Добрая традиция
Шрифт:
Впрочем, он расстроится еще больше, если, вернувшись, обнаружит, что над проектом его дома работа не начата.
А вот по этомуповоду она действительно могла кое-что предпринять.
Стефани оттолкнулась от стены и направилась к лифту. Конечно, это ее не убьет, если она разок-другой встретится с Макаллистером и сообщит ему о планах Тони. Это самое меньшее, что она могла сделать при данных обстоятельствах.
На следующий день она работала в магазине,
Сегодня Стефани пришла на работу пораньше и первым делом уточнила, где находятся окна офиса ГАМ. Судя по золотистым буковкам на стеклах, эта фирма занимала весь второй этаж противоположного здания. И вот теперь краем глаза она уловила какое-то движение в одном из окон. Несмотря на солнечные блики, она заметила высокий силуэт. Мужчина. Конечно, Стефани догадалась, кто это, хотя мужчина сразу же отошел от окна. Макаллистер!
Внутри у нее что-то екнуло. Стефани быстренько закончила разбирать гирлянды в витрине и спрыгнула на пол. Ее помощница уже распаковывала огромную коробку с украшениями ко Дню Святого Валентина.
Джойс Пим была ростом под шесть футов. У нее были коротко остриженные волосы, щедрая душа и неистощимый запас энергии. Джойс работала у Стефани уже целый год, и между ними завязалась дружба.
— Джойс, это здание напротив… — начала Стефани нарочито небрежным тоном.
— Которое? — Джойс оторвалась от коробки, держа в руках большое блестящее пластиковое сердце.
— Здание архитекторов…
— А! ГАМ. И что?
— Где их парковка? Позади здания?
— Нет, под землей. Моя подруга Марджори Саттон работает у них. Она ставит машину в подвале.
— Я не знала, что у тебя там работает подруга.
Джойс расплылась в улыбке.
— О, она почти ни о чем, кроме работы, не говорит! Она — секретарша тамошнего начальника. А он, по-видимому, просто дар Божий женщинам, этот Макаллистер. Вы бы ни за что не подумали, что ей пятьдесят пять и она счастлива в браке, если б услышали, как она расписывает его часами.
— Макаллистер, — произнесла Стефани бесцветным голосом, отвернувшись от Джойс и собирая снятые украшения и гирлянды. — Наверное, он тот самый архитектор, которого нанял Тони. Деймиан Макаллистер.
— Точно, это он. — Джойс вздохнула. — Он потерял жену пять зим назад, бедолага. Они были женаты всего несколько месяцев, и, что хуже всего, жена его была беременна. Если верить Марджори, Макаллистер так и не пережил этого удара. Эшли, кажется, ее звали. Эшли Кэбот. Ее семья очень богата. Но, — Джойс печально покачала головой, — счастье за деньги не купишь. Вот так!
Он позвонил на следующий день. Был почти полдень.
— Это Макаллистер, — раздалось в трубке, — когда мы можем встретиться?
«Никогда», — хотела сказать Стефани, но не сказала.
— У меня, наверное, более гибкое расписание, чем у вас. Назначайте время вы.
— А если прямо
— Сейчас?
— Ну, вы только что разрешили мне назначить время…
— Подождите секундочку. — Она положила трубку на стол и отправилась в подсобное помещение, где ее помощница как раз распаковывала только что доставленных бархатных лебедей. — Джойс, — обратилась она к помощнице, — ты присмотришь за магазином? Мне нужно уйти на некоторое время.
— Конечно.
Когда Стефани подняла трубку, то расслышала звук, будто он там нервно постукивал пальцами по столу.
— Мистер Макаллистер…
— Деймиан.
Она заскрипела зубами.
— «Сейчас» мне подходит. Где мы…
— Я подберу вас у дверей вашего магазина через пять минут. — Он повесил трубку.
Стефани попыталась справиться с приступом раздражения. Джойс вышла из складского помещения.
— Ну, и куда же вы в такой приятный солнечный денек?..
— Макаллистер и я собираемся обсудить планы в отношении дома, — беззаботно ответила Стефани. — Он подъедет за мной к магазину через несколько минут.
Стефани прошла в подсобное помещение за пальто. Когда она вернулась, лицо Джойс было розовым от возбуждения.
— Он там, снаружи! Господи, да он просто прекрасный принц!
— Теперь тебе ясно, почему твоя подруга им бредит. У вас обеих, наверное, слабость к задумчивым брюнетам! — Стефани подхватила свою сумку и направилась к стеклянной двери, сквозь которую можно было разглядеть темно-синий с серебряным «мерседес» — не самой последней модели, — припаркованный у бордюра. Макаллистер сидел, сложив руки на руле, и задумчиво глядел вдаль. — Пока, Джойс. Я не представляю, когда вернусь. Если меня не будет к половине шестого, просто закрывай и иди домой.
Она вышла из магазина, обогнула машину и открыла дверцу.
На нем были фланелевая рубашка, узкие голубые джинсы и красивый твидовый пиджак с серо-голубым отливом, под цвет его глаз.
Стефани устроилась на заднем сиденье. Запах его волос, тела окутал ее со всех сторон. Она откашлялась и спросила:
— Куда мы едем?
Он сохранял молчание, пока машина не тронулась, и только после этого ответил:
— Я везу вас посмотреть место строительства.
— А-а.
— Ваш жених сказал, что вы его еще не видели.
— Нет.
— Я было подумал…
Он остановился на полуслове, и Стефани посмотрела на него. Он был небрит, у нее промелькнула мысль, что пальцам было бы колко… Что-то внутри нее сладко затрепетало. Ощущение было волнующим и приятным. Она обхватила себя руками, чтобы прекратить это.
— Подумали что?
— Ничего.
— А все-таки — что?
Он бросил на нее косой взгляд.
— Если бы я строил дом для женщины, на которой собираюсь жениться, — его руки крепче сжались на руле, — я бы повез ее на это место сам — хотя бы в самый первый раз, — а не посылал бы вместо себя архитектора.