Дочь Земли

Шиманская Наталия

– А где твой итран? По-моему, его здесь нету!

– Как раз отдыхает. Я решил, что на этой планете обойдусь без его помощи.

– А Краасс со своим Таме, похоже, не расстается никогда....

– Они два старых волка. Столько всего пережили - перечислять замаешься. Подруга Таме была настоящей амазонкой. И красавица, каких поискать. Она погибла в схватке с оборотнями, спасая жизнь мужу. С тех пор Таме поставил крест на личной жизни. Сам воспитал сына. Всюду таскал его за собой, в самые дикие и опасные места. Твердил: или Морфей будет лучшим, или пусть....- Погибает!
– С горечью прервала его Аля.
–

Но это же жестоко!

– Повторюсь специально для некоторых.
– Ехидновато процедил он.
– Мы воины. Рафинированность и изнеженность - прямая дорога в никуда. Так что для нас, это нормально. Морфей, к слову, опытнейший разведчик. Его уму и смекалке многие рагезты позавидовать могут. И пусть тебя не вводит в заблуждение его дурашливость и показная несерьезность, - о его хладнокровии, выдержке и силе воли у итранов легенды ходят.

– Ничего себе.
– В ошеломлении прошептала Аля.

– Именно так, девочка. Поэтому воспринимай его очень даже всерьез. Цени, уважай.... Но потачки не давай и не забывай: ведущий в вашей паре, в будущем, именно ты!

Аля коротко кивнула. Свернулась калачиком у него под боком.

– А кто такие оборотни?

– А это как раз те вторые, нужные нам во многих отношениях, существа. Но с ними у нас, к сожалению, в общении успех переменный.

– Отчего так?

– Свободолюбивы очень. Горды непомерно. Краасс здорово обжегся на них. Не так давно потребовался чуть не общий совет всех глав наших кланов, чтобы переубедить его и не дать развязаться тотальной войне.

– Попахивает личной неприязнью.... Слушай, а он, в последнюю нашу встречу упоминал о тех, кто его предали. И - вроде как - беспричинно. Или я неправильно поняла....

– Ой, Алира, длинный твой язык! Надеюсь, ты этими откровениями ни с кем больше не делилась?

– А с кем я делиться могла? Я что, общаюсь тут еще с кем-то, кроме тебя? Морфею я ничего не говорила.

– Вот и помалкивай. И заруби себе где-нибудь на видном месте - его с тобой приватные беседы на общее, и даже мое, в частности, обозрение не выставляй. А то такой себе геморрой заработаешь, мама дорогая!

– А какие они из себя, оборотни?

– Имеют две физических взаимозаменяемых формы - гуманоидная и теплокровного хищника. Внешность, во втором обличьи, может передать достаточно полно образ... ну хотя бы... вашей собаки Баскервилей. Огромные такие псы, пропорционально сложенные, с тяжелым костяком. Шерсть очень короткая, преимущественно черной или фиолетово-черной окраски.

– Впе-чат-ля-ет!
– Мечтательно проговорила Аля.

– А вот один на один встречаться с кем-то из них я бы тебе не рекомендовал. Они, как правило, сначала действуют, а уж после думают, если есть над чем.

– И чем же они так вам полезны?

– Отличные солдаты. Долгое время могут обходиться без еды, питья, сна. Очень прочная шкура. Обычное рубяще-колющее оружие её не берет. Только молекулярное лезвие, ну, или лазерный меч. Так еще нужно им оборотня зацепить умудриться. У них реакция - на грани фантастики. Словом, от такого подспорья нам бы отказываться не хотелось. Но, как я уже говорил, тут все очень шатко и ненадежно. Отдельные их группы переходят на нашу сторону, но большинство настроены крайне враждебно. Спят и видят - уничтожить рагезтов на

корню.

– Веселые делишки творятся в мире этом.
– Аля подперла подбородок кулаком.... Зэер, слушай, а я сильно изменилась за те два месяца, что живу у вас?

– Правду-матушку?
– Растянул он пасть в улыбке.
– Умеешь же перескакивать с темы на тему. И, главное, неожиданно так, что и сориентироваться не всегда следом удается.

– Говори, говори, - поторопила она, - покуда на правду настроен.

– Конечно изменилась, девочка. Ты немного повзрослела, расцвела и о-очень похорошела. Но это и сама знаешь, зеркал у нас пока никто не отменял. Я понимаю, что тебя другое интересует. Сама как думаешь?

– Да, видишь ли, Зэер, я привыкла считать себя взрослой и самостоятельной лет с десяти. Поэтому и надеюсь получить ответ от тебя, как от лица непредвзятого.

– Да, Алира.
– Он послал ей долгий ободряющий взгляд.
– Да, дружок, ты стала старше. Это правда. Ты сейчас мыслишь и говоришь совсем по иному, чем в начале. Но по-другому и быть не могло. Пусть тебя это не смущает. Ум еще никогда не являлся для его обладателя неудобством или слабостью. Тем более, что в душе ты, все равно, тот же ребенок.: чуткий, впечатлительный, ранимый. Только маску надевать выучилась.

– Спасибо, Зэер.
– Аля глянула на него с облегчением и благодарностью.

– Ага, пожалуйста вам с хвостиком.
– Он проследил взглядом за сместившимся солнечным диском.
– Ну все, малыш, наша сиеста окончена.

Аля, как по команде, поднялась. Оттряхнула комбинезон.

– Слушаю и повинуюсь, господин учитель!
– Отрапортовала рьяно.
– Э-эй, Морфей! Бог сна, ёлки! Кончай храпеть, труба зовет!!!

* * *

Глубоко за полночь. Время неудержимо катится к рассвету. Аля сегодня долго не могла уснуть. Одолевало непонятное внутреннее беспокойство и состояние напряженности. Тело - будто насильно сжатая до предела пружина - дрожит, вибрирует где-то глубоко внутри себя. Хочет, требует чего-то, а чего? Распрямиться, освободиться. Выйти, в конце концов, из этой непонятной, гнетущей задавленности....

Долго и нудно Аля расхаживала по комнате, выходила на террасу, пыталась разминаться. Помогало не особо. Так, на пару минут отпустит, и опять трусить начинает. По правде говоря, недомогание у нее проявилось гораздо раньше, днем. Но Зэеру что-либо рассказывать, жаловаться, она не захотела. Списала на хроническую усталость и влила в себя две порции энергетика. До вечера помогло. Но к ночи симптомы возвратились усиленными и промучили её всерьез и допоздна. Но вот, кажись, отпустило. Дрема окружает теплым уютным покрывалом, покачивая, уносит в расслабленность и покой....

Смотри-ка, она и во сне далеко не ушла. Комната, ну, прям, как настоящая. Все до мелочей её, реальное. Только сама она опять не человек. Так-так-так.... А кто тогда на сей раз?.. Нарисуем себе зеркало.... Ого! Да это новенькое что-то.... Ну-ка, присмотримся повнимательнее!

Гибкое, изящное тело покрывает велюром очень короткая, блестящая черная шерсть. Длинная шея, большие, чуткие, заостренные уши. Огромные глаза с золотой каемкой по краю и бездонною тьмою внутри. На точеных мускулистых конечностях шерсть плавно переходит в синевато-стальную чешую.