Искра прошлого
Шрифт:
Я смотрела на спину подмастерья, а перед глазами стоял кристалл. Вот из-за чего аристократы всполошились, а «Черный Феникс» решил лишить жизни талантливого мастера. Дома отец продолжал работать, и я помню, как в его кабинете разглядывала чертеж прибора с кристаллом. Тогда я лишь с легким удивлением слушала его рассуждения о том, как механическое изобретение с мизерной каплей магии способно заменить артефакт. Теперь, видя все это вживую, я наконец понимала, какую революцию он собирался совершить. Это было не просто удивительно — это было гениально. Память на мгновение перенесла меня в прошлое. Мы сидели с папой за
«Посоветуйте отцу быть осмотрительнее. Ради его же блага». Мне ь.бснова вспомнились слова Максима, которые он произнес после котильона. Почему он решил предупредить меня? Нас? В прошлый раз не было подобного разговора. После танца мы скрылись в саду, когда все пошли смотреть фейерверк… А еще — глаза князя. Слишком серьезные, без лукавства. Не было в них того каменного, беспощадного холода, с которым он смотрел на меня в зале суда. Почему? Или так Воронцов решил усыпить мою бдительность? Но откуда он может знать, что я слишком много… знаю? Голова шла кругом. Ненависть, которую я лелеяла несколько дней после ареста и до моей казни, дала трещину, и из нее сочилась опасная надежда. А что, если… Страшно думать хорошо о том, кто тебя предал в будущем, а в этой жизни еще не совершил ужасного поступка. «Надо держаться от князя подальше и поменьше думать о нем», — решила я.
Мы с Вовкой спустились в подвал, где пахло старым камнем и озоном, и я остановилась перед главной панелью. Массивная мраморная плита, испещренная серебряными нитями-проводниками и усеянная артефактами, похожими на застывшие капли света. В центре располагался основной артефакт-накопитель. Он походил на камень из чистейшего горного хрусталя, величиной с мою пригоршню, в котором пульсировала сконцентрированная мощь; подзарядку оплачивало Императорское техническое общество.
— Сильные артефакты, — произнесла я, протянув руку к панели. Подушечки пальцев заныли от близости чистой магии. Я смотрела на это переплетение сил не как дилетант, восхищенный блеском, а как мастер, ищущий сбой в схеме. «Сердце Феникса» на моей груди молчало, его тепло казалось приглушенным на фоне мощной магии. И я заметила — артефакты светились не ярко, как при полной зарядке, а слишком блекло для такой силы.
Я почувствовала на себе взгляд Вовки — растерянный, полный немого вопроса. Он, в отличие от меня, видел лишь великолепный механизм.
— Их такими и привезли? Как будто не заряжены вовсе, — я постаралась добавить в голос побольше удивления, как бы невольно коснувшись одного из артефактов, ощущая его холодную, чуть шершавую поверхность.
— Верно, — кивнул Вовка, и растерянность в его глазах сменилась восхищением моей наблюдательностью. — Советник Лебедев сказал, что хватит примерно на месяц, а может и больше, а потом приедет специальный человек и зарядит артефакты.
Мастерская вспыхнет через месяц и два дня. Могли их зарядить так, чтобы хватило именно до пятнадцатого ноября, а потом с легкостью совершить поджог? Или это просто совпадение?
— Почему же сразу полностью не зарядили? Как папа это допустил? — я продолжала играть роль обеспокоенной барышни, а сама застыла
— Павел Русланович сказал — не успели. Император потребовал срочно обеспечить безопасность всем мастерам, кто изъявил желание.
Сомнение даже не мелькнуло в честных глазах Вовки. Он верил Лебедеву. А почему нет? Разве можно было не доверять тому, кто возглавлял техническое общество?
— Вовка, можно тебя кое о чем попросить? — Я взглянула на мальчишку, который был младше меня всего на два года. Мои глаза внимательно изучали его лицо, пытаясь уловить малейшие признаки сомнения или неуверенности. Подмастерью я могла доверять. Они с Григорием Львовичем, там, в другой жизни, открыли новую мастерскую и часто приходили на ужин уже после того, как меня перестали приглашать в другие дома.
— Конечно, Алиса Арсеньевна, — взволнованно ответил Вовка, и его щеки запылали сильнее. Он выпрямился, стараясь казаться взрослее и серьезнее.
— Понаблюдай за защитными артефактами. Если они начнут гаснуть… быстрее, чем нужно, то позови меня.
— Хорошо, — пожал плечами подмастерье, преданно взглянув на меня. Он не подведет. Я знала.
Больше делать в мастерской было нечего. Пора было возвращаться домой на обед, а после… отец снова уедет в мастерскую, а я осмотрю его кабинет.
Княгиня Марина Алексеевна Орлова отложила вилку, съев последний кусочек шоколадного пирожного, и откинулась на спинку кресла, с удовольствием вдыхая аромат чая с земляникой. Пахло лесом и солнцем. Детством. Как все было просто тогда… Мир делился на белое и черное, а сейчас — столько оттенков серого. И нельзя просчитаться, сделать ошибку, иначе магия, которую так трепетно сохранял Орден в артефактах, развеется навсегда.
— Говори, — наконец соизволила произнести княгиня, устремив взгляд в окно, за которым начинался дождь. Нависшие тучи казались предзнаменованием грядущих событий. «Все будет непросто!» — невольно подумала Марина Алексеевна.
— …всего в списке, который удалось достать нашим лазутчикам, двадцать мастеров. Они разбросаны по всей империи, — деловито докладывал Лебедев. — Горский представляет наибольшую опасность, я увидел это по его чертежам, которые он показывал императору. К тому же я с ним уже работал, это умный…
— Ты повторяешься, — раздраженно прервала княгиня. — Дальше.
В отражении стекла Орлова увидела, как Павел Русланович низко поклонился, прежде чем снова заговорить:
— К каждому мастеру приставлены наблюдатели, почти все пристроены подмастерьями или простыми рабочими. Горский в мастерскую чужих не допускает. Осторожен, как волк, ваше сиятельство, — советник подкрутил черный ус.
— И не дурак, — Марина Алексеевна взглянула на Лебедева. Неожиданно потемнело, и дождь полил сильнее. В полумраке родовой артефакт на груди княгини слегка засиял алым светом.
— К сожалению, ваше сиятельство. Поэтому я велел доставить ему почти разряженные императорские артефакты, чтобы у нас появилась возможность проникнуть в мастерскую. Также нам удалось подобраться к служанке, некой Параше Березовой, и она сообщила, что Горские собираются поехать в усадьбу «Каменная роза». Алиса Арсеньевна изъявила желание…