Государственные интересы

Куркан Юлия Михайловна

— Что вы! — всплеснул руками Альберт. — Какой же это переворот, если в тереме не осталось ваших союзников? Вас вежливо препроводят в уютную темницу, где мы дождемся появления наследника.

— На каком же основании меня заключат в темницу? — полюбопытствовала я, раздумывая о том, что прошлый опыт, похоже, совершенно ничему меня не научил. И ведь собиралась же я, собиралась взять несколько уроков у наших заключенных — и все никак времени найти не могла! А теперь вот придется в темницу по второму разу идти. Интересно,

могу ли я в таком случае считаться матерой преступницей?

— Ах, княгиня, прошу вас, не отказывайте мне в уме! — сладко улыбнулся супруг. — Зачем же простому народу знать о наших внутрисемейных делах? Всем будет объявлено, что вы всего лишь отошли от дел, из-за ожидания ребенка, и нежелания подвергать оного опасности.

— Вы — ужасный лицемер, дорогой супруг, — холодно улыбнулась я.

— Вы тоже не подарок, дорогая, — он вернул мне улыбку. — Чего вы стоите? — это относилось уже к стражникам. — Препроводите княгиню в её новые покои.

Как это ни было смешно — поселили меня в той же темнице, в которую я в свое время перевела Короля-Колдуна. Это было так предсказуемо, что даже неинтересно.

Альберт был неплохим врагом, однако, как и все злодеи — страдал от одиночества, потому как умнее себя никого вокруг не видел, а своих подельников считал недостойными внимать его мудрости. А я все ж-таки была врагом, потому и поговорить со мной он считал незазорным.

— Княгиня, — самодовольно улыбнулся он. — Ты была так предсказуема, что за тобой, право слово, было забавно наблюдать… — каков наглец! Он еще и мысли мои повторяет. Своих ему мало? — Ты так искренне считала себя хорошей интриганкой, что верила в мою непробиваемую глупость? — я гордо молчала в лучших традициях плененных героев из своих историй.

В отличие от Альберта я искренне считала, что высказывать глупые банальности — неприлично, а если умных мыслей нет — лучше помолчать. Как бы до него это донести, а?

— Ты думала, — продолжал разоряться супруг. — Что я не подозреваю о том, кто убил Драгориуса? О том, кто помог бежать Колдуну? О том, что у вас с ним нежная любовь? Ах, как это пошло, княгиня, изменять супругу со своим бывшим похитителем…

Неужели ему правда доставляет удовольствие эта пустопорожняя болтовня?

— Будьте лаконичнее, супруг, — вежливо попросила я. — Что еще важного вы хотели мне сказать?

— Только то, что ты умрешь, княгиня, — почти ласково улыбнулся Альберт. — Поверь, мне плевать, что ты носишь не моего ребенка, зато он даст мне главное — права на твой трон после твоей трагичной гибели, скажем, от родильной горячки. Как ты на это смотришь?

— Вы слишком самонадеянны, и непростительно высокомерны, — пожала плечами я.

— Надеетесь на своего любовника, княгиня? — нехорошо улыбаясь, поинтересовался муж.

Я же задумалась о том, что злодеи, как правило, очень любят приписывать всем

какие-то предосудительные связи. Интересно, почему? Потому что с ними самими в них никто не хочет вступать? Или это просто такое желание: видеть всех себе подобными? Хотя… Мне ли возмущаться на эту тему?

— Нет, — безмятежно улыбнулась я. — Я просто считаю, что Добро всегда победит.

— Когда я собственноручно заставлю вас выпить яд, вы будете считать так же? — спросил принц. Фу, как неизящно он запугивает.

— Да, я буду считать, что Добро победит в отдаленной перспективе. Скажем, мой сын бестрепетно зарежет вас, когда вырастет, в память о своей невинноубиенной матери…

— Похоже, вы просто не понимаете, что вас ожидает, — Альберт нервно на меня покосился. Кажется, он начинал думать, что я блаженная.

— Нет, дорогой, это вы не понимаете законов мировой гармонии, — светло улыбнулась я, решив поддерживать образ. В конце-концов, если вы находитесь в безвыходной ситуации, что еще остается, как не глумиться над врагом?

— Княгиня, вы здоровы? — осведомился муж, подозрительно на меня смотря: а ну как еще брошусь на него, покусаю?

— Вполне, — коротко ответила я. — Достаточно для того, чтобы ощущать себя карающим мечом возмездия, и строить коварные планы о том, как низвергнуть вашу кровавую тиранию и сурово вас покарать, — абсолютно серьезно ответила я, внутренне хихикая. Настроение было какое-то категорически несерьезное.

— Похоже, вы слишком переутомились, — буркнул супруг, и поспешил выместись вон.

Что ж, по-крайней мере, мне не придется его выслушивать, и можно хоть немного отдохнуть — немилосердно ломило поясницу, и ужасно отекли ноги. Увы, княгини так же страдают от тягот беременности, как и простолюдинки. Просто об этом мало кто догадывается.

— Не переживай, — погладила я живот. Ребенок активно двинул пяткой мне по руке, намекая, что не нужны ему такие телячьи нежности — дайте врагов — уж он им покажет! — Мама не даст тебя в обиду…

Сначала это казалось очень сложным — научиться отвечать не только за себя, но еще и за того, кто полностью от тебя зависит. Однако, я тешила себя надеждой, что стала хотя бы немного мудрее, как это и пристало матери семейства.

С тех пор, как Альберт официально объявил о том, что я жду его наследника, Король не появлялся…

Впрочем, грустным мыслям мне предаваться было некогда — стоило мне только оказаться в темнице, как тут же объявилось множество желающих нанести мне визит невежливости.

— Здравствуй, милая падчерица! — радостно оскалилась Ядвига, по-хозяйски заходя в мою темницу.

Что за люди? От них невозможно найти покоя даже в тюрьме! Кстати, либо я чего-то не понимаю, либо заключенным не разрешают столь частые визиты родственников. Я требую соблюдать свои права, как преступницы, сидящей в темнице!