Дочь Земли
Шрифт:
– Не очень.
– Буркнул Носферату.
– И зачем ты мне все это рассказываешь?
– Тебя тоже берут на Центал. Похоже, он передумал отправлять тебя в мир иной.
– Как бы не так!
– Зло усмехнулся оборотень.
– Да я ему, как кость поперек глотки. Надеется промучить подольше в свое удовольствие, вот и весь сказ.
– А меня тогда зачем туда тянуть?
– Ну, это уж я не в курсе, дружище. Если не замечаешь сам, так подскажу - свободен из нас двоих именно ты. И
– Мне это не нравится. Ну, прямо, очень не нравится!
– Итран переступал с ноги на ногу, нервно пофыркивая.
– Он ничего не предпринимает просто так. И угораздило же тебя вляпаться, глупец! Всю жизнь себе искалечил.
– Заткнись, Гор!
– Зарычал Носферату в бешенстве.
– Ради всего святого, заткнись и иди, уже, отсюда!
– Ты не дослушал главного, пес.
– Упрямо продолжал единорог.
– А новость эта для тебя о-очень важна!
– У меня больше нет ничего важного и нужного. Я уже мертв. И не о чем больше толковать.
– Он не убил её, Носферату!
Так странно.... Воздух словно сгустился и стал водой. Или маслом?! Но он не может его вдохнуть. И выдохнуть тоже не может. Сердце не стучит, а прыгает в грудной клетке, болью ударяя по ребрам. Времени нет. Оно обтекает его, обходит стороной. Все в его сознании и инстинктах из последних сил протестует, отказываясь поверить, отрекаясь от надежды. Нет, он не даст себя обмануть. Это ложь. Подлая ложь!
– Я убью тебя!!!
– Безумный отчаянный вопль вырвался вместе с выдохом и чуть не разорвал ему грудь. Носферату с натугой, толчками, дышал, качаясь на широко расставленных лапах. Не видя и почти не ощущая ничего вокруг себя.
– О, замечательно, гони истерику!
– Раздраженный и испуганный голос добрался-таки до него, оглохшего и одеревеневшего, пробился. Заставил думать.
– Я правду тебе говорю, тупица! Слышишь, Нэттэ?!
– Откуда?
– Прошептал оборотень.
– Как ты узнал?
– Морфей велел передать, сын Тамелона. Сказал - ты должен это знать. Он сказал еще - неизвестность хуже смерти....
– Морфей?! Он имя официально взял? А где он сам? Почему не пришел?
– Он, как раз, на Центале. И у него, вроде, партнер появился.
– Непостижимо, - потерянно проговорил Носферату, - но как он мог, если Аттали жива?!
– А кто тебе сказал, что твоя подружка дееспособна? Морфей свободен от своих к ней обязательств, тем более, что он к ним, фактически, и не приступал. Ты же помнишь - официального воссоединения не было. Аттали и не особенно этого хотела.
– Да, - тихо, ласково произнес оборотень.
– Она всегда говорила, что этот союз на самом деле - завуалированное рабство. Вот, и не хотела постоянного спутника.
– Она вообще слишком много думала.
– Съязвил Гор.
– Теперь, зато, себя мыслительными процессами не утруждает.
– Не понял!
– Нэттэ громыхнул по решетке головой.
– Ты же только что сказал - она жива!
– Номинально. Она в городе Мертвых. Краасс усыпил её и оставил там. По-видимому - навсегда.
– Пусть так!
– Носферату лихорадочно обдумывал сложившееся положение.
– Это, все равно, в корне все меняет. Главное - она жива! А, раз так, её можно разбудить... можно!
– Ты, для начала, придумай, как самому в живых остаться!
– Не упустил возможности куснуть его Гор.
– Кто у нас тут только что себя живым трупом именовал? Или, скажешь, я ослышался?
– Спасибо тебе, друг!
– Горячо воскликнул оборотень.
– Спасибо, старый ты пройдоха! Это лучшая весть за всю мою паршивую жизнь.
– Не такую уж и паршивую, до последнего времени!
– огрызнулся итран.
– пока ты не постарался закопать себя сам, причем в дерьмо, и - по уши!
– Ладно-ладно. Бранись, сколько влезет. Все равно, я тебя, практически, люблю!
– Чур, меня, чур, от подобного ужастика. Я, знаешь ли, к однополой любви, да еще с представителями иных рас, от рождения как-то не расположен.... Все. Ладно. Думай, решай, прикидывай! Может, что и выгорит. Я пошел.
– Храни тебя Разум, приятель.
– Проводив единорога глазами, Носферату отодвинулся от окна. Лег на бок, вытянулся. Перевел дух.... Надо думать.... Надо что-то придумать срочно!.. Аттали!.. Нет, справедливость все-таки не умерла....
* * *
– Слушай, а почему вы меня заставляете осваивать исключительно земное оружие?
– Аля, плюнув про себя на все правила, уронила базуку на землю. Прислонилась к уступу скалы, отдуваясь. Морфей крякнул и испарился за поворот. Через минуту осторожно выглянул из-за камней.
– Все живы?
– Нет, - задумчиво проронила Аля, извлекая из кармана шоколадку.
– Только - я. Все еще!
Итран потянул носом. Раз, другой. Подошел, уселся рядом по-собачьи.
– Знаешь, Морфей, - Аля усердно жевала, наблюдая за проползающим у ног ужом, - мне сейчас чудная картинка нарисовалась. Иду я по чисту полю. Тяну за собою танк на веревочке. Ну, или ракетную установку.
– Странные мысли.
– Он зевнул. Заметил ужа. Молниеносным движением слизал его с валуна и зачавкал в такт Але.
– Гад!
– Обиделась девочка.
– Такой ужик чудный был. Гладенький, блестящий.
– И вкусный, главное, тоже!
– Воодушевленно согласился единорог.