Дочь Земли
Шрифт:
– Он тебе оказал хоть какую-то помощь?
– Не знаю, Зэер, - воспаленные глаза уставились на него, не видя, - кажется, я заснула.
– Заснула?! Да ты почти умираешь! Вот дурочка маленькая. Отчего не позвала? Не сказала?
– Я думала - пройдет.
– Просипела она слабеющим голосом.
– Пройдет, а как же.
– Зэер был зол, как никогда. Не на Алю, конечно. Промелькнула мысль: может, Краасс решил от нее таким образом избавиться? Нет, ерунда. Просто он не рассчитал, вытянув из нее сверх возможного. Нет, как же тупо все-таки! А если бы она умерла?!
– Девочка не умрет.
– Бестелесный голос прозвенел в ушах мелодичным
– Что нужно делать, Арника?
– Можно - ничего. К завтрашнему утру она восстановится. Но процесс этот будет весьма болезненным. Чего и добивался Краасс.
– Понятно.
– Пробормотал Зэер.
– А если я хочу все ускорить?
– Неси её в бассейн. Дальше - моя забота.
Невзирая на слабые Алины протесты, Зэер быстро стащил с нее пижаму, закутал в одеяло и перенес в ванную комнату. Там, бережно поставив на ноги и удерживая, чтоб не упала, развернул. И, подняв, спустился в воду прямо в комбинезоне.
– Что... ты хочешь... делать?
– Она смотрела на него с таким безграничным доверием, что Зэеру прямо не по себе стало. Эта малышка, с самого начала, непостижимым образом, умудрилась, вроде бы и не делая ничего для того особенного, проложить дорожку в его сердце. А ведь он искренне считал - после Аттали ни на кого никогда и не посмотрит. Мимолетные связи, конечно, не в счет. Там - чистая физиология, и ни на грамм больше. А Алира, непринужденно и почти походя, смогла это, смогла завоевать и подчинить себе, сама об этом не подозревая. С его стороны чувство к ней не было никаким любовным томлением. Он желал бы, до глубины души, иметь такую сестру или... дочь. Да, он бы очень хотел дочь! Он всю жизнь мечтает о детях, или хоть о единственном ребенке. Так пусть, раз уж так вышло, она заменит ему его несбывшуюся мечту. Его маленький, хрупкий друг.
Зэер нежно, успокаивающе, погладил Алю по голове.
– Твоя задача - совершенно расслабиться. Больше ничего. Ложись на воду. Я тебя поддержу.
Подставив ладони под её голову и спину, помогая ей удержаться на поверхности, Зэер с горечью вспоминал недовольное лицо Краасса в тот миг, когда рискнул прочесть ему 'мораль'. Надо будет обязательно довести до его сведения, к чему привела его несдержанность. И пускай психует, сколько влезет. В крайнем случае, прикроемся должностью. Она у Зэера такая, что - при определенных обстоятельствах - он не то что может, а и обязан давить вождю на все его мозоли, возвращая, так сказать, к бренности бытия. Переживет, никуда не денется. И его, Зэера, тоже не убьет, потому как - не за что. На том и порешим.
Рагезт посмотрел на Алю. Контуры тела едва проглядывали сквозь массу изумрудных огоньков. Арника трудилась вовсю, восстанавливая повреждения. Наклонившись, Зэер прошептал искоркам 'спасибо', выпрямился. Закрыл глаза. Напряжение отпускало. Сменялось уверенностью - все непременно будет отлично. Если не у него, то - хотя бы - у Алиры!
* * *
Бескрайняя, ослепительно белая площадь. Возвышения помостов по периметру заполняет бесчисленная толпа. Острия ограждающих колонн пронзают небесную синеву. Серебристые полотнища стягов с изображением черного лотоса полощутся, реют. А выше них, в прозрачной лазури, покачиваются на распростертых огромных крыльях стражи Дворца Высших - могучие и всевидящие драконы Акаварра. Лишенные век провалы глаз неотрывно следят за всем и всеми в пределах их владений. И не будет пощады посмевшему нарушить закон
Широчайшая каменная лестница, сложенная из прозрачных плит оканчивается гигантским овалом террасы. Балюстраду увивают миллионы живых цветов. Густой пьянящий аромат кружит в утреннем воздухе. Незримой дымкой виснет на арках и парапетах. Воздушными струйками перемещается над головами, сливаясь с охватившим и заполнившим пространство напряженным ожиданием.
Диск транспортера переносит его из модуля вниз. Он ступает на мозаику площади. Останавливается на миг. Андроиды набрасывают на плечи снежное покрывало плаща, сгибаются в низком поклоне. С двух сторон подходят, становятся по бокам приземистые поджарые саблезубые - его личная официальная охрана. Он медленно обводит всех холодным пристальным взглядом. Салютует встречающим вытянутой над головою рукой. Гром приветственных выкриков волною прокатывается по площади, затихает. Краасс неторопливо идет вперед, к лестнице.
Навстречу уже спускается Денио с сопровождающими. Они тепло здороваются, обнимают друг друга. Брат надевает ему на шею массивную алмазную подвеску - многолучевую звезду, отсвечивающую кобальтово-синими бликами. Протягивает, приняв из рук андроида на алой парчовой подушке, символ власти - императорский жезл. Взяв его, Краасс поворачивается к ступеням спиной. Берет в обе руки, поднимает вертикально перед собою. Длинное огненное лезвие с гудением выскальзывает из рукояти, превращая жезл в лазерный меч. Легко перехватив оружие одной рукой, рагезт делает несколько молниеносных замахов и выпадов, заканчивая стремительным вращением лучевого острия над головою. Опускает меч, лезвие втягивается в рукоятку. Оборачивается к брату, добродушно улыбается.
– Да! Я по нему соскучился.
Денио тоже улыбается, указывает на дворец:
– Главы кланов прибыли в полном составе и ожидают тебя, Император.
Краасс согласно кивает. Снова приветствует собравшихся. Под неумолчные овации и ритуальные восхваления поднимается по лестнице и скрывается в распахнувшихся перед ним Вратах дворца.
* * *
До ушей опять долетел тихий призывный свист. Носферату приподнялся. Скованные кандалами лапы, затекли и отказывались служить. Через боль, мучительно медленно, он подгреб конечности под себя. Пошатываясь, встал. Подтащил тело к зарешетченому квадрату окна, вытянув шею, постарался выглянуть.
– Гор?
– Удивился, увидав.
– Что ты тут делаешь, приятель?
– Приятель! Отлично сказано!
– Раздраженно перебил итран.
– Из-за тебя у меня вся жизнь накрылась, и все перспективы, тоже.
Носферату подавил вздох, промолчал.
– Слышишь, оборотень.
– Единорог снова подал голос.
– Чего тебе, Гор?
– В голосе Носферату сквозила усталость и неподдельное равнодушие.
– Пришел посетовать на неудавшуюся судьбу? Я уже ничего не смогу исправить. Извини. Всего тебе.
– Постой!
– Единорог огляделся по сторонам.
– Мысленно общаться можешь?
– Вроде бы, да. Похоже, мне отрезали только способность к перевоплощению....
– Ладно, слушай!
– Гор продолжал осматриваться. Торопливые тирады пробегали в голове оборотня пулеметными очередями.
– Император в городе. Говорят, он пробудет недолго. Сегодня - большой пир во Дворце Высших. После него он отбывает на Рагез. А потом - внимание - возвращается на этот свой, ну, как его? Ага, вспомнил - Центал. Вчера я видел Тамелона. Он велел мне быть готовым к отлету. Сечешь?!