Клоун

Юань Е

«Приложение: Впервые кукла была обнаружена в доме старушки Тесс на Нижней улице Железного Креста в Западном районе. Будучи мастерицей по изготовлению игрушек, она, сломленная преклонным возрастом, тяжелой болезнью мужа и ранней смертью обоих детей, была вынуждена перебраться в трущобы».

«Эта кукла стала ее последним творением. Выручив за нее немного сока болиголова, она оборвала жизни — свою и своего мужа, положив конец их трехдневным мукам от голода».

Прокручивая в памяти досье на Запечатанный артефакт «3–0625»,

Клейн чувствовал, как в его груди разрастается жгучая смесь паники и недоумения:

«Разве в отчете не черным по белому написано, что она не живая? Разве там не сказано, что у нее нет склонности к побегу?!»

«Тогда что, черт возьми, я только что видел?!»

«И что за неведомая тварь утащила ее обратно во мрак?»

«Что означал тот вертикальный глаз, начертанный на развернутом ею пергаменте?»

«Вся эта сцена выглядела так, словно внутри заперт маньяк-убийца, который пытает свою жертву. Жертва изо всех сил бьет по двери, отчаянно молит о помощи, но маньяк безжалостно затаскивает ее обратно…»

Обуреваемый роем этих мыслей, Клейн принял единственно верное решение: никакой самодеятельности.

Он вернулся в караульное помещение и с силой дернул за специальный шнур.

Шнур натянулся, шестеренки пришли в движение, и на втором этаже, в охранном предприятии «Черный Терн», разорвал тишину тревожный, надрывный звон колокольчика.

Резавшиеся в карты в комнате отдыха Леонард Митчелл и остальные «Бессонные» мгновенно побросали карты и бросились в подземелье.

Глава 109

Рассуждения

Стремительные шаги, приближающиеся издалека, достигли ушей Клейна. Это изрядно успокоило юношу, застывшего в дверях караульного помещения.

— Что случилось? — хмуро спросил первым прибежавший Леонард, сжимая в руке револьвер.

Глядя, как тот едва не проскочил мимо на огромной скорости, Клейн тут же вспомнил один забавный случай, о котором как-то рассказывала Розанна. Три года назад Леонард, только-только став «Бессонным» и еще не успев адаптироваться к силе зелья, попытался сбежать по лестнице на всех парах. В итоге он кубарем скатился вниз, словно колесо.

Клейн легонько откашлялся и указал на врата Чаниса:

— Сначала оттуда доносился яростный стук, затем он сменился тяжелыми ударами. А потом врата и вовсе слегка приоткрылись.

— Врата Чаниса приоткрылись? — в полном недоумении переспросил невысокий Кенли.

— Да, образовалась узкая щель, — Клейн уже собирался продолжить свой рассказ, как вдруг заметил одну странность.

Леонард, Кенли и Лойо так и не приблизились к караульному помещению. Они замерли в нескольких шагах от него, рассредоточившись полукругом, словно защищаясь от него самого.

Юноша запнулся на полуслове и спросил:

— Вы меня подозреваете?

— Нет, это не подозрения. Таков стандартный

протокол действий, — покачав головой, опроверг Кенли.

Даже в такой напряженной атмосфере Леонард всё с той же несерьезной ухмылкой добавил:

— В других епархиях уже случались подобные инциденты. Дежуривший у врат Чаниса Потусторонний терял контроль, звонил в колокольчик, а затем, пользуясь замешательством прибежавших на помощь товарищей, убивал двоих на месте.

— Ладно, — Клейн мгновенно отбросил всякую обиду и злость из-за того, что его взяли на мушку. Вместо этого он поинтересовался: — И как же мне доказать, что я в своем уме?

Леонард убрал с лица усмешку. Четырежды коснувшись груди, он низким голосом зачитал нараспев:

— Они наги, лишены одежды и пищи, беззащитны пред лютой стужей.

— Они промокли под проливным дождем и, не найдя укрытия, в отчаянии льнут к голым скалам.

— Они — матери, у которых отняли детей. Они — сироты, утратившие всякую надежду. Они — бедняки, которых нужда столкнула с праведного пути.

— Но Ночь не отвернулась от них, одарив своей неизменной милостью.

* * *

Слова священной, исполненной сострадания молитвы эхом разносились по подземелью. Они приносили каждому телу, разуму и духу абсолютное, почти освобождающее умиротворение.

Убедившись, что Клейн не выказывает никаких признаков безумия, Леонард оборвал молитву и вновь расплылся в улыбке:

— Порядок. Ты по-прежнему наш надежный товарищ.

Хранившая до этого момента молчание холодная и отстраненная Лойо бросила взгляд на врата Чаниса и спросила:

— Что ты увидел после того, как створки приоткрылись?

— Я увидел Куклу Несчастий. Ту самую, в черном классическом дворцовом платье, артефакт «3–0625», — всё еще не до конца оправившись от страха, ответил Клейн. — Но не прошло и трех секунд, как ее утащила обратно какая-то невидимая сила. И врата Чаниса снова захлопнулись. Что это вообще было?

Леонард, Кенли и Лойо обменялись многозначительными взглядами, после чего «поэт» произнес:

— Хех, мы понимаем в происходящем ничуть не больше твоего. Но раз уж врата Чаниса снова закрыты и аномалия исчезла, соваться туда сейчас не стоит. Нужно дождаться рассвета и прибытия капитана.

Лойо ледяным тоном добавила:

— Я останусь здесь и подежурю с тобой.

— Что ж, — Леонард развел руками и насмешливо улыбнулся. — Как сильнейший из присутствующих, я тоже останусь. Кенли, а ты возвращайся на второй этаж. Вдруг у полиции появится срочное дело, а им никто не откроет.

Кенли не стал возражать. Коротко кивнув, он развернулся и ушел.

Леонард перевел взгляд на Клейна и Лойо:

— Может, продолжим партию в карты? В такой ситуации нам просто необходимо хоть как-то отвлечься, чтобы не сойти с ума от напряжения.