Фарландер
Шрифт:
Пока Нико пыхтел и отдувался, лежа на полу, а старик, сидевший на койке рядом со сложенным из спичек домиком, шамкал беззубым ртом и радостно скалился, Эш, не обращая внимания на обоих, развернул мечи. Отбросив один Нико, он поднял свой ровно в тот момент, когда в окно влетел первый алтарник.
Эш оттолкнул Нико и пригнулся, уходя от бокового удара в шею. Его собственный клинок с быстротой молнии вошел и вышел из живота противника. Отпихнув ногой умирающего, он повел атаку на второго алтарника. Этот дрался лучше и, блокировав выпад
Пока противники рубились, вынуждая Нико и хозяина комнаты отступать к двери и безжалостно круша мебель — удивительно, но домик из спичек оставался нетронутым посреди этого безумия, — пока звенела сталь и удары чередовались с блоками, а выпады с нырками, Нико добрался до двери и рывком открыл ее.
Надо убираться.
Он вывалился в коридор, держа наготове клинок. В следующую секунду с ним столкнулся Эш, отступавший под натиском противника, за спиной которого уже мелькали другие маски. Беззубый старик убрался на койку и радостно хлопал в ладоши.
Нико побежал по коридору. Эш бросился следом. Из одной комнаты высунулась и тут же спряталась голова. Рядом захлопнулась дверь. Коридор закончился площадкой и ступеньками, которые вели как вверх, так и вниз. Нико покатился вниз, ловко поворачивая на каждой площадке и пролетая через три ступеньки. В самом низу он выскочил в длинный коридор, в конце которого виднелась передняя дверь.
Он уже метнулся было туда, но Эш схватил его сзади за плечо, развернул и потащил за собой в противоположном направлении. Увлеченные погоней, преследователи в белых рясах такую хитрость не учли.
Прачечные, грязные ванны, стиральные доски и едкий запах крахмала... Нико бежал, слыша собственное хриплое дыхание, звонкие шлепки босых подошв по кафельному полу и глухой стук сердца. Поворот, еще поворот... газовый фонарь на стене... задняя дверь... Он вышиб ее плечом и вылетел в туманную ночь...
Туманную, но далеко не тихую.
Грохот и треск... разлетающиеся во все стороны осколки камня...
Нико замер, не понимая, что происходит, почему у него заложило уши и откуда этот сухой, оглушающий шум. А потом все стало вдруг ясно: в него стреляют. Причем не из одной винтовки, а сразу из многих.
Его наверняка нашпиговали бы пулями, если бы Эш не налетел сзади и толкнул в спину. Оба выкатились в ночь и торопливо отползли в сторону, в плотный туман, подальше от двери и фонаря. Туман скрыл их от стрелков, хотя пули и продолжали щелкать по стене у них над головой. Преследователи задержались в коридоре, опасаясь попасть под огонь своих товарищей. Эш и Нико поползли на четвереньках по улице. Удалившись на изрядное расстояние, старый рошун поднялся и помог встать ученику.
Дальше они уже бежали. Никакого уличного освещения здесь не было, и все же их кто-то заметил. Крики привлекли преследователей, и погоня возобновилась.
Кто-то выскочивший из темноты попытался встать у них на пути, но Эш устранил помеху коротким ударом меча. Нико,
Нико вжался в стену. Спрятаться было негде. При каждом выстреле он съеживался, ожидая удара и боли. Эш схватил его за руку и без лишних церемоний потащил за собой через улицу. Крики с одной и другой стороны известили о том, что пули все же нашли цели.
Приземистое здание впереди. Угрюмое, омерзительное. Черный дверной проем без двери. Они ввалились в темное, вонючее пространство под дождем разлетающихся искр и осколков камня — пули ударили по притолоке.
Дальше от входа — еще темнее. Грязные стены покрывали какие-то надписи и рисунки. Вдоль одной стены в полу чернели дыры. Только теперь Нико понял, что они попали в общественную уборную.
Эш быстро прошел к задней стене с несколькими замызганными узкими окошками, выбил стекло рукоятью меча, смахнул торчащие зазубренные осколки.
— Нам нужно разделиться. В одиночку я смогу идти быстрее. Ты спрячешься, а я отвлеку их. Уведу за собой.
Нико огляделся:
— И где я здесь спрячусь?
Старый рошун пробежал взглядом по длинной деревянной скамье над отхожими дырами. Недолго думая он ухватился за нее обеими руками и, поднатужившись, оторвал от основания. В нос ударила жуткая вонь, от которой перехватило дух. Нико отвернулся, с трудом сдерживая позыв к рвоте.
Эш обернулся, и юноша, поняв все по выражению его лица, невольно подался назад и медленно, но решительно покачал головой:
— Нет.
— Хочешь умереть здесь?
— Не бросай меня. Побежим вместе.
— Мы в западне. Нужно что-то придумать. Нужно найти выход. Хотя бы для тебя. Все, полезай.
— Не полезу.
— Пожалуйста, Нико. Слышишь, они уже идут.
И действительно, с улицы уже доносился тяжелый звук шагов. Преследователи приближались.
— Быстро! — скомандовал Эш, и Нико, почти против собственной воли, шагнул к дыре.
Впрочем, делать ему ничего не пришлось — Эш просто схватил его, сунул ногами вперед в круглое отверстие и с силой толкнул вниз. Он приземлился на спину, оказавшись в мерзкой куче, консистенцией напоминавшей ил и такой же тягучей и липкой. Его передернуло от отвращения и вывернуло.
— Тише! — прошипел Эш, ставя на место скамью.
Нико зажал рукой рот. Его трясло.
— Когда уйдут, выбирайся и иди к пристаням, — шептал Эш. — Найдешь статую их генерала. Ее отовсюду видно, не пропустишь. Я, если смогу, буду ждать тебя на рассвете. Но если не приду — слушай внимательно — уходи.