Зодчий. Книга IX
Шрифт:
— Спасибо, — сказал я ему.
— Ты должен мне пообещать, Миша, что, если сумеешь найти найденное Ставром — первой, кому ты дашь это зелье, станет Саша. Потому что я здесь по её просьбе.
Хм…
Глава 11
Из окна автомобиля была видна горка в форме трёхголового дракона. Дети и взрослые катались по желобам, идущим вдоль хребтов снежных сказочных персонажей. Рядом дымило несколько полевых кухонь, а мимо лотков с различной ерундой праздно прогуливались люди с горячими напитками в руках.
Организовать подобное несложно, но нужно. Мир потряхивало, и сообщения о волнениях на востоке страны народ откровенно тревожило. Предаваться всеобщей панике я не собирался и старательно глушил подобное в своих землях. Позавчера пришлось взашей выгнать компанию молодых активистов, прибывших ко мне аж из Москвы, дабы рассказать мне о необходимости поднять голову и свергнуть кровавый режим.
Турбин вывез бунтовщиков за пределы моих земель и сдал в жандармерию. Пусть там разбираются с провокаторами. Я со своей стороны выкачал всю необходимую информацию с телефонов юных мятежников, особенно уделив внимание социальным сетям и перепискам в них.
Ребята действовали по своим убеждениям, но за неплохую плату. Отправиться ко мне, за сто рублей каждому, их надоумил некто Богатырь. Страничка закрытая, на картинке профиля суровый Илья Муромец и больше никакой информации. Всё бы ничего, да только этот Богатырь мне уже попадался. В файлах, добытых Конычевым у разгромленной ячейки Культа в Астрахани. Так что эти данные пошли в общую папку.
— Это будет непросто, — наконец-то проговорил Конычев. Психомант сидел в планшете, погрузившись в данные, подготовленные сеткой моих ИскИнов. — Очень много подозреваемых.
Я кивнул, не отрывая взгляда от играющих детей. Один из мальчуганов залепил снежком в шапку гвардейцу, заорал радостно. После чего снег со всех сторон набросился на пацана, превратив в ходячий снеговик. На лице одарённого бойца появилась шальная улыбка, а пострадавший, выбравшись из снежного плена, с хохотом склонился, чтобы слепить следующий заряд.
Мимо на ходулях прошёл ряженый скоморох, размашисто играющий на гармошке. Я целую команду таких персонажей нанял в Кобрине и Малорите. Томашовская ярмарка графа Баженова началась в середине декабря и должна была продлиться до середины января. Выступления, угощения, сувениры и веселье.
Сегодня Черномор доложил, что приезжали даже из Минска.
— Значит, вы подозреваете, что культ связан с революционным подпольем? — оторвался от планшета Конычев.
— Для этого есть все предпосылки, Степан Родионович. У вас теперь должно быть достаточно зацепок для работы. Отсортированы по приоритетам.
— Вижу. Сорок три персоналии из десяти городов и несколько исключительно сетевых профилей. М-да. Мне понадобится помощь, — психомант полистал страницы, откуда на него смотрели фотографии подозрительных контактов, которые могли быть связаны с Культом или же людьми Ольгина. У каждого целое досье, собранное из доступных
— Возьмите группу Волгина, — предложил я. — Мне кажется, ребятам такие задачи больше по душе, чем патрули. Народец подобрался лихой, толковый.
— Сделаем, — кивнул Конычев и добавил:
— Достойная подборка, ваше сиятельство. Моё уважение тому, кто её подготовил. Особенно за предполагаемые слабые места.
Надеюсь, Черномор это зафиксировал.
— Не желаете пройтись? — спросил я у спутника. — Погода шикарная, а там продаются потрясающие сардельки из оленины.
Конычев приподнял одну бровь, бросил взгляд на улицу и помотал головой:
— Спасибо, ваше сиятельство. С вашего позволения откажусь. У меня появилось очень много интересной работы.
— Как знаете.
Я выбрался из машины, и с переднего пассажирского сидения за мной последовал Капелюш. Мы не успели отойти от моего нового «Метеора», на этот раз голубого цвета, и десяти метров, как Конычев тоже вылез из салона и поспешил к своему автомобилю, припаркованному неподалёку.
Я же полностью погрузился в атмосферу ярмарки. Смех детей, озорная музыка, весёлые голоса зазывал окружили меня. На лице сама по себе появилась улыбка. Я двинулся к торговым рядам. Гвардейцы при виде меня вытягивались по стойке смирно. Праздные зеваки обходили стороной, перешёптываясь друг с другом.
— Это же Баженов!
— Собиратель земель, смотри!
— Смотри, сынок, наш папка в его госпитале лечился!
И только дети не отмечали моего статуса. Мимо с радостным визгом промчался парень лет десяти, весь в снегу. Его товарищ попытался тоже проскочить, но оказался поднятым в воздух Капелюшем.
— Бу! — весело сообщил жертве водник, подбросил довольно крепкого мальчонку ввысь и ловко поймал. И вроде бы работу свою исполнил, и человеком остался. Хороший охранник.
Отпустив гогочущего пацана так, чтобы тот мне не помешал, Капелюш отступил чуть назад.
Я подошёл к ближайшей точке, и попросил горячий сбитень. Улыбчивая русая красавица моментально наполнила глиняную аутентичную кружку и протянула мне, после чего воскликнула, глядя на положенный мной рубль:
— Ваше сиятельство! Это от чистой души! Заберите, пожалуйста.
Я улыбнулся, глотнул тёплого напитка и отвернулся от прилавка, оставив оплату на столе. После чего зашагал к снежной горке. Мимо прошёл ряженый боярин с длинной бородой.
— Гоже?! — спросил он у меня, не дождался ответа и сообщил, — знаю, гоже! Чай не басурманское!
Неподалёку на железных мечах бились два воина в древних кольчугах и высоких шлемах с бармицей, и каждое их действие громко комментировал парень в бараньей шапке. Зрители фотографировали ряженых, а те вошли в раж, превратив притворную драку в красивый танец. Сталь высекала искры, и, казалось, будто бы бойцы сражаются насмерть. Ну, за те деньги, которые они запросили, так и должно было казаться!
Когда я забрался на горку, Капелюш попытался меня остановить.
— Ваше сиятельство, — тихо сказал он. — Не надо, пожалуйста.