Зверь
Шрифт:
— Вот почему отец отставил девочек в покое? Из-за Кэнди? — задала я вопрос.
— Да, он выразился предельно ясно, — сказал мужчина. — Он ныл об этом
несколько раз. Видимо, он попробовал провернуть это однажды, около года назад, и его
бывшая — Кэнди? — оказалась настоящей тигрицей, сказав ему, что может послать его на
хрен в любой момент, если он позволит кому-нибудь обидеть девочек, а так же оторвет
ему яйца и попросит своего отца оплатить услуги
сожрать. Кажется, он ей поверил. Видимо, у ее семьи есть деньги.
— Гребаный...
Я даже не могла подобрать слово похуже.
Я встала, опрокинув стул, на котором сидела, и попятилась назад, прижавшись
спиной к кухонным шкафчикам. Я задыхалась от гнева, сотрясаясь от ужаса.
Зверь поднялся и сделал несколько медленных шагов в мою сторону, но я резко
покачала головой. Я боялась, что, в конце концов, причиню ему боль, если он прикоснется
ко мне, и неважно, насколько добрым и утешающим, попытается быть мужчина.
Я обернулась, почти споткнувшись об мною же опрокинутый стул, и направилась к
задней двери.
66
— БЛ*ТЬ, — пронзительно закричала я, выйдя на поляну.
Зверь последовал за мной и остановился на крыльце, когда я прошла через двор и
схватила палку, начав наносить удары по громоздкой старой ржавой машине до тех пор,
пока палка не сломалась.
Я снова без слов закричала от ярости и боли.
Когда моя третья палка сломалась, я начала бить по машине кулаками, рыдая, не
заботясь о том, что ржавчина обдирала костяшки пальцев, оставляя кожу на моих руках
мокрой и кровоточащей.
Я чувствовала себя такой глупой, вываливая свое дерьмо перед Зверем. Я
чувствовала себя такой глупой, нанося удары по машине, пока не заболели руки. Я
чувствовала себя такой глупой, растратив годы своей жизни.
Я чувствовала себя такой идиоткой.
Это было не благодаря мне.
Я не была той, кто обеспечивал безопасность Карле и Кристал.
Это всегда была Кэнди.
Я думала, что была такой умной, такой хорошей старшей сестрой, которая защищала
их. Защищала их своим телом, своим достоинством и своей свободой.
Они никогда не нуждались в этом.
Я могла бы позвонить в органы опеки и уйти оттуда в любое время, когда бы
захотела. Я могла бы рассказать своим школьным друзьям, и они помогли бы мне. Я
могла бы просто собрать вещи и уйти в тот день, когда мне исполнилось восемнадцать.
Ничто не мешало мне все бросить.
Я думала,
гребаной паутиной.
Почему у меня заняло так много времени, чтобы понять, что мой отец
контролировал меня, а не торговался со мной? Что он никогда не отпустит меня и скормит
мне любую ложь, чтобы заставить остаться.
Я опустилась на колени и зарыдала.
Зверь подошел и опустился на землю около меня. Он положил руку мне на плечо и
уселся рядом, в ожидании того, как простое прикосновение согреет и успокоит меня.
Я не заслуживала его.
Я была такой идиоткой.
67
Глава 12
— Так ты знал? — спросила я мужчину, когда сделала судорожный вдох.
Я все еще не могла посмотреть на него, не говоря уже о том, чтобы взглянуть ему в
глаза. Мне не хватало мужества сделать это.
— О чем? — спросил он своим низким, грохочущим нежным голосом.
— О... о вещах, которые я делала. Ты же знаешь, я не девственница или кто-то в
этом роде. Уже очень давно. Я делала... — я с горечью рассмеялась. — Все.
— Да, — сказал он. — Я знаю кое-что об этом.
— Ты знал все это время? — спросила я.
— Да, — ответил он. — Я думал, ты в курсе.
— Нет, — сказал я. — Я пыталась держать свое распутное прошлое подальше от
тебя. В смысле, я знаю, он продал меня тебе, но подумала, что, возможно, ты решишь, что
это случилось впервые.
Зверь крепко сжал пальцами мое плечо.
— Давай будем откровенны, — произнес он. — Ты не шалава и не шлюха или кто-то
вроде этого. У тебя не было выбора. Даже если ты это делала, меня не волнует, сколько
секса у тебя было. Меня волнует только то, что тебе причиняли боль.
Я неосознанно покачала головой, взглянув на него.
— Так вот почему ты так расстроилась? — спросил мужчина.
— Нет, — ответила я.
Я сделала судорожный вдох.
— Я думала, что защищаю их в одиночку, — сказал я. — Он сказал мне, что
отправит моих сестер на мое место, если я не буду повиноваться ему и не позволю
продавать себя другим парням. Он продал меня, когда я была довольно маленькой,
поэтому я ему поверила.
Зверь ничего не сказал.
— Все это время я должна была... мне приходилось. Я могла бы уйти от него в