Дочь Земли
Шрифт:
Еще пару минут они молча расправлялись каждый со своею закуской. Потом Аля, тяжко вздохнув, выволокла из кустов многострадальную базуку. И, подобравшись сзади к облизывающемуся Морфею, водрузила её на спину итрану, быстренько закрепив магнитною лентой страховки.
Морфей подскочил, опять сел, скосил на Алю недовольный глаз.
– Это еще что такое?
– У меня отдых!
– Заявила девочка непререкаемым тоном.
– Уж извини, друг, но обратно, на базу, эту радость сам потащишь.
– А ты?!
– А я - своим ходом!
– Аля игриво-насмешливо шлепнула Морфея по носу, крутанулась вокруг оси, раскинув руки.
Встряхнувшись и пританцовывая, сфинкс выбросил крылья, взвился
Морфей поглядел ей вслед. Улыбнулся довольно. Неспешно углубился в лес.
* * *
– Зэер... Зэер, ты слышишь меня?
– Аля снова постучала в закрытое окно его отсека. Попыталась настроиться на телепатическую связь. Тщетно. Очевидно, здесь его не было. Персональный визифон тоже не отвечал. Ладно. Обойдемся без разрешения. До окончания срока свободного вылета за территорию у нее еще пять часов. Если постараться и нигде не задерживаться, она успеет обернуться даже и с запасом времени. Зэер, конечно, рассердится. Но она его честно пыталась предупредить. Эх, была, не была!
Выбрав модуль, приложила к борту опознавательный жетон. Купол открылся. Отлично! Аля быстро забралась внутрь, сняла блокировку, послала запрос Периметру.
– Ответ положительный.
– Известил визифон. Она перевела дух, пристегнулась. Спустя немного времени, катер благополучно пересек границу внешнего кольца, приземлился на проселочную дорогу и, вырулив на трассу серым Опелем, набрал скорость. Аля мечтательно улыбалась себе, напевая.
'Немножко свободы, но, все равно, здорово!..'
У нее не было каких-то определенных целей и пунктов назначения. В город ехать не хотелось. Общаться с кем-то - тоже. Просто охота прокатиться, не более. Благодаря Морфею, территорию базы она знает, как свои пять пальцев. И, когда ничем не занята, ей бывает откровенно скучно.... Ей бывает скучно! Надо же. А, ведь, было время, когда Але элементарно не хватало часов в сутках, чтоб переделать все заданное и запланированное. Тогда она не верила в себя, указаниям следовала скорее по инерции, боясь, что накажут. Уставала ужасно, к концу дня ничего не соображала. Мечтала об одном: отоспаться. Но и в этом ей было отказано.... Але иногда казалось - она отключается и спит прямо на ходу, жуя бутерброд или вычерчивая руны рекбиза.
Теперь она готова поверить - это было жизней семь назад, не ближе. Хотя, на самом деле, прошло всего два с половиной месяца. Половина? Нет, уже почти три недели. Краасс обещал вернуться через месяц....
Улыбка вдруг исчезла с её губ. В душу медленно заползал страх. Воспоминание о кошмарной боли не выветрилось до сих пор. После того их, с позволения сказать, свидания, Аля еще несколько дней боялась на себя в зеркало лишний раз взглянуть. И на общее обозрение являлась разве что не в парандже. Ворот высоко поднят, на руках - перчатки. Арника сняла боль и воспаление, а вот синяки не проходили еще долго. Аля не жалеет ни о чем, все равно. Если бы понадобилось, она прошла бы через это снова и снова, лишь бы спасти Славика. Но Краасс показал себя тогда настоящим зверем. Уже не раз и не два она с тоской размышляла о том, что, уйдя от семейного террора и безвыходности в обещанную им сказку, оказалась во власти чудовища. Так мучительно понимать это разумом, а душою тянуться к нему и любить до безумия.... Тем более, он-то её вовсе не любит!
Да, она этакая фаворитка, экзотическая забава, пикантное развлечение. Он играет с нею, как кошка с мышью. Откровенно наслаждается своей властью и её тягой к нему. Воплощение Нарцисса!
