Эрагон.Брисингр
Шрифт:
Пока пустые часы пролетали мимо, Эрагон уставился на лучи света от фонаря выше своей головы и рассматривал трещины в древесине, неспособный унять свои мчащиеся мысли. Он испробовал каждый метод, который был ему известен, чтобы расслабиться, но его мысли продолжали возвращаться к Арье: к их удивительной встрече, к обсуждению его решения относительно Слоана, но, прежде всего, к его чувствам к ней. Что именно он чувствовал, он не знал. Он хотел быть с ней, но она отклоняла его ухаживания, и это бросало тень гнева и вреда на его привязанность, а также вызывало расстройство, поскольку
Боль появилась у него в груди, когда он услышал нежное дыхание Арьи. Это мучило его - быть так близко, но все же не иметь возможности приблизиться к ней. Он крутил край своей туники между пальцами и желал, чтобы наконец-то появился выход из этой ситуации, который помог бы ему избежать подчинения неприятной судьбе.
Он боролся со своими непослушными эмоциями до глубокой ночи, пока, наконец, не уступил усталости и позволил себе утонуть в объятиях ожидающего его сна наяву. Периодически пробуждаясь, он находился в нем в течение нескольких часов, пока звезды на небе не начали исчезать. Это было самое подходящее время для него и Арьи, чтобы покинуть Исткрофт.
Вместе они открыли окно и спрыгнули с подоконника на землю с двадцати футов - несущественный прыжок для существа с эльфийскими способностями. Перед прыжком Арья схватила юбку своего платья, дабы избежать ее вздымание. Они вместе преодолели расстояние от подоконника до земли, а затем побежали между зданиями к палисаду.
– Люди будут интересоваться нашим уходом, - сказал Эрагон на бегу. – Возможно, нам стоило подождать и уехать как обычные путешественники.
– Остаться было слишком опасно. Я заплатила за свою комнату. Это единственное, о чем волнуется хозяин гостиницы, а не о том, как рано мы ушли, – они разделились на пару секунд, поскольку им пришлось огибать ветхий фургон, и затем Арья добавила: - Самое главное, мы должны постоянно перемещаться. Если мы задержимся, то король найдет нас.
Когда они добрались до внешней стены, Арья шла вдоль нее пока не нашла торчащий откуда-то столб. Она обхватила его руками и потянула, проверяя дерево на прочность собственным весом. Бревно колебалось и грохотало, ударяясь о соседние столбы, но выдержало.
– С начала ты, – сказала Арья.
– Пожалуйста, только после тебя.
Со вздохом нетерпения она похлопала рукой по своим одеждам:
– Платье, куда более просторное, чем легинсы, Эрагон.
Его щеки запылали, когда он понял, что именно она имела в виду.
Залезая выше своей головы, он поудобнее обхватил бревно и начал подниматься на палисад, помогая себе ногами. Наверху он остановился и начал балансировать на вершине бревна.
– Иди дальше, – шепнула Арья.
– Только когда ты присоединишься ко мне.
– Нет.
– Сторож, - сказал Эрагон и указал на фонарь плывущий в темноте между двумя соседними зданиями. Поскольку свет приближался, позолоченные очертания человека появились из мрака. Он нес обнаженный меч в одной руке.
Тихая, как призрак, Арья схватила бревно, используя лишь руки, подтянулась и подала руку Эрагону. Она, казалось,
«Не смотри на землю!
– умолял Эрагон.
– Не смотри вверх!»
Мгновение спустя сторож вложил меч в ножны и продолжил свой обход, жужжа себе что-то под нос.
Бес слов Эрагон и Арья спустились на другой стороне палисада.
Броня в пакете Эрагона грохнула, когда он, запутавшись в густой траве, упал вниз и перекатился, чтобы смягчить удар. Поднявшись на ноги, он низко пригнулся и понесся прочь от серого пейзажа Исткрофта, Арья бежала за ним. Они придерживались высохшего русла реки, так как оно огибало фермы, которые окружали деревню. Несколько раз возмущенные собаки выбегали, дабы выгнать вторгшихся в их территории. Эрагон попытался успокоить их мысленно. Он нашел единственный способ, который состоял в том, чтобы заверить их, что их ужасные зубы и когти отпугнули его и Арью. Радуясь собственному успеху, собаки, покачивая хвостами, гарцевали назад к сараям, навесам и подъездам, где стояли на страже феодальных владений. Их самодовольная уверенность развлекла Эрагона.
На расстоянии в пять миль от Исткрофта, когда стало очевидно, что они совершенно одни, и никто не преследует их, Эрагон и Арья направились к обугленному пню для привала. Встав на колени, Арья выкопала несколько горстей земли у основания перед собой
– Адурна Риза, - сказала она.
Слабая струйка воды хлынула из почвы вокруг и полилась в отверстие, которое она вырыла. Арья подождала, пока вода не заполнит впадину, а затем сказала «Летта», и поток прекратился.
Она произнесла заклинание над водной гладью, и лицо Насуады появилось на поверхности неподвижной воды. Арья поприветствовала ее.
– Моя леди, - сказал Эрагон и поклонился.
– Эрагон, - ответила она. Насуада выглядела усталой, щеки впали, как будто она очень долго болела. Выбившиеся из пучка локоны свободно свисали, спутываясь вдоль линии роста волос. Эрагон бросил взгляд на ряд широких бандажей у нее на руке, когда она приглаживала непослушные пряди волос.
– Ты в безопасности благодаря Гокукара. Мы так волновались.
– Я сожалею, что расстроил тебя, но у меня были причины.
– Ты должен объяснить их мне, когда вернешься.
– Как пожелаешь, - сказал он. – Кто причинил тебе боль? Кто напал на тебя? Почему ни один из Дю Врангр Гата не излечил тебя.
– Я приказала, чтобы они оставили меня в покое. Я объясню, когда ты вернешься.
Озадаченный, Эрагон кивнул и воздержался от вопросов. Обращаясь к Арье, Насуада сказала:
– Я впечатлена, что ты нашла его. Я не была уверена, что ты сможешь.
– Фортуна улыбнулась мне.
– Возможно, но я полагаю, что твои навыки были столь важны, как и великодушие фортуны. Через какое время вы присоединитесь к нам?