Это я, Катрина
Шрифт:
— Ой, это мне?! Какие красивые!
Золотистого цвета, на ремешочках и без задника. Шпилька чуть выше средней — самое то.
Саша старательно оснащает мои ножки подаренной красотой. Прячет улыбку от Карины, которая наблюдает за сценой с любопытством. Встаю и прохожусь по комнате, несколько раз крутнувшись на месте. Саша смотрит безотрывно и без обычного стеснения. Он же подарил, имеет полное право оценить. Брызжу во все стороны восторгом.
— Ладно, Кариночка, пойдём, — беру девочку за руку.
Чувствую на себе взгляд Саши, пока не выхожу из комнаты. Не зря я оставила Карину зрительницей.
У меня сегодня много дел. Последний выходной, завтра снова в школу. За время напряжённой работы в СМЭ кое-как успела сделать нужные анализы. Пришлось вечером к Пистимеевым внепланово забегать. У Сашки группа крови — первая отрицательная. Такая же у его отца. У тёти Софы и Карины вторая положительная. У моего папахена такая же и первая положительная у Эльвиры. Резус-отрицательный фактор встречается раз в пять-шесть реже положительного, так что с Сашкой мне повезло. Ещё и в этом смысле. У меня, кстати, вторая положительная, это я в папочку пошла. У близнецов кровь не стала брать. Рука не поднялась их пальчики колоть. Да и не нужно. У них первая или вторая, обе уже есть.
Кровь все сдали без возражений. Результаты им в паспорт карандашом запишу. На всякий случай.
— Надо быть готовой и к таким поворотам, — обосновываю Карине уроки рукопашного боя. — Изо всех сил избегай драк с мальчиками. Любого возраста. У них есть преимущество, они сильнее, тяжелее, быстрее. Они созданы для драк. Но вот с другими девчонками…
Показываю точки уязвимости на теле и технику ударов.
— Кулаками работать тоже не стоит. Этому надо долго учиться. Без отработанных навыков ты гарантированно выбьешь себе кисть и пальцы. Учиться — руки портить. Надо костяшки набивать, а зачем тебе мозоли на них? Поэтому работаешь исключительно жёстко сложенными пальцами или ребром ладони…
После начального освоения нескольких ударов укладываю её в вытяжку:
— Полежи, книжку почитай. Часа хватит. Затем растяжку минут на пятнадцать — и ко мне.
К Пистимееву у меня тоже дело есть. Как выяснилось, у районного отдела криминалистики очень слабое компьютерное обеспечение. Вернее сказать, программное. Компьютеры худо-бедно появляются. Смешно сказать — пока в качестве печатающего устройства.
Для криминальных трупов с ножевыми ранениями иногда ставится вопрос, какого роста мог быть преступник, нанёсший удар с таким углом раневого канала.
Саша, поразмышляв над моими притязаниями, отвергает их. Поначалу.
— Телосложение у людей разное. Кроме разного роста ещё и длина рук тоже может заметно отличатся. Нужна антропометрическая статистика.
— А если есть подозреваемый?
— Тогда намного легче. Но методику измерения нужных параметров сами разрабатывайте, — Саша берётся за дело.
Вроде нехорошо студента отвлекать — у него сессия, первая в жизни. Но, во-первых, три экзамена из четырёх он уже сдал. Во-вторых, всё равно отвлекается: постоянно на мои ножки залипает. Снова пью это пикантное ощущение эксгибиционисткого удовольствия. В этом деле есть знакомая нотка — притягивание мужских взглядов к определённой точке.
Задолго до обеда ухожу к Карине. Обучение не всегда бывает приятным или просто спокойным. Вот и сейчас терпеливо жду, пока корчащаяся на полу от боли Карина придёт в себя. Присаживаюсь рядом, глажу по плечу с искренним сочувствием.
— Извини, но ты должна хорошо представлять, что ждёт твоих противниц в драке.
Только что жёстко сложенными в клюв пальцами ударила её в солнечное сплетение. Очень эффективный удар, никакой мышечный панцирь не защищает. В этом месте просвет.
— На самом деле для них можно устроить в десять раз хуже, — моё обещание вызывает у неё волну интереса, пробивающуюся сквозь боль. — Я ведь ударила тебя очень гуманно, под выдох. Если нанести удар во время вдоха, временно парализуются центры дыхания в мозгу. Примерно минуту человек не может дышать. Не смертельно, но приступ паники при отсутствии опыта гарантирован. Потри, промассируй это место…
Далее у нас отводящий блок. Женщины в драке обычно поступают прямолинейно и бестолково, кидаются руками вперёд с целью вцепиться в волосы. Не эффективная и крайне уязвимая тактика.
— Возьми какую-нибудь старую рубашку или блузку, — рассказываю, как устроить манекен для тренировок, — набей каким-нибудь тряпьём. Или попроси отца смастерить. Тебе нужен тренажёр для отработки ударов. Точечных и несильных. Боксёрская груша не годится, снаряд должен быть мягким. Набивка от плюшевых игрушек подойдёт. Имитация человеческого тела обязательна.
Короче, тренировка идёт на полную катушку. До самого обеда.
— Не то чтобы я возражал, Даночка, — глаза Вадима Петровича только что отведены от моих босоножек и того, что в них находится, — но зачем вам такой боевой тренажёр?
Карина, естественно, поделилась с родителями проблемой. Старой, ненужной одежды у неё в шкафу почти нет. Меня вынос темы вовне не раздражает, а наоборот, радует. У меня открытый курс обучения. Чуть ли не впервые Карина делится с родителями своими затруднениями, а не наушничает на брата. У девочки появляется что-то своё, личное. Огромный сдвиг.
— Для самозащиты, естественно. Теоретически и для защиты Моего Высочества. Фрейлины, кроме всего остального, в острые моменты являются последней линией обороны для венценосных особ.
Карина и так сидит прямая, словно кол проглотила, только поэтому не может гордо расправить плечи. Мои следующие слова пугают родителей, но заставляют девочку чуть не лопаться от взлетевшего ввысь ощущения собственной значимости:
— Если враги, покушающиеся на Моё Высочество, добрались до меня, то это означает, что все мои фрейлины мертвы.
На долгие полминуты замолкают все. И даже Саша глядит на сестру с невольным уважением. Будущая камикадзе же.
После обеда
Карина, вытянувшаяся в струнку — впрочем, она сейчас всегда такая, — внимательно выслушивает мои инструкции и уходит. Сорок пять минут усиленной вытяжки, пятнадцать на растяжку и ко мне — запомнить несложно.
После этого плюхаюсь на тахту с ногами. Саша, проводив сестру слегка расширенными глазами, переводит взгляд на меня. Удивление из взгляда не уходит, лишь меняется причина. Только что изменила своему любимому месту. Ну хочется девушке поваляться, что такого!