Элдрич

Лейк Кери

– Они играют с нами.

– Посмотрим, как хорошо они плавают во льду.
– Он рыкнул и протянул руку к воде, рассыпав по поверхности белый туман. Волны застыли на месте, нависая над ними, словно хрустальные гиганты. Их тела покачивались в уменьшающемся ореоле воды, пока лед сжимался вокруг них. Казимир дернул Равецио к краю ровного участка и одним рывком поднял его вверх.

Равецио вцепился в лед, пытаясь удержаться, но со скольжением упал обратно в воду, подняв брызги.
– Черт, как здесь скользко!

– Дай мне пойти первым.
–

Казимир сжал руки в кулаки, и на его коже расцвели маленькие шипы. Он поднялся по краю льда на ровную поверхность, остановившись лишь на мгновение, чтобы перевести дух.

– Не мог бы ты поторопиться? Эти штуки все время цепляются за мою ногу.

– Наверное, они проплыли под льдом.
– Казимир наклонился через край, протянув сгиб руки и удерживая одну ладонь с шипами на льду, и вытащил друга на лед.

Выбравшись из воды, Равецио прислонился головой к поверхности и задрожал.
– По-моему, мне снова надо пописать.

– Подожди с этим пока.
– Казимир вглядывался в темноту в поисках каких-либо признаков суши, но ничего не было. Ничего, кроме открытой воды под тусклым лунным светом. Он все еще мог разглядеть корабль вдали, но тот был еще дальше, и они никогда не смогут опередить то, что скрывалось внизу.
– Блядь!

– Что теперь? — спросил Равецио.

– Подождем и будем надеяться, что этот остроухий придурок нас заметит.

Равецио покачал головой.
– Не задерживай дыхание.

Сильный удар под ними сбил Казимира с ног.
– Что это было, черт возьми?
– Последовал еще один сильный удар, и звук раскалывающегося льда привлек его внимание к тому месту позади них, где по льду ползли глубокие трещины. Третий удар разбил лед, и они оба поплыли к водной глади на небольшом куске, размером не больше их тел.

– Все становится только лучше.
– Равецио поднялся на колени, упираясь руками.
– Если бы эти мелкие девки замедлились хоть немного, я бы превратил их в декоративные якоря.

– К сожалению, думаю, они слишком умны для этого.

Лед закачался, сначала медленно, не более чем легкое покачивание. Предупреждение.

– Держись, — предупредил Казимир, когда покачивание ускорилось, и Равецио начал нащупывать что-нибудь, за что можно было бы ухватиться пальцами.
– Хватайся за мою руку!
– Словно те неумолимые рыбные ведьмы дергали лед с обеих сторон снизу, покачивание стало бурным, и каждый взмах вверх едва не сбрасывал их с льдины.
– Держись!
– Казимир глубже вонзил свои шипастые ладони, напрягая мышцы, пытаясь удержаться на ледяной поверхности. Они снова наклонились вверх, и Равецио потерял опору, сполз вниз и ухватился за ногу.

Как только руки Казимира освободились, лед снова сдвинулся, и они поскользнулись на другую сторону. Он снова ударил ладонью, чтобы закрепиться, и приготовился к очередному резкому толчку.

Вместо этого плавающий кусок льда спокойно покачнулся и снова выровнялся, и, нахмурившись, они оба уставились друг на друга.

Все было тихо. Ни единого всплеска снизу.

Казимир

осмелился заглянуть за край и обнаружил, что от льда в стороны растекается жемчужно-белая субстанция.
– Что это, черт возьми?

Равецио подполз к нему и заглянул за край.
– Если тебе удалось при этом умудриться потянуть себя за член, я впечатлен.

Высокий визг задрожал в черепе Казимира, и оба прижались ладонями к ушам.

— Черт возьми! — Равецио стиснул зубы. — Кажется, у меня голова взорвется!

Громоподобный треск прорвался сквозь их руки, закрывавшие уши, и холодный, мокрый предмет ударил Казимира по лицу. Он открыл глаза и увидел, как блестящая розовая капля падает на лед, когда он сел, выпрямившись. Еще больше капель и кусков падали на лед, сыпавшись с неба.

Они оба в панике огляделись: по поверхности были разбросаны руки, уши и плавники. В воде под ними плавали кусочки того, что, как Казимир был уверен, были частями тел сиренийцев. Айсберг покачнулся в сторону плоской ледяной поверхности, от которой он ранее откололся, и они оба вскарабкались на чистый участок льда. Взглянув в воду, они увидели, как к ним поднимается темная фигура.

Протянув руку, готовый послать в нее ледяной взрыв, Казимир ждал — пока, наконец, из воды не вынырнул Охотник с зелеными волосами.

Он опустил руку.
– Дравиен?

– Не поможешь мне выбраться из воды? Акулы вот-вот начнут пожирать останки.
– Он поднял руку, и Казимир схватился за нее, вытащив его на ледяной выступ. Длинные черные шипы, торчащие из его позвоночника, скользнули под одежду и исчезли.

– Их привлечет не мясо, а чистая сила твоих огромных яиц.
– Равецио хмыкнул, схватившись за его другую руку, чтобы подтянуть нижнюю часть тела на айсберг.

– Это ты сделал? — спросил Казимир, заметив нижнюю половину сиренийца — чешуйчатый серебристый плавник, дергающийся в воде там, где, должно быть, его укусила акула.

– Иногда я могу быть полезен. Даже героичен.

– Боже мой, что ты наделал? — Равецио заглянул в воду.

– Шипы на моей спине выделяют яд. В воде он быстро распространяется и попадает в их жабры. Удерживает воду внутри их тел, пока они не лопнут.

Фыркнув, Равецио отошел от края.
– Я был уверен, что ты уплыл бы без нас.

– Поверь мне, я хотел.

– Должно быть, это какое-то проклятие, если ты готов так нырять в ледяное море. Или у тебя самое большое и щедрое сердце.
– Равецио приложил ладонь к груди и громко рассмеялся.

Дравиен закатил глаза и посмотрел на корабль.
– Капитан бросил якорь, но не может приблизиться к ледяному покрову. Если ты сможешь проложить путь, мы пройдем большую часть пути пешком.

– Думаю, я справлюсь.
– Казимир поднялся на ноги, и окружающая обстановка изменилась. Он покачал головой и протянул руку, выпустив струю тумана, которая расширила поверхность вокруг них. Корабль вдали покачивался и размывался, его зрение то расширялось, то сужалось. Становился все меньше и меньше.