Это я, Катрина
Шрифт:
Выясняется, что угадала. Так что это служит серьёзным смягчающим обстоятельством.
18 декабря, четверг, время 15:10.
Москва, МИУ, биофак, кафедра генетики.
Секвенирование по Сэнгеру — углубляюсь в чтение умной книжки. Кажется, это пособие для старших
Зашла на кафедру познакомиться и поболтать, попросить список рекомендуемой литературы для неофитов. Меня любезно подвели к книжному шкафу и даже ткнули пальцем в нужную полку. Единственный мужчина это сделал. Относительно молодой. Игорь Семёнович его зовут, рядовой преподаватель. Сидят и глядят на меня оценивающе ещё две симпатичные дамы за тридцать — немного одна и заметно другая.
Неожиданно чувствую тёплое прикосновение к талии. О, не услышала, как открылась неплотно закрытая дверь и вошёл профессор. Время он зря не теряет, хех! А я прошляпила, позор мне.
— О, Роберт Альбертович, здравствуйте! — одаряю его приветливой улыбкой.
— Прямо с первого курса знакомитесь с самыми передовыми исследованиями? — профессор поощрительно сияет лицом.
— А чего время тянуть? Его никогда много не бывает.
Мужчина он импозантный и представительный, но как бы ему деликатно по рукам дать. А ещё выражение женских лиц становится нечитаемым.
— Вынуждена вас предупредить, профессор, — не без лукавства смотрю на его руку, не торопящуюся разрывать контакт. — У меня есть жених, и если он увидит даже такую невинную вольность, то запросто может схватить вас за грудки. Надеюсь, сильно бить не будет, но…
Дамы переглядываются и обмениваются улыбками. Игорь Семёнович что-то вычитывает, записывает и посматривает на нас с лёгким интересом.
— И кто у нас жених?
— Студент-второкурсник. Но он не с нашего факультета, так что вы у него не преподаёте, — намёк прозрачный, отомстить на экзамене не получится.
Профессорская длань с огромной неохотой покидает приятное место. Хозяин длани усаживается за главным столом. Более монументальным, чем остальные.
— К тому же, Роберт Альбертович, несмотря на то, что мужское внимание всегда приятно, — это надо обязательно сказать, мне ещё долго придётся иметь дело с престарелым ловеласом, — перспектив в определённом смысле у нас никаких.
— Это
— Видите ли, у меня сильная половая конституция…
Тут на меня с интересом начинают смотреть все. Аж притихают.
— Может, не самая сильная, но точно выше средней. Я это к чему, Роберт Альбертович?
— Да-да? — профессор не на шутку заинтригован.
— К тому, что если у нас вдруг случится интимная близость, то вижу только два возможных исхода.
Внимание ко мне достигает предельных величин. Такого уровня откровенности от юных девиц как-то никто не ожидает.
— Либо вы облажаетесь, либо умрёте. Прямо на мне.
У Игоря Семёновича отвисает челюсть и стекленеют глаза. Дамы тоже столбенеют и даже профессор шокирован. Но надо отдать должное: быстро приходит в себя.
— Прекрасная смерть! — восклицает он, и окружающие оживают.
Хихикаю. Совершенно бесстыже, как, видимо, считают дамы. Судя по взглядам.
— Профессор, это чистой воды эгоизм с вашей стороны! — заявляю бескомпромиссно. — Вам-то хорошо! — в этот момент слышу сдавленные смешки. — А каково мне? Буду чувствовать себя убийцей, нанесшей непоправимый вред российской науке! Нет-нет, даже не уговаривайте!
Мне всё-таки удаётся его хоть немного, но смутить. Мастодонта науки и опытнейшего ловеласа. Любопытно мне очень, сколько студенток он зазачётил?
— Молчанова, вот ваш список, — Игорь Семёнович с грехом пополам завершает формирование списка литературы по моей просьбе.
— Спасибо огромное. Всем до свидания!
Ухожу, напоследок слыша «Ну и молодёжь пошла!» и сдержанный смех.
Знания — главное, что мне надо вынести. Мы у себя даже о законах Менделя представления не имели. Их можно и самим вывести, но потребовалось бы несколько лет кропотливой работы. Готовые знания намного лучше. Катрина, например, как и патриарх, никакого представления не имела о «Х» и «Y» хромосомах, отвечающих за пол. Я теперь знаю. О группах крови мне почти всё известно. Если ещё освою или даже сама буду принимать участие в разработке новейших методов генетических исследований, то, возможно, решу главные проблемы своей расы.
Так что, вперёд, Катрина! Никто, кроме тебя! Магия и наука вместе могут всё!