Ее наемник
Шрифт:
У меня сжался желудок. «Я сказал, ложись на кровать».
Не отрываясь от него взглядом, я медленно опустилась на край кровати. Цепь, сковывавшая мои запястья, звякнула о изголовье.
«На кровать», — приказал он.
Я перевела взгляд на дверь, где почти слышала дыхание охранников, а затем снова на него.
Медленно я начала двигаться ближе к кровати, сначала подняла одну ногу на матрас, затем другую, требуя, чтобы его глаза оставались прикованными ко мне, пока мои обнаженные ноги на мгновение раздвинулись.
Его взгляд не дрогнул ни на мгновение.
Король ослабил узел галстука и начал
«Ложись», — снова приказал он.
Я жестко опустилась на спину, но его глаза продолжали смотреть в мои. Ни разу они не скользнули по моему телу. Ни разу.
Король снял пиджак и бросил его на кровать. Воротник зацепился за мою босую ногу, и по моей коже пробежала волна электричества.
Я вновь почувствовала его запах, глубоко вдыхая, словно его аромат был наркотиком, от которого я не могла избавиться.
Когда он начал вытаскивать рубашку из брюк, наши глаза по-прежнему были прикованы друг к другу. Он расстегнул первую пуговицу, затем вторую, затем третью.
Мое дыхание стало тяжёлым, кожа пылала. Я боролась с собой, чтобы не отрывать глаз от его лица, впитывая в себя каждую деталь, размытую область, которую я не могла чётко разглядеть. Загорелая грудь и чётко очерченные мышцы живота.
Между ног пробежала дрожь.
Реакция моего тела на этого мужчину была поразительной. Я почувствовала, как внезапно стала влажной, готовой. Как это могло быть, особенно в таких страшных обстоятельствах? Я даже не была уверена, что когда-нибудь снова почувствую влечение к мужскому полу.
Затаив дыхание, я ждала его следующей команды. Моя грудь быстро поднималась и опускалась от адреналина, а его дыхание оставалось спокойным и контролируемым. Уверенным. Чертовски соблазнительным.
Пальцы моей свободной руки медленно сжали одеяло под телом.
Он облизнул губы.
Я приподняла колени, раздвинула ноги.
Вена на его шее начала пульсировать. На лбу блестел пот. Холодное, спокойное поведение начало трескаться.
Я раздвинула ноги шире, мой низ пульсировал от желания.
Мы смотрели друг другу в глаза, и звук моего сердцебиения в ушах был оглушительным.
Затем, не сказав ни слова, король отвернулся и вышел из комнаты, оставив расстегнутую рубашку и пиджак на постели.
Я вздрогнула, когда за ним захлопнулась дверь.
Замерев на месте, я сжала ноги, гадая, что, черт возьми, только что произошло.
18
СЭМ
Прошло несколько часов. За окном медленно поднималась луна, заливая комнату мягким светом. Я все еще была в наручниках, прикованная к кровати, обнаженная — ну, скорее, полуобнаженная. На плечи был накинут пиджак, оставленный королем, и я глубоко вдохнула его запах. Мягкая, маслянистая ткань была пропитана его духом, его уютом. Я не могла отделаться от мысли, что он оставил этот пиджак специально для меня.
После ухода короля ночь была относительно тихой. Из подвала доносились лишь редкие крики и стоны, которые вскоре стихли, и я поняла, что рабы уснули. Судя по положению луны, была полночь или раннее утро. Охранники начали обычный вечер разврата: пили, курили, принимали любые доступные наркотики. Глухой стук басов раздавался где-то
Вот почему он не вернулся. Я не была достаточно желанной, притягательной. Возможно, он пошел искать другую девушку, чтобы провести с ней вечер. Я открыла ему свои объятия, была готова — мокрая от волнения — и все равно не была достаточно хороша для Короля. У него есть девушки лучше меня. Мне нужно было лучше справляться со своей работой. Это был самый ужасный из всех кошмаров. Такой ход мыслей, мир торговли людьми заставлял меня считать нормальным.
Но по правде говоря, я подвергалась промыванию мозгов. Менялась. Я чувствовала это всеми фибрами души, каждой клеточкой тела. Эта жизнь начинала менять мою сущность, и я ненавидела это.
Мое внимание привлекли шаги в коридоре, и сердце замерло. Я поднялась с кровати и встала, выпрямившись и гордо расправив плечи. Латунная ручка повернулась, дверь открылась, и в комнату вошли двое охранников, от которых разило спиртным, а глаза горели от наркотиков и похоти. У меня сжался желудок, и мгновенная паника перехватила дыхание. Один из них закрыл за собой дверь и запер ее.
Нет. Нет, нет, нет.
Их черные глаза застыли на мне, когда они пересекали комнату, облизывая губы, как хищники. Одному из них было не больше двадцати, может быть, восемнадцати лет, он был одет в мешковатые джинсы с дырками и черную футболку. Другому, по крайней мере, пятидесяти лет, была одет в армейскую форму. Они тихо говорили между собой по-испански, злобные улыбки растягивали их огрубевшие, покрытые шрамами лица.
Они влезли сюда в тихую. Король не знал об этом. И они задумали что-то недоброе.
Нет, нет, нет.
Старший охранник плюнул в меня. Я заставила себя держать глаза открытыми, сохраняя стоическое выражение лица, пока отвратительная жидкость стекала по моей щеке. Не позволяй им увидеть твои слезы. Мужчины сняли с меня пиджак Короля и толкнули на кровать. Старший мужчина плевал в меня грубыми словами, а тот, что помоложе злорадно смеялся. Мне показалось, что он его учил чему-то.
Как быть злостным насильником, как стать одним из худших представителей человечества.
Они расстегнули свои ширинки, спотыкаясь и поддерживая друг друга, обмениваясь между собой едкими замечаниями. Воздух наполнился тяжелым запахом прокисшего алкоголя. Мои ноги раздвинули, и мышцы протестовали, сопротивляясь. Они вдыхают мой запах, как собаки, с драматизмом. Слезы наполнили мои глаза — смесь страха и ненависти кипела в венах. Я чувствовала их запах, когда они достали свои эрегированные члены и забрались на кровать. Меня перевернули на живот, больно вывернув застегнутые наручники на запястьях. Все мое тело дрожало от страха. Раздался смех, и пальцы коснулись моей кожи. Я закрыла глаза и уткнулась лицом в одеяло.