Мимолетные красивые жесты, мимолетные красивые слова. Только настоящего внимания не было, и нет. Тот же Зэер несравненно ближе ей. Але с ним гораздо проще. Она может открыть
И, все равно, не смотря на это свое понимание, Аля знает, твердо и безоговорочно: она хочет быть с ним рядом. Вопреки всему и вся - собственной гордости, собственной воле. Она не представляет жизни без него. Он её наркотик, а зависимость - неизлечима.... Господи, да когда ж уже месяц этот закончится?!
Аля трясет головой, будто пытается выбросить из нее никчемные мысли. Нужно просто не думать. Сидеть себе и наслаждаться - летом, ветром, скоростью. Стекла опущены, теплый вихрь развевает волосы, окатывает воздушными волнами. Это почти как продолжение вчерашнего полета. Она впервые сама добралась до жилблока по воздуху. Что на нее нашло, удаль какая-то, желание доказать что-то? Аля не знает. Да, и не хочет знать. Важно другое. Она больше не чувствует себя неуверенно и скованно в своем новом теле, в открывшемся своем естестве. Теперь меняться почти так же легко, как и дышать, есть, спать. Вот здорово-то, а! И теперь она будет трудиться над собою еще прилежнее и больше. Она докажет ему, что гораздо сильнее и выносливее, чем он считает. И, может быть, когда-нибудь, ему придется её уважать. Аля усмехается себе - какое бахвальство!.. Хорошо, никто не слышит эти её пустые мечты. Заставить Краасса воспринимать себя всерьез и уважать - что может быть нелепее и глупее?.. Но хотеть, ведь, не вредно. А значит - выкладываемся сейчас, чтобы будущее все расставило по местам после....
Вдруг, девочка резко откинулась назад. Схватилась за виски. Острая боль вспышкою пронизала череп, иглами воткнулась в глаза. И сразу ушла, сменившись удивительно четкой картинкой: вмятая в дерево машина у обочины, тормозной путь усеян ошметками жженой резины. На асфальте в пятнах крови - девочка лет шести. Закатившиеся глаза, тело выгнуто в неестественной позе. Над ребенком - мужчина - тычет в кнопки мобильного, на лице ужас и отчаяние....
Видение исчезло сразу, будто телевизор выключили. Аля поморгала, потерла глаза.... Новая вспышка застлала окружающее плотной пеленой. Отпустила. Аля не двигалась, напряженно глядя перед собой. Механически, как автомат, положила ладонь на сенсоры панели. Она знала теперь, что должна сделать. Только бы успеть!
Повинуясь мысленному приказу, Опель развивает бешеную скорость, одновременно задвигаются стекла. Модуль несется всего в паре сантиметров от поверхности дороги, но ни единой своей точкой не касается её. Цифры километража мельтешат, сливаются. Аля прикидывает - за несколько минут она преодолела больше двухсот километров окружными дорогами. Запоздало понимает, надо было отказаться от облика машины, вышло бы еще быстрее. Передумывать поздно. Ладно. Она и так подъезжает. Скорость падает до шестидесяти километров. Сцена, возникшая в воображении, рисуется уже наяву. В стороне остановились еще несколько авто. Люди топчутся, бегают вокруг. Переговариваются. Аля наблюдает за всем как бы со стороны, и, даже, издалека. Но тут же осознает: она уже вышла из машины и направляется к лежащему ребенку.
– Скорая минут через пятнадцать будет!
– Кричит кто-то.
– Раньше - никак, мы очень далеко!
– А менты?!
– Да тоже где-то так!
– Вот черт, её нельзя трогать. Позвоночник сломан, вроде!
– Ты чё, издеваешься? При чем тут позвоночник?! Она же мертвая уже, сам посмотри!
Скорым уверенным шагом Аля минует людей. Для нее их сейчас не существует. До тех пор, по крайней мере, пока не мешают и не препятствуют.
– Эй, девушка, куда вы? Не надо туда!
– раздается вслед.