Искупление

Кингсбери Карен

Помимо своего отца, Тим был единственным мужчиной, которого она когда-либо любила. Единственным, кому она позволяла заглядывать себе в душу.

Анжела закрыла глаза и представила себе, как должна страдать его жена. На мгновение она почувствовала угрызения совести и сожаление, вспомнив слова проповедника, услышанные по телевизору накануне. Искупление. Словно такие люди, как Тим и она, имеют возможность уладить свои отношения с Богом.

Она перевернулась на другой бок и посмотрела в окно. Она не волновалась о Боге и об искуплении,

а только о том, чтобы быть с мужчиной, которого она любит. Кроме того, она уже в раю, не в каком-то далеком месте в облаках, куда она попадет после смерти. Это объятия профессора Тима Джейкобса.

Глава 13

Кэри вошла в дом Брук и окликнула сестру:

— Я пришла!

— Прекрасно, — Брук вышла из своей спальни на втором этаже и улыбнулась, опираясь о перила. — Спасибо. Ты меня спасла. Наша няня никогда еще так нас не подводила.

— Без проблем. Где девочки?

— Хейли уже спит. У Мэдди температура. Она лежит в постели, но еще не заснула. Я уже почти готова. Спущусь через минуту.

— Хорошо.

Кэри огляделась вокруг. Новый ковер, новая мебель. Она зевнула и пошла в гостиную. Что-то было такое в престижном доме Брук, что Кэри чувствовала себя в нем неуместной в своих джинсах и свитере. Она села на кожаный диван и задумалась о своей старшей сестре. Брук не была роскошной женщиной и даже особенно красивой, но всегда излучала уверенность и энергию. Она выделялась в толпе.

Кэри откинулась назад и стала разглядывать элегантное произведение искусства на противоположной стене. Брук всегда была такой, даже когда училась в школе и ходила в церковь вместе с остальными. Она всегда хотела иметь все самое лучшее. Тогда она была одной из лучших пловчих штата и капитаном школьной волейбольной команды.

Кэри вспомнила, как однажды спросила сестру, молится ли она перед соревнованиями. На лице Брук появилось отчужденное выражение.

— На самом деле, нет. Я просто представляю себя победительницей, а потом иду и побеждаю.

И так Брук продолжала жить по сей день. Она вышла замуж за Питера Уэста, одного из главных интернов больницы Святой Анны, и, хотя сама она должна была получить диплом педиатра через несколько месяцев, Брук уже распланировала свою жизнь так же гладко, как планировала спортивные состязания.

Для Брук все, от ее работы и прекрасного дома до ее очаровательных светловолосых дочек, было просто способом представлять себя победительницей и продолжать идти к новым победам. Быть лучшей. Владеть лучшим. От веры, в которой она была воспитана, ничего не осталось.

Кэри подумала о своей собственной жизни и тихо вздохнула. Это казалось несправедливым.

Брук легко сбежала по лестнице, одетая в классическое черное вечернее платье. Она улыбнулась Кэри и села в большое кресло напротив.

— Ты выглядишь, как девочка семнадцати лет.

Кэри приподняла брови:

— Я?

Брук кивнула:

— Может быть,

из-за джинсов.

— Может быть, — они минуту смотрели друг на друга, молча, но молчание это не было неловким.

— Эшли сказала мне, что ты видела Райана.

Кэри закусила нижнюю губу и посмотрела в окно, в ночную темноту.

— Мы встретились в церкви.

— Ну и? — Брук приподняла бровь, приподнялись и уголки рта. — Как оно?

Кэри села поудобнее, чтобы лучше видеть Брук.

— Что ты имеешь в виду?

Брук заколебалась.

— Я имею в виду, что этот парень всегда любил тебя. Он одинок, он такой красивый... ты понимаешь, о чем я. Как нее прошло?

Гнев охватил Кэри, она скрестила руки и прижала их к груди.

— Мне кажется, ты кое о чем забываешь.

— О чем? — выражение лица у старшей сестры было самое невинное.

— Я замужем, Брук. Ты не забыла? Это для тебя ничего не значит?

Брук издала короткий смешок.

— Ты так это называешь? — она наклонилась вперед и пристально посмотрела на Кэри. — Послушай, сестренка. После того как мужчина уходит к подружке и просит развода, брак становится чистой формальностью.

Кэри рассердилась еще сильнее.

— Для меня это не просто формальность. Я дала обещание перед Богом и людьми.

Брук закатила глаза и печально улыбнулась.

— Так вот в чем дело! Обещание перед всемогущим Богом, у Которого не хватит здравого смысла освободить тебя от такого брака?

Кэри приоткрыла рот, ее глаза расширились.

— Брук, послушай себя со стороны! Ты понимаешь, что говоришь? Как ты можешь?

— Но это правда.

Кэри и не подозревала, что Брук так далеко отошла от веры.

— Неужели ты не веришь в Него хоть немного?

Сестра заколебалась.

— Конечно, я верю. Нас так воспитали.

— Я говорю не о том, как нас воспитали, — Кэри прижала руку к груди. — А об отношениях с Богом, — она замолчала, изучая лицо Брук. — Именно они поддерживают меня. Даже когда мне кажется, что не могу протянуть больше ни минуты.

Брук посмотрела на нее и медленно кивнула.

— Так ты не собираешься с ним разводиться?

— Нет. Я уже говорила тебе об этом.

— Но мне казалось, что Библия разрешает развод, если твой муж изменяет тебе? Разве не так?

— Не обращай внимания, — Кэри подняла руку. — Ты этого не поймешь.

— Я все понимаю. Твой муж гуляка, который не способен удержать штаны застегнутыми. Что бы ни случилось, ты не сможешь больше доверять ему, — Брук понизила голос. — Мне очень жаль. Я просто говорю, что Библия предлагает тебе выход из этого положения.

— Мне не нужен выход, — Кэри старалась сохранять спокойствие. — Я хочу спасти свой брак. Это плохо?

Наверху раздался плач, и Брук посмотрела в сторону комнаты Мэдди. Когда ребенок замолчал, она повернулась к Кэри:

— Температура немного упала, но ей еще нехорошо.