Гувернёр

Lexie Greenstwater

Альбус оперся на стойку продавца и медленно скрестил руки на груди. Прошедшая мимо двух молодых людей пожилая леди, прижимающая к груди толстую поваренную книгу, с интересом навострила уши.

– Ты поможешь мне найти философский камень, а я помогу тебе исчезнуть, – чуть наклонившись, прошептал Скорпиус.

Альбус присвистнул.

– Значит, я был прав? Тебе приспичило найти камень?

– Он мне уже снится. Ну так что, Альбус, мы в расчете?

– Нет, – отрезал Ал. – Если я захочу, я исчезну без твоей помощи.

– Тогда почему ты еще здесь? – улыбнулся Скорпиус. – Ты не

можешь, потому что знаешь, что пока я здесь, а я здесь надолго, я найду тебя где угодно и опять выдам прессе и отцу. А так, ты поможешь мне, а я спрячу тебя ото всех, от кого ты бегаешь. Неужели не заманчиво?

– Заманчиво, – согласился Альбус. – Но я больше не хочу рисковать ради тебя.

– Не ради меня. Ради Доминик.

Заметив, как Альбус вытаращил глаза, Скорпиус устало вздохнул, отнюдь не понимая, почему каждый воспринимает его план как нечто странное.

Пожилая магла покинула книжный магазин, об этом оповестил звякнувший дверной колокольчик. Плотно закрыв двери и вывесив табличку «Закрыто», Альбус задернул легкие занавески и кивком головы указал Скорпиусу на подсобное помещение, где они бы остались вдали от камер наблюдения.

* *

– Что ты знаешь о философском камне? – первым делом спросил Альбус, включив в небольшой комнатке свет.

– Довольно много, – лаконично ответил Скорпиус. – Кроме того, где его искать. У меня была наводка, но она оказалась не более чем слухом.

– Про сейф в Запретном лесу?

– Да.

– Бред. Не хочу тебя расстраивать, но ты не найдешь камень.

Скорпиус сжал губы в тонкую линию и придирчиво вскинул бровь.

– Не потому что я сомневаюсь в твоих способностях, – произнес Альбус. – А потому что камень действительно уничтожен.

– Откуда тебе знать?

– Я тоже искал его. Спустя неделю после твоих похорон.

– Но Тервиллигеры…

– Не врут, но все это время они оберегали точную подделку.

Опустившись на стул, Скорпиус закинул ногу за ногу и крепко задумался. Слова Альбуса имели определенный смысл, но верить в них ему не хотелось.

– Как, мать твою, ты это узнал? – поразился Скорпиус.

– Луи сказал мне, что ты стырил портрет Фламеля, – усмехнулся Альбус. – Неплохо. А я какое-то время назад точно так же позаимствовал портрет директора Дамблдора. Чуешь связь?

«А ты не такой тупой, как в моих мыслях» – невольно признал Скорпиус, но вместо этого недовольно уточнил:

– Камень уничтожен, так?

– Так, – кивнул Ал.

– Значит, мы создадим другой.

Альбус несдержанно фыркнул.

– Все-таки, я скучал по твоему незамутненному идиотизму, – хохотнул он, глядя на Скорпиуса как на душевнобольного. – Напомню, что многие великие маги пытались столетиями создать что-то похожее и нихрена у них не получалось. Вдруг появляется Скорпиус Малфой, и предлагает нашаманить философский камень, явно забыв, что у этого самого Скорпиуса IQ – минус двадцать, оценка «Слабо» по зельеварению, и полное отсутствие познаний в алхимии вообще.

– Ал, твоя задача – помочь мне, а основные планы, уж прости, продумываю я, – хищно улыбнулся Скорпиус.

– Вот этого я и боялся. В лучшем случае, мы будем доживать вечность в Азкабане.

– Ой все, – помотал головой

Скорпиус. – С меня – план, с тебя – помощь. Не надо здесь устраивать бредни законопослушной барышни. Мне не нужна сопля в компаньонах.

Альбус закрыл лицо рукой и, тихонько ругнувшись, поднял на Скорпиуса усталые глаза.

– Давай, босс, твори.

– Вот и отлично, – расплылся в улыбке Скорпиус. – Бери бумагу и ручку. Записывай….

* *

По классике жанра, мистер Драко Малфой жил обычной жизнью обычного баснословно богатого чиновника. Частенько задерживался на работе до поздней ночи, а в те редкие дни, когда приходил домой вовремя, – сжимал в руках кипы свитков пергамента, которые требовали срочного прочтения и подписи Главы Отдела Магического Правопорядка.

За что мистер Малфой был благодарен судьбе, так это за то, что на данный момент он холост. Во-первых, в последнее время ночные посиделки над документами участились, а вряд ли какая-нибудь женщина была бы этим довольна. Во-вторых, несмотря на то, что сын чиновника был довольно милым мальчиком с интеллектом аквариумной рыбки, к многочисленным мачехам он относился с ноткой холодного скептизима, всем видом показывая, что им в величественном Малфой-мэноре не рады. Сейчас же, когда по идее двадцатисемилетний Скорпиус так и остался неизменным юным раздолбаем, вдобавок, одержимый поиском древних артефактов и кражей портретов, Драко не улыбалось пугать сынком очередную несчастную женщину. И, в-третьих, Драко Малфой сам не знал, что творится в голове у своего сына.

– Пошли, – упрямо шипел Скорпиус, таща отца за руку по Риджент-стрит. – Мы все равно уже почти дошли.

Что и требовалось доказать. Вернувшись с работы пораньше, с целью провести пятницу с чашкой чая и глядя на то, как пушистые хлопья снега мерно падают на газон, Драко, к своей беде, столкнулся в коридоре особняка со Скорпиусом, который выглядел так подозрительно счастливо, что Драко стало страшно. А когда Скорпиус, схватив отца за руку, заставил его трансгресировать вместе с ним в центр Лондона, а потом, перебегая дорогу, едва не похоронил их под колесами двухэтажного автобуса, потащил Драко на людную Риджент-стрит.

– Скорпиус, скажи наркотикам «нет», – кисло отозвался Драко, послушно шагая за сыном.

– Я не буду разговаривать с наркотиками. Поворот!

– Бога ради, куда ты меня тащишь? Если ты опять нашел лужу и хочешь мне ее показать, я все понял, красивая лужа, пошли домой.

Но Скорпиус, запахнув пальто, что-то злобно пробормотал и, свернув на Шафтсбери-авеню, торжественно указал отцу на старый квартирный дом.

– А ну стой, – крикнул Драко, дернув за руку Скорпиуса. – Я помню этот дом, я лично обыскивал его с мракоборцами.

– Ты вспомнил! – воскликнул Скорпиус, выудив из кармана ключи. – Ну, так даже лучше. Проходи, добро пожаловать в этот подъезд…какая сука опять выкрутила лампочку?

– Эту квартиру ты приобрел для себя и своей рыжеволосой бестии? – сухо поинтересовался Драко, оглядываясь по сторонам.

– Точно, – кивнул Скорпиус. – Давай, на третий этаж.

– И зачем мое присутствие в сомнительной квартире, в которую сбежал мой сын, спасаясь от помолвки с благороднейшей леди из древнейшего семейства?