Давным давно была война ...

Колесов Василий

– Ох, Илюшка, чудной ты… сколько еще тебе пережить предстоит, поверь мне, много чего и похуже, - подал голос один из раненых.

– Переживу, дядь Жень, переживу. А вот это, -Илья показал на продукты, - Отнеси на кухню, там пригодятся.

– А как же тебе? – удивилась Оля.

– Оля, отнеси…

На следующий день «прилетел» сержант - десантник Коля Наумов, правда, с поддержкой товарища, на всякий.

– Коля, - обрадовался Илья.

– Братишка! Живой! – светился от счастья Коля.

– Живой, куда я денусь!

–

Как куда! Я как узнал, что на тебя представление на орден ушло, как посмертно, думал, что не сдюжил… А узнал, что в госпитале, вот, даже из санбата сбежал… Из нашего батальона только несколько человек уцелело. И ординарец капитана Жукова выжил, вот у него все и записано в планшетке было: кто, когда и какой подвиг совершил. И твой был записан. «Красную звезду» получишь!

– О, да ты оказывается геройский малый!
– удивился один из раненых. Остальные его поддержали, поздравляя с будущей наградой.

– Геройский! Не то слово! Он двух фрицев в рукопашке сделал, пока я с одним бодался!

– Да ладно, брехня!? Чтоб такой шкет… -Не поверил раненый.

– Не верите? А зря – я видел, я не собака – брехать не буду. А в орден за «Тигру» подбитую верите? Я бы тоже не поверил, если бы не видел. Малец и танк двумя бутылками уделал!

Илья покраснел, а когда перехватил взгляд Олечки, покраснел еще больше.

– Товарищи, что у нас за симпозиум? – в палату зашел врач. – Батеньки, раненым нужен покой, давайте, прощайтесь, прощайтесь!

Десантники оставили вещмешок с гостинцами для Ильи. Главный подарок лежал на самом верху – новая тельняшка.

Старую, окровавленную одежду отстирали и аккуратно заштопали. Вещи ждали Илью у каптера.

Прошло 2 недели. Илья постепенно поправлялся, уже убрали повязку со спины, уже стал «без фанатизма» делать зарядку по утрам, но голова еще бывало подкруживалась.

За это время он 5 раз побывал в кабинете № 11. Сперва рассказывал "кто он и что он" капитану – особисту. Потом его рассказы сравнивали с рассказами лейтенанта Милешникова и сержанта Наумова, которого перехватил при выходе из палаты раненых. Потом спрашивали про Сталинград и февраль 1943 года… А потом вообще, спросили про Геленджик!

Вот тогда и понял Илюха, как тяжело врать… Было заметно, что капитан Чихарев не верит рассказам мальчишки.

Глава 21

Не так страшен «СМЕРШ», как его малюют…

В шестой раз Илюха оказался в 11 кабинете у капитана Чихарева уже в начале августа. Исходя из игривого варианта опроса капитаном, Илья ждал подвоха. Реально ждал, что что-то должно произойти.

– А вот скажи, Илья, а зачем ты один в Поныри полез? Неужто не страшно было? – продолжал подначивать Чихарев.

– Я же говорил, своих полез догонять… А по поводу страшно – не страшно, надо было.

–

А вот здесь что-то ты своих за своих не признал? Только не говори, что обиделся! Не поверю, что такой опытный разведчик будет обижаться, тем более на своего непосредственного командира!

– Да, обидно стало, что они без меня на задание ушли, - честно ответил Илья.

– Говорил, что с 41-го воюешь, а обижаешься. Как-то не стыкуется. А может к немцам собирался? Ты же уже сбегал, от командиров…

– Когда я сбегал?

– А в Сталинграде! Вот и справочка есть! Разыскивается бежавший из-под стражи, бывший в плену, Фролов Илья Александрович, 14-ти лет, приметы… А по приметам очень похож!

– Да мало ли Фроловых? Вот Вы говорили, что какой-то Фролов, 14 лет, на флоте, в Геленджике есть, может это он! – натурально возмутился Илюха. А про себя подумал: «Черт, так себя в прошлой жизни завалю! Вот тебе и «получи фашист гранату!» Сам себя подставляю!»

– Ну-у-у… Это не волнуйся проверим! Как вот тебя проверить? Хотя… есть у меня один товарищ, который с тобой знаком… Хорошо знаком с конца 1942 года. И очень хорошо отзывается. Не догадываешься кто? – улыбнулся капитан.

«Неужто ребята нашлись? А вот Никита мог про мои похождения под Сталинградом рассказать… Или Серый? Или из морпехов кто? Вот хитрец капитан!!! Если сделаю предположение, то могу попасть пальцем в небо и придется выкручиваться» - начал лихорадочно обдумывать положение Илья.

– Даже не знаю, кто это может быть, - ответил мальчишка.

– А если хорошо подумать? – почти глумился капитан Чихарев.

– Я же сказал, не знаю…

– Ну, как знаешь… Сергеев! Сергеев, етить тебя налево! – крикнул капитан.

– Здесь я, товарищ капитан! – в комнату зашел ефрейтор.

– Зови, Сергеев нашего гостя!

– Есть, звать гостя! – ефрейтор вышел из комнаты.

Капитан с улыбкой посмотрел на парнишку:

– Может, расскажешь все как есть? А то с этим товарищем шуточки плохи… А?

– Да нечего мне рассказывать! –возмутился Илья.

– А как из-под ареста бежал?

– Я же говорил, что не был я под арестом …

– Врет и не краснеет! – раздалось от входной двери.

Илья посмотрел на улыбающегося Чихарева и не спеша повернулся к двери.

«А вот это полный абзац, с красной строки! Все, прощай фронт и десантная дивизия, здравствуй спецшкола или колония.» - мысленно произнес Илья, он точно помнил, из рассказов Никиты, что «малолеткам светило» максимум 10 лет и то, если они замазаны кровью. А он, вроде бы, никого при побеге не убил.

У двери стоял капитан, вернее, теперь майор Свиридов, тот самый особист, который допрашивал Илью в Калаче-на-Дону.

– Значит врет?
– нарушил молчание капитан Чихарев.

– Врет, в наглую, но большего не добьемся. Или промолчит, или сбежит! – подтвердил Свиридов.