Давным давно была война ...
Шрифт:
Где-то через час немецкий батальон при поддержке двух «Тигров», надеялся смять десантников. Танки безнаказанно, по сути дела, расстреливали позиции десантников со 100 метров.
– Вот гады, не берут их эти пушки, - десантник стукнул кулаком по колесу трофейной пушки, которая была спрятана от врага за грудой развалин. – И снаряды что бронебойные, что подкалиберные кончились.
Два бойца пытались добраться до них с гранатами и бутылками с зажигательной смесью, но не доползли, погибли.
Рядом с Ильей оказался сержант Коля и показал на
– Ну, что, разведка, видишь тут как? Это тебе не по лесам ползать… Нужно быть Ильей Муромцем, чтоб добросить.
– Бутылки есть? – поинтересовался Илюха.
– Есть, только толку…
– Кликни, пусть принесут.
– Первухин, тащи сюда пару «пузырей»! – крикнул сержант и добавил.
– Сейчас принесут!
Принесли три бутылки с «КС». После этого сержант и Первухин, открыв рты, смотрели за тем, что делал мальчишка. А мальчишка из вещмешка достал , как им показалось, обрезок водосточной трубы, прикрепил ее при помощи штыкового крепления к винтовке, вставил внутрь бутылку…
– Э-э-э, это, Илья, а если стрельнуть, то бутылку-то, разорвет!-понял происходящее Коля.
– Не разорвет, я буду холостым выстреливать…
Первая бутылка раскололась под правой гусеницей. После этого «Тигр» остановился, а немецкая пехота открыла ураганный огонь по всему подозрительному в 30-40 метрах перед танком.
Второй выстрел из «бутылкомета» был удачнейшим – бутылка разбилась о башню «Тигра» и горящая смесь попала в передние воздухопритоки танка – из люка стали выпрыгивать танкисты, один из них горел.
Третья бутылка ударила в броню второго танка перед смотровыми приборами. Второй «Тигр» замер, а потом начал пятиться, горящая смесь не давала возможность полноценно видеть картину боя.
Раздалась команда:
– В атаку!
– Капитан Козьяков повел! А ты, Муромец, не лезь! – попросил сержант Коля, а сам со своим отделением бросился в атаку.
Илья снял бутылкомет и стал выцеливать врага, но это было очень тяжело, ведь атака десантников переросла в яростную рукопашную. Но два раза попал вовремя, помог нашим.
Потом была еще одна атака фашистов, и еще … и еще…
Сержант Коля привел Илью в полуразрушенный дом. Привел к командиру батальона, капитану Жукову. Илья услышал уже завершение разговора:
– Товарищ капитан! Вы же ранены! Вам нужно покинуть поле боя, Вам нужно в госпиталь! – девушка санинструктор пыталась урезонить комбата.
– Анечка, прости, но уйду только тогда, когда со своими гвардейцами выполню поставленную задачу. – капитан через силу улыбнулся. Он-то прекрасно понимал, что шансов прорваться по простреливаемой территории, да еще и почти без боеприпасов, нет. Да и если бы и были, то он не смог бы оставить батальон без командования. Уже не на кого было оставить командование. Шанс выжить – держать позиции.
– Товарищ капитан! Привел! – доложил сержант.
– Сержант, кто этот герой? – увидел Илью. – Погоди… Это он сжег «Тигр» и шуганул второго? Этот малец? Не шути так со
– Товарищ капитан! Он! При помощи хитрого устройства поджог!
– Как тебя звать, Герой?
– Фролов Илья, дивизионная разведка.
– Достоин награды! Петренко, - кликнул капитан ординарца.
– Здесь я, товарищ капитан!
– Запиши, чтоб не забылось: гвардеец Фролов Илья, 1 рота, 1 батальона, 9 полка - за уничтоженный «Тигр» - к «Красной звезде»! – и через небольшую паузы спросил без издевки или жалости, с грустью.
– Сколько тебе годков, гвардеец?
– Наверное, пятнадцать.
– Наверное? Давно воюешь?
– С 41-го…
– Тогда все понятно… как думаешь, отступать будем, как в 41-ом?
– Не будем отступать.
– Правильно! Ну-ка, гвардеец, бери уголь, пиши на стене: «Гвардейцы умирают, но не отступают!»
Илья крупно вывел буквы на стене…
К командиру 10-я танко-гренадерской дивизии генералу Шмидта на доклад прибыл обер-лейтенант Ридер.
– Господин генерал! Поныри наши! Остатки сопротивляющихся были уничтожены в северной части поселка 101-го танко-гренадерским полком и 244-го батальоном штурмовых орудий! Проводится зачистка поселка!
– Благодарю, обер-лейтенант! А теперь скажите, какой ценой?
– Потери очень велики, во многих ротах осталось по 20-30 человек…
Своей храбростью и ценой собственной жизни бойцы 307 дивизии и гвардейцы батальона капитана Жукова дали возможность ослабить натиск фашистов на Ольховатку и Тепловские высоты, обеспечили. вступление в бой главных сил Армии...
Через несколько дней в своем дневнике начальник Генерального штаба вермахта генерал Цейтлер после провала операции «Цитадель» запишет: «Здесь, под Понырями, навсегда был зарыт ключ к нашей победе в этой войне»
Из окружения смог выйти ординарец комбата Жукова, который и рассказал о судьбе товарищей.
Погибли капитан Жуков, политрук Козьяков, санинструктор Анечка, спасая раненых… 15 июля, когда немца отступили, а в Поныри пришли наши, нашли на стене дома надпись, сделанную Ильей: «Гвардейцы умирают, но не отступают!». Один из бойцов – десантников взял кусок угля и исправил: «Гвардейцы Жукова умирают, но не отступают!»
Удалось найти тела 259 воинов, их захоронили в братской могиле вместе с их командиром.
В списке погибших был и гвардеец Фролов, награжденный орденом «Красной звезды» посмертно…
Глава 20
Сержант Коля
Сержант Коля затащил мальчишку в выгоревший немецкий бронетранспортер. С каждым часом, с каждой минутой, что они были вместе, юный разведчик его удивлял все больше и больше. Сначала разведчик его просто поразил тем, что оказался мальчишкой, потом удивил бесстрашием в атаке, рассудительностью ответов десантникам на подколки и подначки, точностью выстрелов, смекалкой с бутылкометом…