Эрагон.Брисингр
Шрифт:
Насуада нахмурилась:
– Ты никогда не выдаешь своих секретов, не так ли?
– Сейчас, что хорошего будет сделано? Все стали бы волноваться над некоторыми вздорными заклятиями, и затем я должна была бы потратить часы, пытаясь объяснить, и в конце, король Оррин захотел бы обрубить мне голову, и я должна была бы отбить половину твоих магов, спасая себя. Это просто не стоит усилий, если ты спрашиваешь меня.
– Твой ответ едва ли внушает уверенность. Но…
– Это потому, что ты слишком серьезна, госпожа Ночная охотница.
– Но скажи мне, - упорствовала Насуада, - почему ты хочешь знать, едет ли кто-то
– Ах, это. Ну, человек, которому принадлежит такой особенный осел, обманул меня в игре в бабки (knucklebones) на три пуговицы и довольно интересный черепок, заколдованного кристалла.
– Обманул тебя?
Анжела скривила свои губы, явно раздраженная:
– Бабки были утяжелены. Я переключилась с них на него, и тогда он заменил их на свои собственные, когда я отвлеклась... Я все еще полностью не уверена, как он обманывал меня.
– Таким образом вы оба обманывали.
– Это был ценный кристалл! Кроме того, как ты можешь обмануть мошенника?
Прежде, чем Насуада смогла ответить, пришли шесть Ночных ястребов, с трудом продвигаясь по лагерю, и заняли позиции вокруг нее. Она скрыла свое отвращение, когда жар и запах их тел напали на нее. Запах от двух ургалов был особенно острым. Затем, отчасти к ее удивлению, капитан смены, дородный человек, с искривленным носом, по имени Гарвен, обратился к ней:
– Моя Леди, могу я поговорить с вами наедине? – Он говорил через близко расположенные зубы, словно изо всех сил пытаясь сдержать сильное возбуждение.
Анжела и Эльва посмотрели на Насуаду для подтверждения того, что она хотела, чтобы они ушли. Она кивнула, и они пошли на запад, к реке Джиет. Как только Насуада уверилась, что они ничего не услышат, то начала говорить, но Гарвен перебил ее, воскликнув:
– Чёрт возьми, леди Насуада, вы не должны оставлять нас, как вы сделали!
– Тише, капитан, - ответила она. – Это был достаточно маленький риск, и я чувствовала, как важно быть здесь вовремя, чтобы приветствовать эльфов.
Кольчуга Гарвена зашуршала, когда он ударил по своей ноге сжатым кулаком.
– Маленький риск? Не час назад вы получили доказательство, что у Гальбаторикса все еще есть агенты, прячущиеся среди нас. Он может проникать к нам снова и снова, и все же вы считаете целесообразным оставлять свой эскорт и уезжать, мчась через толпу потенциальных убийц! Вы забыли нападение в Абероне, или как Близнецы убили вашего отца?
– Капитан Гарвен! Вы заходите слишком далеко.
– Я зайду еще далее, если это будет значить гарантировать ваше здоровье.
Эльфы, заметила Насуада, покрыли половину расстояния до лагеря. Сердитая и стремящаяся закончить беседу, она сказала:
– У меня есть собственная защита, капитан.
Глянув в сторону Эльвы, Гарвен сказал:
– Мы подозревали кое-что, госпожа.
Последовала пауза, словно он надеялся, что она добровольно предложит больше информации. Когда она промолчала, он продолжил:
– Если вы были действительно в безопасности, тогда я был неправ, обвиняя вас в безрассудстве, и прошу прощения. Однако, безопасность и видимость безопасности – две разные вещи. Для Ночных ястребов, чтобы быть эффективными, мы должны быть самыми умными, самыми жесткими и самыми придирчивыми воинами на земле, и люди должны верить, что мы являемся самыми умными, самыми жесткими, самыми придирчивыми. Они
– Мы не можем бороться со всеми вашими врагами, госпожа Насуада. Для этого потребовалась бы армия. Даже Эрагон не смог бы спасти вас, если бы у всех, кто хочет вас убить, была храбрость, чтобы действовать на их ненависть. Вы могли бы пережить сто покушений на свою жизни или тысячу, но в конечном счете кто-то мог бы преуспеть. Единственный способ препятствовать этому состоит в том, чтобы убедить большинство ваших врагов, что они никогда пройдут мимо Ночных ястребов. Наша репутация может защитить вас так же надежно, как наши мечи и броня. Для нас плохо тогда, что люди видят, как вы едете без нас. Без сомнения мы выглядели как верное стадо дураков, отчаянно пытающихся догнать. В конце концов, если вы не уважаете нас, госпожа, почему должен кто-то еще?
Гарвен придвинулся ближе, понизив голос:
– Мы с удовольствием умрем за вас, если мы должны. Все, что мы просим взамен, - это, чтобы вы разрешили нам выполнять наши обязанности. Это – маленькое одолжение, примите во внимание. И может наступит день, когда вы будете благодарны, что мы здесь. Ваша другая защита является человеческой и поэтому может ошибаться, независимо от того, что у нее могут быть тайные силы. Она не давала тех самых клятв на древнем языке, который мы Ночные ястребы принесли. Ее симпатии могут перемениться, и вы подумайте о своей судьбе, если она повернется против вас. Ночные ястребы, однако, никогда не предадут вас. Мы – ваши, госпожа Насуада, полностью и всецело. Так пожалуйста, позвольте Ночным ястребам делать то, что они, как предполагается, делают... Позвольте нам защищать вас.
Изначально, Насуада была безразлична к его аргументам, но его красноречие и ясность его рассуждения произвели на нее впечатление. "Он был, - подумала она, - человеком, для которого я могла бы найти применение в другом месте."
– Я вижу, что Джормундур окружил меня воинами столь же искусными в манере говорить, как и своими мечами, - сказала она с улыбкой.
– Моя леди.
– Вы правы. Я не должна была оставлять вас и ваших людей, и я сожалею. Это было легкомысленно и неосмотрительно. Я все еще не привыкла к наличию охранников во все часы дня и иногда забываю, что я не могу перемещаться с той свободой, которую я имела. У вас есть мое честное слово, капитан Гарвен, что этого не повторится. Я хочу наносить вред Ночным ястребам не больше, чем вы.
– Спасибо, моя Леди.
Насуада повернулась к эльфам, но они скрылись из поля зрения под берегом сухого потока в четверти мили отсюда.
– На меня производит впечатление, Гарвен, что вы, возможно, изобрели девиз для Ночных ястребов несколько минут назад.
– Я? Если так, я не могу вспомнить.
– Вы. ‘Самые умные, самые жесткие и самые придирчивые’, сказали вы. Это будет прекрасным девизом, хотя возможно без theand. Если другие Ночные ястребы одобрят его, вы должны сказать Трианне, чтобы она перевела фразу на древний язык, и я велю написать ее на ваших щитах и вышить на ваших знаменах.