Аномалия
Шрифт:
На мгновение мне стало страшно. Сагалов, конечно, не самый приятный человек, но плохого он мне ничего не сделал. Я и видела его всего-то пару раз. А вот Андриана… не самые приятные воспоминания навевает мне ее миловидное личико. Мало ли что она придумает. А там осталась моя мама.
Я уселась в кресло рядом с Феликсом. Он закрыл глаза, демонстрируя, что разговор окончен. Ну и ладно! Мои мысли все равно сузились до одного, самого дорогого человека. Но я ничего не могла поделать. Могла только, как говорил Илья, смиренно принять происходящее. «Илья! – спохватилась я, — Надо связаться с ним!».
Казалось, я задремала всего на минутку, и тут же проснулась от долгого, оглушающего гудка и крика Юрия.
— Тихий час окончен! Рота, подъем!
Я открыла глаза и поняла, что наступают сумерки. Потные, опухшие коллеги, протирая глаза, еле ворочали головами.
— Почему стоим? – промямлил Феликс.
— Все, дальше ходу нет, — развел руками Юрий.
— Как нет? А что делать? – шеф мгновенно проснулся.
— Да тут уже недалеко. Можно подъехать немного ближе, но все равно дальше придется ножками. До деревни недалеко: пешочком с полкилометра. Поселение у реки. Растительность здесь гуще. Может даже придется поработать мачете.
Феликс и мужская часть группы заметно погрустнели. Видимо, не прельщала их альтернатива возврата к старому доброму ручному труду. И только Юрий сиял и залихвацки помахивал руками, разминая спину. Как будто и не сидел за рулем весь день!
— Не волнуйтесь, работать будем только утром. Сейчас надо сходить до темноты в поселение, познакомиться.
— А разве они не в курсе, что мы приедем? – удивился Феликс.
— А вы думали, им гонца посылали? – хмыкнул Юрий. – Е-мэйла у них нет, почта не работает.
— Ничего! – вскочил с места Амади. – Там у меня сестра живет с семьей! Они будут рады!
— Ага, очень рады, — съязвил Юрий.
— Когда идем? – спросил Феликс.
— А чего ждать? Сейчас и пойдем. Только переоденьтесь. Ночью прохладно и москиты жрут. Пойдем вшестером: я, Амади, вы, господин начальник, и…
— А как же охрана? – спросил Феликс.
— Если что, вам охрана все равно не поможет, поверьте, – ответил Юрий, натягивая рубашку с длинными рукавами.
— У нас приказ, — вскочил с места охранник. Видимо, командир группы.
— Если пойдем все вместе, сильно рискуем. Примут за врагов, ойкнуть не успеете.
— Ладно, кто идет? – спросил Феликс и дал знак охране сидеть.
Юрий окинул взглядом остальных мужчин. Они, опустили глаза и скукожились, как на школьном уроке при проверке домашнего задания.
— Ну, например, вы, — указал Юрий на Карпова.
— Не пойду я, — огрызнулся тот. — Где написано, что я должен это делать? В моей должностной инструкции нет ни строчки об общении с неграми.
— Во-первых, забудьте о своих инструкциях, — отрезал Юрий, — во-вторых, советую не называть их неграми. Если, конечно, не хотите получить мачете по шее. И всем советую попридержать языки, пока они у вас есть. Не знаю, чему вас учили в ваших инструкциях, но скажу лишь одно: здесь люди спокойные и гостеприимные… до поры до времени.
— Все равно,
— Кто?
— Давайте я! – поднял руку Александр, младший Порываев.
— Нет, ты не пойдешь, — тут же категорично заявил его папаша. – Пусть этим занимаются люди уполномоченные.
— Кто? Уполномоченные? А у них что, на лбу это написано?
— Не спорь. Я запрещаю тебе идти.
Александр хотел что-то возразить отцу, но, покраснев, махнул рукой и замолчал. Бедный, бедный сыночек! Сколько ж тебе лет? И до каких пор ты будешь слушаться папашу? Вот таких стариков и надо изолировать от молодого поколения, как скашивают старую траву, чтобы дать свободу молодой поросли.
— Ладно, сами разбирайтесь, — сказал Юрий.
— Можно я пойду? А что, чем я хуже этих мужчинок? – мой вопрос, конечно, был риторическим и выглядел, как упрек сильной половине нашей группы.
— Нет, женщин брать не будем! – тут же замотал головой Феликс.
— Ну, ежели мужики идти не хотят… Может, оно и лучше, что среди с нами будет женщина. Возьмем еще одного человека из охраны и одного со второй машины, – сказал Юрий и нажал на кнопку связи. – Белый, спускайся вниз.
— Понял, — ответил голос из динамика.
Переодевшись в закрытую одежду, мы спустились вниз. И только Амади щеголял в шортах и рубашке с коротким рукавом.
Возле трапа нас ждал высокий мужчина. В сгущающихся сумерках я не сразу узнала его. Белобрысый. Увязался за нами наладчиком аппаратуры. Интересно, почему ему выпала такая честь – идти с нами? Он сделал вид, что вообще не заметил меня, и лишь сдержанно кивнул Феликсу.
Юрий уже где-то раздобыл три мачете. Один протянул Белобрысому, другой – Амади. Мы молча направились к темнеющей полосе джунглей.
— Смотрите под ноги, ступайте следом за мной или за Амади, – сказал Юрий и наотмашь рубанул по лиане, преграждающей путь.
Наступала ночь. Где-то рядом кричали птицы, стрекотали насекомые. Среди деревьев и переплетенных лиан то там, то здесь слышался шорох. И от этого становилось не по себе. Я старалась не смотреть по сторонам и держаться строго за Юрием. Из всей команды он один внушал мне доверие. Умело размахивая мачете и утирая рукавом пот со лба, он уверенно шел вперед.
Я морально приготовилась к долгому походу, но уже через минут двадцать Юрий остановился, поднял верх указательный палец и прислушался. Мы тоже замерли, глядя на его палец.
— Амади, а ну попробуй, — прошептал Юрий. Паренек тут же сложил ладони и издал какой-то жуткий нечеловеческий звук. У меня по коже побежали мурашки.
Амади прислушался и повторил попытку. На этот раз из глубины джунглей донесся точно такой же звук. Амади блеснул белозубой улыбкой и пошел вперед.
Еще минут пять мы шли за пареньком, прислушиваясь к странной перекличке. Впереди, среди деревьев загорелся факел. Юрий сверкнул в темноту фонариком и из зарослей вышел черный мужчина. Амади сдержанно поклонился и залепетал что-то на незнакомом языке, больше похожим на бульканье и карканье. Мужчина слушал внимательно и недоверчиво зыркал на нас. Наконец он что-то ответил, развернулся и, освещая путь факелом, двинулся вперед. Амади поспешил за ним и махнул нам рукой.