Эгейская компания
Шрифт:
Между позициями не было протянуто ни одного хода сообщения, и у полковника не было никакого резерва, чтобы перебросить подкрепления на опасный участок. Даже если бы у него и была в запасе живая сила, ее нельзя было быстро доставить в нужное место из-за отсутствия на Сими транспорта.
Затем Ларсен проинспектировал систему обороны, использовав для поездки единственное средство передвижения – трактор. Вернувшись в штаб, он посоветовал полковнику снять людей со всех постов по острову и сконцентрировать все силы в районе порта.
– И нужно их заставить вырыть
Как заметил Ларсен, среди солдат гарнизона было много толстых и немало уже немолодых людей. Их моральный дух и дисциплина оставляли желать много лучшего. Отдельные солдаты при встрече с полковником отдавали честь неохотно, а другие просто его игнорировали. Оружие безнадежно устарело. Они были вооружены старыми 6-мм винтовками «манлихер-каркано», которые практически не усовершенствовались с момента их появления в 1889 году, когда их скопировали с «маузера».
Даже состоявшие на вооружении гарнизона легкие пулеметы были образца 1930 года – 6,5-мм «бреда» с воздушным охлаждением, в которых со дня рождения конструкторы заложили массу проблем. Ларсен навсегда запомнил, что говорил его инструктор об иностранном оружии на учебных курсах возле Хайфы. Если оружие выглядело нормально, оно обычно оказывалось нормальным, но пулеметы «бреда» выглядели плохо, никуда не годились и всегда подводили в бою.
Две береговые орудийные батареи находились не в лучшем состоянии, чем личное оружие гарнизона. Обе не были пристреляны и обеим не хватало снарядов. У той батареи, которая открыла огонь по шхуне, оставалось едва шесть снарядов калибра 75 мм. Но больше всего беспокоило отсутствие зенитных орудий. Если немцы решатся произвести высадку на острове, их, возможно, остановит только отвага защитников, но не огневая мощь их оружия.
После инспекционной поездки Ардетти выглядел несколько потрясенным и слегка бледным, но он побледнел еще больше, когда Ларсен с помощью Перквесты объяснил, чего он ожидает от гарнизона.
– Естественно, – с достоинством ответил полковник, – мы окажем поддержку британским силам на острове. Но вы сами могли убедиться, что мой гарнизон не способен помешать немцам захватить Сими, если они того пожелают. Для надежной обороны нам потребуется здесь не меньше бригады при поддержке артиллерии, конечно. Когда нам следует ожидать прибытия таких сил?
– Часть подкреплений прибудет сегодня с наступлением темноты, – сообщил Ларсен.
Лицо Ардетти просветлело, когда Перквеста перевел ему ответ.
– Хорошо, очень хорошо. Я так понимаю, силами до батальона?
– Нет, – возразил Ларсен, глядя ему прямо в глаза, – четверо солдат из моего отряда.
У полковника отвалилась челюсть.
– Четыре? – переспросил он, не веря своим ушам.
– Четыре, – повторил Ларсен и для убедительности показал четыре пальца.
Перквеста заламывал руки в отчаянии, пока переводил. Полковник только тряс головой, а Сальвини презрительно ухмыльнулся.
– Мне кажется, шкипер, – вмешался
И тут Ларсена прорвало.
– Я им так поддам, что они будут лететь до Каира, – заорал он. – Они будут сражаться вне зависимости от того, хочется им этого или нет, и я об этом позабочусь. Переведите полковнику так, чтобы до него все дошло.
Лейтенант пожевал кончики усов и с готовностью кивнул, но Ларсена уже несло.
– Рытье траншей должно начаться незамедлительно, и сегодня вечером я проверю качество работ. На позициях должны быть часовые. Сегодня же выдать местному населению муку и продукты. Передать горючее для большого торпедного катера и снабдить жителей острова.
Когда Перквеста закончил перевод, итальянские слова посыпались из полковника с такой быстротой, что лейтенант не успевал с английским переводом.
– Он говорит, – пересказывал Перквеста слова своего начальника, – что гарнизону и без того не хватает продовольствия. Сейчас они получают горячую пищу всего раз в день, и еще дважды – холодная пища. Им требуется горючее для приготовления еды и для холодильников...
– Для чего? – резко прервал его Ларсен.
После некоторого колебания Перквеста извинился:
– Я хотел сказать, для отопления. Полковник говорит, что в замке сыро и его нужно просушивать. У полковника ревматизм.
– В таком случае полковник освобождается от своих обязанностей и с данного момента находится в отпуске по болезни, – распорядился Ларсен. – Вы, Перквеста, примете командование на себя. Сейчас же.
– Но, синьор, – слабо запротестовал Перквеста, – ведь капитан Сальвини старше меня по званию.
Ларсен повернулся к Сальвини, невольно вздрогнувшему под враждебным взглядом датчанина.
– Скажите нашему другу, что мне не нравятся его политические взгляды и его лицо. Поэтому нечего и думать о том, что гарнизон перейдет под его команду. Тем не менее я не намерен сажать его под замок, если он пообещает вести себя прилично. Он мне должен выдать полный список имущества, находящегося на складе, и обеспечить, чтобы горючее, которым сейчас обладает гарнизон, было немедленно переправлено на каик. Все понятно?
Сальвини, который, очевидно, немного понимал по-английски, кивнул еще до того, как Перквеста закончил переводить. Он выглядел еще более мрачным, чем обычно.
– Один их моих людей ежедневно будет сюда приходить, чтобы проконтролировать занятия всем гарнизоном, включая офицеров, физической подготовкой, – добавил Ларсен. – Первое занятие будет проведено ровно через два часа. Капитан Сальвини несет полную ответственность за выполнение этих приказов, и я спрошу с него лично. Вам, лейтенант Перквеста, предстоит поработать с гарнизоном и привести его в надлежащий вид. Возможно, у нас не так много времени, как представляется.
– Мне кажется, вам не следовало так поступать, шкипер, – говорил Тиллер, в то же время не скрывая восхищения действиями своего командира, когда они спускались с холма к набережной. – Ведь у вас нет соответствующих полномочий.