Крысоlоvе
Шрифт:
Репчатый лук похож на мыльные пузыри. Тертый сыр – на искусственный снег.
У меня такое ощущение – что я ужинаю натюрмортом.
Признание в любви к холестерину.
В жирные сливки мелко порезать твердый жирный сыр, нагревать, пока сыр не растает и сливки не запенятся, медленно вбить туда пяток перепелиных яиц, чтобы белок постепенно коагулировал. Больше не греть, до состояния омлета не доводить, потому что сливок и сыра должно быть раза в три больше, нежели яичной массы, солить, перчить, присыпать свежей зеленью.
Есть
Жрать много вкусной еды. Спать одной.
Вот, если человек просыпается в моем доме – я его должна накормить завтраком, иначе мне будет стыдно и плохо.
По этому завтраку – я все понимаю – будет ли еще этот человек в моем доме ночевать или нет.
Для меня все имеет значение, могу будущее предсказывать по этим завтракам.
Более всего доверяю мужчинам, которые едят на завтрак яйца-всмятку, яичница – вполне допустима, но сразу становится понятно, что это не идеальный вариант.
Раздражают те, которые хотят бутербродов.
Настораживают редкостные извращенцы, которые желают ограничиться сладким чаем (если мужчина отказывается от кофе – дальнейшие отношения вообще под вопросом).
Интереснее всего мужчины, которые просыпаются откровенно голодные и хотят жрать – всего и много.
А еще есть мужчины, которые едят на завтрак йогурты.
Мне кажется, что сымитированный оргазм подобен унылому кокетству в гостях: «ах, спасибо, я не голоден, я бы вот чаю попил без сахара или просто воды – из-под крана, я три дня не ел, да не хочу совсем, что вы, что вы – вы сами кушайте – вы мне нисколько не мешаете!»
Я могу сравнить мужчин – с едой – по степени желания, но не по степени простоты-сложности вкуса.
Нет ничего лучше «простого вкуса» – на мой собственный – непритязательный вкус.
Я в последнее время убедилась, что какой-то круг ограничений под названием – «моя любимая еда» – отсутствует.
При этом я не чувствую, что изменяю своей любимой дыне – с бараньими котлетами или яйцами, с малосольной селедкой или жареным сельдереем, с болгарским перцем или вишневым компотом, с холодным борщом или с овсянкой.
Я вдруг поняла – что про любую вкусную еду я могу сказать – «это лучшее, что я ела в своей жизни» – когда еще свежо послевкусие в моем опустевшем рту – вареная кукуруза, мягкий домашний сыр с стебельками эстрагона, жирная (или сделать большую Ы) чехонь, которую я хватала с особым каким-то неприличием, камамбер с медом, или малосольные хрустящие огурцы, в которых таятся ароматы черносмородинового и вишневого листа, укропа, хрена и молодого мелкого чеснока в шкурках.
Разве может быть что-то вкуснее свежей ржаной лепешки, щедро посыпанной семенами тмина и кориандра? Жаренной на сухой сковородке утиной грудки, политой наршарабом? Лепестка пармезана со вторым глотком утреннего кофе? Жаренной в сухарях свежепойманной рыбы?
Густого грибного супа из белых сушеных грибов – с перловкой и сметаной? Простой жареной картошки? Яблочного дрожжевого пирога, когда он еще теплый, политый сметаной с сахаром? Разве может быть что-то
Я не знаю – что из этих вкусовых ощущений – просто, а что сложно.
Я не консерватор, но и не экспериментатор, я люблю все. Новое и старое, привычное и экзотичное.
С мужчинами у меня совсем-совсем иначе.
Вряд ли мне захочется ощутить заново вкус и аромат мальчишки, в которого я была влюблена в свои пятнадцать лет.
Вряд ли мне захочется незнакомого, невиданного ранее мужчину, лишь по прочтению его подробного описания в красочном меню на сайте знакомств.
Я хорошо изучила собственные вкусы, я точно знаю тип мужчин, который может оказаться мне интересен. Мне вовсе не хочется – «пробовать и пробовать» или «искать и пробовать».
В выборе еды разнообразие гораздо больше.
И для меня вопрос – мясо или рыба – гораздо сложнее, чем юбка или брюки.
Как говорил один маленький пантагрюэлист – «и то, и другое, и можно без хлеба».
XIX
В качестве эпиграфа:
Она принадлежала к числу тех редких женщин, которые хотят, чтобы во время любовных игр на них не обращали никакого внимания, которые ненавидят заботу или предусмотрительность со стороны мужчины, и получают удовольствие, лишь когда партнер заботится только о себе.
Франсуаза Саган. Окольные пути
Сжал мне руки под грязной прихваткойИ сказал: «Ненавижу блины!»Что мне делать с опарою сладкой,Стали щеки, как сало, бледны.Задыхаясь, я крикнула:«Утка! Мясо-гриль! и осетр на пару!»Улыбнулся спокойно и жуткоИ ответил: «Я на ночь не жру!»На ночь они действительно не жрали, не успевали просто. Ночь была вовсе не для жратвы. Но вот после ночи...
– Что ты будешь на завтрак? Кофе я сварила.
Кофе действительно стоял уже на прикроватном столике: низкие толстые керамические чашки, подогретое молоко, взбитые сливки, тростниковый сахар и смешные марципановые поросята.
– Ты куришь?
– Нет,– ответил он.
– Жаль,– слегка поскучнев, ответила она и убрала из кофейного натюрморта прозрачную пепельницу и зажигалку.
– Но ты можешь курить, конечно,– спохватился он.
– Да, спасибо, но так – не хочется,– она ушла на кухню.
На плите все скворчало, кипело,взбиты в белую пену белки.Я на правую руку наделаПрихватку с левой руки.