Клоун

Юань Е

— Без проблем, — Клейн проверил револьвер и убрал его обратно в подмышечную кобуру.

Лойо не ответила ни согласием, ни отказом. Качнув гладкими шелковистыми черными волосами, она молча вошла следом в караульное помещение.

За партией в карточную игру «Борьба со злом» Клейн как бы невзначай заметил:

— Кукла Несчастий, я имею в виду «3–0625»… Судя по описанию в архивах, она вообще не должна обладать признаками живого существа…

— Ха-ха, три туза! — Леонард сбросил карты и, словно ведя обычную светскую

беседу, отозвался: — За прошедшие сорок лет артефакт «3–0625» действительно не выказывал никаких признаков жизни. Давайте предположим, что данные в досье верны, и используем это как отправную точку для наших рассуждений и дедукции.

— Пас. У тебя есть соображения? — лаконично спросила Лойо.

Пока Клейн раздумывал, стоит ли ему скидывать три двойки, Леонард сделал глоток свежезаваренного кофе и ответил:

— Именно. Раз уж сама по себе «3–0625» не живая, то ее сегодняшняя выходка — явный результат какого-то внешнего влияния. И этот фактор должен был появиться совсем недавно. Иначе она бы уже давным-давно продемонстрировала нам свои таланты.

— И что же необычного произошло за вратами Чаниса в последний месяц?

Лойо посмотрела на брошенные Клейном три двойки и после секундного раздумья ответила:

— За это время случилось лишь одно неординарное событие. Дневник семьи Антигон и Запечатанный артефакт «2–049» провели целую ночь за вратами Чаниса.

Леонард, глядя на свои карты и легонько постукивая по столу, усмехнулся:

— Если бы артефакт «2–049» умел сводить Куклу Несчастий с ума, он бы уже давным-давно натворил подобных дел за вратами Чаниса в Баклунде. Поэтому я готов биться об заклад: корень зла кроется в дневнике семьи Антигон.

Клейн хорошенько обдумал его слова и, не в силах скрыть согласия, закивал:

— Звучит крайне правдоподобно… Леонард, никогда бы не подумал, что ты силен в дедукции.

«По правде говоря, образ романтичного поэта и талант к логическим рассуждениям как-то не особо вяжутся друг с другом…»

— Это всё потому, что в последнее время он зачитывается детективными романами, — ровным тоном вставила Лойо. — Два джокера. Стрит от восьмерки до короля. Никто не бьет? Три шестерки. Я выиграла.

Глядя на пустые руки Лойо, Клейн и Леонард разом погрузились в гробовое молчание.

Забывшись в детективных рассуждениях, они напрочь упустили из виду одну критически важную деталь:

В этой раздаче роль «зла» досталась именно Лойо!

Наблюдая, как девушка тасует колоду, Клейн решил воспользоваться паузой:

— А что за сила утащила «3–0625» обратно?

Леонард покосился на него и хихикнул:

— Неужели ты думал, что вся защита врат Чаниса сводится лишь к спрятанной глубоко под землей камере да паре престарелых смотрителей?

— На самом деле, как только солнце полностью скрывается за горизонтом, смотрители покидают свой пост у врат и возвращаются в собор Святой

Селены.

— Ночью сила, таящаяся внутри, достигает своего пика. Это место становится непригодным для живых существ. Лишь с первыми лучами рассвета она идет на спад. Именно поэтому капитан строго-настрого запретил нам заходить за врата Чаниса, какие бы звуки мы ни услышали.

«Иными словами, капитан просто забыл объяснить мне причину…» — Клейн мысленно хмыкнул и спросил:

— Это какая-то защитная печать? Магический круг?

«Что-то вроде гигантского амулета или талисмана?»

— Угу, — кивнула Лойо, раздавая карты. — Врата Чаниса всегда располагаются под главными соборами в каждом городе именно для того, чтобы подпитывать их мощь за счет ежедневных молитв верующих. Их искренняя вера наполняет печать частицами Духовности. Капля за каплей, она собирается в колоссальную силу.

— Вот оно как… — задумчиво протянул Клейн, глядя на свои откровенно паршивые карты.

В этот момент Леонард с улыбкой добавил:

— И это далеко не единственная мера защиты. За вратами Чаниса покоится прах самой Святой Селены. А при жизни она была Потусторонней высокой Последовательности.

«Прах Святой Селены? Останки эксперта высокой Последовательности? Священный пепел? И какой от него толк?» — Клейн почувствовал жгучую смесь недоумения и любопытства.

Святая Селена была одной из святых, стоявших у истоков создания Церкви Богини Вечной Ночи. Она жила в древнюю Третью Эпоху и упоминалась во множестве священных текстов. Поэтому среди паствы Богини Вечной Ночи имя Селена встречалось сплошь и рядом.

Леонард, словно прочитав мысли юноши, пустился в объяснения:

— Ходят слухи, что тела или прах Потусторонних высоких Последовательностей даже после смерти сохраняют в себе невероятную, немыслимую мощь. Впрочем, это всего лишь слухи.

Клейн едва заметно кивнул и вернул всё свое внимание полученным картам.

В последующие несколько часов за вратами Чаниса так ничего и не произошло. Зато Клейн проиграл целых два сула, о чем теперь искренне сокрушался. Впрочем, играющий в той же романтической манере Леонард продулся аж на четыре сула и пять пенсов. Единственным триумфатором оказалась немногословная Лойо.

— Солнце только что взошло. Моя смена, — около шести утра в караульное помещение вошла спокойная «писательница» Сика Трон.

Клейн подробно зафиксировал ночной инцидент в журнале дежурств и вместе с Леонардом и Лойо поднялся обратно в охранное предприятие «Черный Терн».

К этому времени юноша выглядел совершенно вымотанным, в то время как стоящие рядом «Полуночный поэт» и «Бессонная» излучали бодрость и энергию.

«Вот она, разница между Последовательностями…» — Клейн уже собирался миновать перегородку и отправиться домой отсыпаться, как вдруг дверь распахнулась, и внутрь вошел капитан.