Алеф (CИ)
Шрифт:
Выворачиваю куртку наизнанку, чтобы скрыть следы крови. Захожу в общественный туалет и умываюсь. Вода становится розовой, когда я тру лицо и шею.
Более-менее приведя себя в порядок, спускаюсь в подземку и добираюсь до района, где снимает квартиру Герман.
Поднявшись к нему, бросаю одежду в стиральную машину, принимаю ванну и ложусь в постель. Время позднее, и моему настоящему телу нужен отдых. Но вначале придётся кое-что сделать.
Вызываю меню и, миновав снегопад, покидаю Киберград. Снимаю шлем, комбинезон и набираю на терминале номер Стробова. Почти полминуты слушаю гудки, пока, наконец, раздаётся напряжённый
– Да?!
– Марк убит.
– Знаю. Как вы?
– В порядке. Встречался с Големом.
– Что?!
– Стробов повышает голос, и это вызывает у меня улыбку.
– Как?!
– Сейчас расскажу, - обещаю я и в течение четверти часа излагаю события этого вечера.
– Как вы думаете, почему ренегат захотел с вами встретиться?
– спрашивает полковник после того, как я умолкаю.
– Похоже, он намеревался уговорить меня отказаться от создания «Алефа». Намекал, что это противоречит конвенции о равных правах искусственных разумов и людей.
Стробов презрительно фыркает.
– Ублюдок!
– произносит он сквозь зубы.
– Кстати, Голем утверждает, что я единственный хакер, занимающийся разработкой «Алефа», - лукавлю я.
– Как это понимать?
– Откуда ему знать?
– отвечает Стробов с небольшой заминкой.
– Просто вы единственный, кого он смог вычислить.
– Как и вы, да? Вы ведь больше никого не нашли?
– Я не могу открывать информацию подобного рода, - уклончиво отвечает полковник, но мне всё уже ясно.
Гермес наследил в охранной системе последней корпорации, где побывал, и Контора вышла на меня. Другие хакеры в то время или отдыхали после операций, или действовали аккуратней, или не замахивались на такие дела, как я, и потому меньше рисковали. Словом, безопасникам не удалось засечь никого из них. Голем же, очевидно, действительно хорошо умеет взламывать файлохранилища, если заранее узнал о готовящемся проекте «Алеф» и вышел на меня практически одновременно с Конторой. Он верно рассудил, что безопасники будут вынуждены нанять единственного наследившего хакера, и принялся разрабатывать Гермеса. Пока не добрался до Кармина.
– Заканчивайте работу над «Алефом», - сухо говорит Стробов.
– Сроки подходят к концу. Голем проявляет активность и подбирается сразу к нескольким военным и промышленным объектам стратегического значения. Кроме того, сеть его сообщников растёт. Нужно торопиться.
– Делаю, что могу, - отвечаю я.
– Спасибо, что позвонили, - говорит полковник.
– Всегда пожалуйста.
Отключившись, иду в ванную. Сегодня нужно хорошенько отдохнуть: вечер выдался волнительный.
После душа готовлю ужин - поджаренную грудинку с луком, кабачки, чёрный кофе. Позволяю себе пару рюмок коньяка и ложусь спать в надежде, что ночь пройдёт без сновидений: не хватало ещё увидеть какой-нибудь кошмар.
Глава 13
Я сижу в кабинете и рассматриваю запечатанного в банку «тритона». Круглая, чуть приплюснутая с одной стороны голова напоминает
Моим ногам становится зябко. Я не смотрю вниз, но чувствую, как холод ползёт по ступням, доходит до щиколоток и поднимается к коленям. Икры начинает покалывать. Пальцы теряют чувствительность - ими уже невозможно пошевелить.
Я опускаю глаза и вижу, как жёлтая мутная жидкость затапливает комнату. В ней плавают дохлые мухи. Десятки, а может, и сотни насекомых.
Вскакиваю, чтобы выбежать из комнаты, но ноги отказываются слушаться. Я теряю равновесие и падаю в густую маслянистую жидкость. Тело обдаёт холодом. Барахтаюсь, пытаясь подняться. Бесполезно: пальцы соскальзывают со стола, за который я стараюсь ухватиться, чтобы обрести опору.
Всё-таки спустя несколько секунд мне удаётся встать, и я бросаюсь к двери. Ноги разъезжаются. Ползу на четвереньках, чувствуя, как отнимаются руки до локтей. Наваливаюсь на дверную ручку: заперто! Я в ловушке.
Не могу понять, как кому-то удалось осуществить такую мощную хакерскую атаку на тщательно охраняемое здание. Почему молчат защитные системы? Неужели они не видят, что я умираю?!
Едва передвигая конечности, подбираюсь к столу, но уже ясно, что до интеркома мне не дотянуться. Кричать бесполезно: стены звуконепроницаемы. Жёлтая муть колышется вокруг меня, она дошла до живота, и холод вот-вот захватит меня целиком. Я не могу ничего предпринять для собственного спасения. Руки, которых я не чувствую, подгибаются, и моя голова окунается в жёлтую жидкость. Кожа и лицевые мышцы мгновенно леденеют, трескаются и начинают отваливаться от черепа.
В этот момент я просыпаюсь. В своей квартире с трещиной, идущей по потолку. Кошмар закончился, но мне кажется, будто я по-прежнему охвачен холодом.
Слышу, как в оконное стекло с жужжанием бьётся муха. Господи, неужели эти твари даже ночью не спят?!
Крысы, которых купила Мила, живут у меня в спальне. Я назвал их Гектор и Минерва. Не знаю, почему, но эти имена показались мне подходящими.
Иногда я выпускаю их погулять, но ненадолго, потому что они сразу же принимаются грызть мебель и вообще всё, что попадается на пути. Забавно наблюдать, как они копошатся по углам, нюхают воздух и совокупляются. Быстрые механические движения - но сколько естественности.
Крысы при мне почти никогда не волнуются. Только когда я выхожу из комнаты, они начинают носиться по клетке, стуча короткими крепкими когтями, бросаться на решётку и грызть прутья. Лишь однажды они взбесились в моём присутствии: во время вчерашней грозы.
Крупные капли барабанили по подоконнику, голубоватые всполохи освещали комнату, вычерчивая на потолке пустые квадраты оконной рамы, силуэты деревьев напоминали причудливые и зловещие пересечения иероглифов.
Крысы, казалось, сошли с ума: носились по клетке, не умолкая ни на секунду: то вереща, то срываясь на жалобный писк. Ими словно завладело отчаяние корабельных сородичей, спешащих покинуть идущее ко дну судно. Будь я посуеверней, мог бы забеспокоиться.