Как — за что? Только вякни — вздую!

Их отвлек дежурный — старшеклассник, бежавший по школьному двору с колокольчиком, возвещая начало урока. Риллкок, позабыв о своей угрозе, вместе с оравой мальчишек пустился за дежурным вдогонку. Уилл смотрел, как тот вывел своих преследователей прямо навстречу старичку-учителю. Хором извинившись, они повернули назад и ворвались в двери школы.

— Представься, пожалуйста, — велел Уиллу учитель, мистер Бро, — великан с малюсенькой головой, в серых очках и со складками на шее, которым позавидовал бы пеликан.

— Уилл Ламент.

— А я тебя вздую! — раздался голос с задней парты.

— Кто тут разговаривает? — пролаял мистер Бро. Никто не сознался, и всему классу велено было писать предложение «Я не буду разговаривать на уроке». — Пишем сто раз, — зловещим шепотом сказал мистер Бро.

Уилл поднял руку.

— Что, Ламент?

— И мне тоже писать?

— Всем до одного, мистер Ламент. Всем до одного.

— Но я не…

— Если никто не сознался, пишут все, мистер Ламент. Ясно?

Дисциплина в классе мистера Бро была строгая. Как убедился Уилл через неделю на уроке истории, она еще и зависела от капризов учителя.

— Лучший способ запомнить жен Генриха VIII, — объяснял мистер Бро, — «развелся — казнил — умерла; развелся — казнил — осталась жива».

С первой парты раздался судорожный смешок Рэймонда Тагвуда. Тут же с задней парты полетела тряпка. Чуть не задев Уилла, она угодила в Тагвуда, оставив у него на затылке меловой след, который держался до конца дня. Оглянувшись, Уилл увидел злорадный прищур Риллкока.

— Кто разговаривает? И кто кидается? — строго спросил мистер Бро.

— Я разговаривал, сэр, — хихикнул Тагвуд.

Мистер Бро, прищурившись, оглядел учеников на задних партах, но Риллкока не увидел.

— Значит, кидался мистер Икс? Разговоров в классе я не допущу. — Учитель глянул на Тагвуда: — По-твоему, смешно, когда отрубают голову?

— Нет, сэр. — Тагвуд взволнованно теребил прядь волос на виске.

— Хочешь испытать на себе?

Рэймонд Тагвуд взглянул на метровую линейку в руках мистера Бро и опять судорожно хихикнул.

— Кто желает обезглавить юного мистера Тагвуда? — прорычал мистер Бро. — Может быть, мистер Риллкок?

— С удовольствием, сэр!