Аlexandr
Шрифт:
– Черт, - в сердцах выразился я, а ведь даже не подумал об этом, хотя буквально пару часов назад, думал только о супруге.
– Я потанцую с Пашей, - сказала Катя, и увела Строганова.
Улегшееся чувство ревности опять взметнуло свои щупальца к моему сердцу. Что же она делает со мной. Да... я чуть не взбесился. Я ей не какой-нибудь безземельный дворянчик, я наследник престола. А она не во что меня не ставит. Ведь знает, что я буду беситься, все равно делает. Ладно, нужно успокоиться, веду себя как подросток, хотя я и есть подросток. Всего-то 18 лет. Надо меньше уделять
– Иван Иванович, поднимайте своих казаков, Император зовет.
Вошедший молодой человек был прекрасно известен бригадиру Исаеву, и только это спасло его от гнева казачьего военачальника. Молодой помощник наследника, Лаврентий Берия, довольно быстро сделал карьеру, уже догнав Исаева. Молодой цесаревич явно благоволил этому выскочке.
– Какой император?
– удивленно спросил Исаев, когда до него дошел смысл сказанного.
– Александр Павлович, конечно, какой еще.
– Значит...
– Да, императрица при смерти, доктора говорят, что это конец, не позже трех почит в бозе. Вас зовет император, нужно обеспечить передачу власти.
– Да, конечно. Я оповещу Петра Алексеевича Иловайского, думаю, его атаманцы не будут лишними.
– Делайте, что считаете нужным, самое главное предупредить возможные действия великого князя Павла Петровича. Не хватало нам гражданской войны допустить.
– Не стоит беспокоиться, Лаврентий Павлович, не допустим.
Когда казаки Исаева и Иловайского втягивались на Сенатскую площадь, она уже бурлила от народа. Здесь уже были Преображенские и Измайловские полки.
– Это не к нам скачет?
– спросил Иловайский у Исаева.
– А к кому еще.
Молодой кавалергард со смутно знакомым лицом, точно, вспомнил Исаев, он был адъютантом у Шевича Ивана Егоровича, приблизился на три метра.
– Господа, Император зовет вас к себе.
– Ох, что-то затевается, точно тебе говорю, - проворчал Иловайский. Казачьи начальники, отдав распоряжения своим заместителям, отправились за адъютантом.
Войска располагались по периметру площади, сам же император со свитой находился в зале здания Сената. Здесь уже собрались Граф Николай Николаевич Татищев, командир Преображенского полка, Князь Николай Васильевич Репнин, Граф Кирилл Григорьевич Разумовский, командир Измайловского полка, Петр Федорович Берхман, командир лейб-гренадерского полка и командующий войсками в Санкт-Петербурге. Здесь же был и Аракчеев, наверняка его артиллеристы тоже присутствуют на площади. Князь Зубов с братьями тоже решил поддержать Александра. Князья Безбородко, Салтыков, граф Остерман. Все сильнейшие люди собрались в большом зале Сената. Рядом с Императором стоят Павел Александрович Строганов и Берия. Коныгин Алексей Матвеевич тоже был здесь, видимо наследник вызвал его заранее, а то как бы он оказался в столице. Тут в зал вошел камердинер императрицы Иван Тюльпин.
– Нашел, вот указ императрицы об назначении великого князя Александра Павловича наследником престола.
Это заявление было встречено бурной овацией, господа генералы смеялись и хлопали друг друга
– Господа, - подал голос Александр.
– Я рад видеть такое количество преданных мне людей. Но дело еще не сделано. Нужно немедленно занять важные точки в нашем городе и не допустить, не дай боже такому случиться, беспорядков в городе. Так же необходимо блокировать войска Великого князя Павла Петровича в Гатчине. Лаврентий Павлович раздаст вам бумаги, где будут указаны задачи ваших подразделений. Надеюсь, вы меня не подведете. С богом господа.
Исаев, получив бумагу, тут же углубился в чтение. Что ж, ему досталась почетное место в конвое Его Императорского Величества, который самостоятельно собирался добраться до Гатчины.
Когда кавалькада высоких лиц выехала на центр площади, войска уже были выстроены. Тяжелые темные тучи, холодный ветер. Начищенные сапоги, бляхи и оружие. Парадная форма, штандарты и стяги. И молчание, это придавало обстановке несколько мрачные оттенки.
Тут белый мерин, на котором сидел император отделился от толпы.
– Приветствую вас воины!
– во все горло крикнул Александр и площадь взорвалась криком 'Да здравствует ваше императорское величество'.
Неожиданно, Александр дал коню шекеля, и помчался вдоль строя, с поднятой в рукой, как Римский император, приветствующий свои войска. Солдаты поддержали императора громовыми раскатами.
– Воины, богатыри, - остановившийся император явно собирался произнести торжественную речь.
Весь мой яркий и эмоциональный спич сводился к обещаниям сделать жизнь лучше, разбить врагов, хранить народ и родную землю. Но в эту речь я вложил столько эмоций, что почувствовал себя выжатым как лимон. Но главного я добился, завел толпу. Покажи сейчас кого, кто мешает мне сделать их жизнь лучше, и они пойдут и порвут того голыми руками.
Командиры полков уже отдают приказы своим солдатам, войска разворачиваются и готовятся занять свои позиции.
– Николай Николаевич, - обратился я к своему гофмаршалу.
– Возьмите Тюльпина и князя Зубова, и оформите все необходимые бумаги. Еще нужно подготовить мою коронацию. Я надеюсь на вас.
– Я не подведу, ваше величество, - Головин поклонился, насколько это позволяло положение всадника.
– Платон Александрович, - обратился я к Зубову, - не сочтите за немилость.
– Что вам будет угодно, ваше величество, - князь прекрасно понимал, что теперь он полностью зависит от моей милости, по крайней мере, пока меня поддерживает такое количество войск.
– Помогите графу Головину в делах бумажных. Вы были последнее время близки к Императрице, и вы будите незаменимы.
– Спасибо за лесную оценку, ваше высочество.
Через несколько мгновений нас покинули Зубовы, Головин и Тюльпин.
– Александр Андреевич, Федор Андреевич, - Безбородко и Остерман, старые соперники, приблизились ко мне.
– Я бы хотел, чтобы вы занялись делами Сената и Государственного совета. Нужно обеспечить передачу власти, мне нужны справки на всех, кого сочтете нужным повысить, или отправить в отставку.