Карающая Длань
Шрифт:
Я раскрыл книгу примерно посередине, и пожелтевшие от времени страницы трухой посыпались на пол. У горла стал ком. Ну и чего мне не сиделось на месте?!
Внезапные шаги за спиной заставили встрепенуться. Я резко повернулся, и старая книга, вырвавшись у меня из рук, полетела на пол, разорвалась надвое.
Лицо старого библиотекаря побледнело от гнева, однако он, к моему удивлению, кричать на меня не стал. Но вот его озверевшие глаза и трясущаяся нижняя губа выглядели весьма многообещающе.
– Подбери все и иди за мной, –
Я кое-как собрал разлетевшиеся по плитам страницы и со всей возможной аккуратностью понес книгу к столу. Вид у меня был словно у нашкодившего щенка.
Библиотекарь поставил принесенную книгу, обитую проржавевшим в нескольких местах металлом, на стол и круто развернулся.
Я тотчас попытался сказать что-то в свою оправдание, но он жестом пресек эту попытку:
– Не хочу ничего слушать! Не знаю, зачем тебе, криворукому долбню, понадобилось шастать рядами, но теперь это уже и не важно. Ты даже не представляешь, что натворил, и теперь у меня могут быть проблемы из-за этого старья. – Старик кивнул на разорванную книгу.
– И что теперь делать?
– А ты как думаешь? Многие считают, что в этом мире можно купить все. – Дед многозначительно посмотрел на увесистый кошелек у меня на поясе.
– Сколько?
– Все, что у тебя есть.
– Что?!
Это уже ни в какие ворота не лезет! Начудил на равном месте – согласен. И ведь предупреждали меня! Но теперь этот наглый дедуля попросту решил подзаработать, пользуясь случаем. Да и по наглой роже видно, что не будет ему ничего. Хотя кто знает, а если он лорду настучит? Не хотелось бы оставлять такую кляксу на первом же личном поручении.
– Половину.
– Все, – и глазом не моргнул библиотекарь. – Иначе напишу жалобу в городской магистрат, а также твоему господину. И согласись, мальчик, мне поверят быстрее, чем тебе. – Голос деда был непреклонным.
Вздохнув, я не без сожаления отстегнул кошель и швырнул на стол.
– А теперь забирай свою книгу и выметайся отсюда!
Солнце припекало уж совсем не по-зимнему. Растаявший снег, превратившийся в паутину луж, неприятно чавкал под ногами. Приходилось то и дело смотреть под ноги, чтоб не поскользнуться и не сесть на пятую точку. А ведь только вчера на улице стоял холод несусветный…
Чем ближе я подходил к району гномов, тем меньше людей встречалось на моем пути – лишь ворчливые бородачи, вечно насупленные и грузные.
Вскоре из-за домов начал доноситься гул, будто где-то там, впереди, раздразнили пчелиный улей. Судя по всему, я не перепутал улицу, и вскоре должен буду выйти на Оружейный рынок, за которым, собственно, и стоит посольство подгорных жителей.
Внезапно цепочки домов по бокам улицы оборвались, и волна из сотен голосов накрыла меня с головой. Поправив во внутреннем кармане плаща послание для Храри Одноглазого
Казалось, торговым рядам нет конца. Такого разнообразия оружия и доспехов я еще в жизни никогда не видывал. Неудивительно, что я и вовсе не знал, как называются многие вещи, кои деловитые покупатели рассматривали и вертели в руках.
Чем больше я пробирался вглубь гномьего рынка, тем гуще становилась толпа. Иногда протиснуться сквозь группы кричащих покупателей и продавцов было просто невозможно, поэтому приходилось пускать в ход локти, толкаться и материться.
Когда добрался примерно до середины рынка, в длинном ряду стало немного просторнее, а вскоре я оказался на небольшой площадке, в центре которой над торговыми палатками возвышался каменный бородатый гигант. В одной руке кузнец держал молот, а в другой – кусок стали, опущенный на наковальню. Вокруг литой из бронзы статуи тоже были выставлены прилавки. Однако здесь было значительно тише и спокойнее. А каждый меч, топорик или нож, выложенный на прилавок, казался настоящим произведением искусства.
Я все-таки решил поглазеть. Подошел к ближайшему прилавку и, попросив разрешения у подозрительно щурившегося рыжебородого гнома, принялся вертеть в руках полуторный клинок. Вырезанные языки пламени скользили вдоль всего лезвия, на яблоке красовался неизвестный мне камень, внутри которого пульсировала синеватая дымка, а рукоять, хоть и была изборождена витиеватыми узорами, оказалась очень удобной. Я несколько раз взмахнул мечом, рассек воздух – оружие оказалось великолепным не только на вид.
– Сколько? – ради интереса спросил я, аккуратно положив превосходный клинок на место.
– Вряд ли у тебя денег хватит! – фыркнул гном, выразительно на меня посмотрев.
Денег у меня и вправду не было, поэтому я решил не устраивать скандал и двинулся по кругу. Соседи рыжего гнома косились на меня так же недружелюбно – еще бы, я ведь одет в одежки попроще, не то что мужчина с тремя слугами и набитым до отказа кошельком, только что купивший украшенный сапфирами шлем и такую же кирасу. Однако когда я брал в руки тот или иной товар, никто не возражал.
Пока я рылся в самых дорогих поделках подгорных мастеров, потерял счет времени. Внезапные крики и звуки гитар с барабанами заставили обернуться и вернули к реальности. В одном из рядов я заприметил цыганок в разноцветных платьях, расшитых пышными яркими цветами, а следом за ними шествовали несколько смуглых щуплых парней с музыкальными инструментами – бродячий ансамбль.
И сколько же я времени уже здесь проторчал? Пора и делом заняться, а поглазеть на железо и на обратном пути можно. Но через цыган идти нельзя – обворуют еще. А оно мне надо?