Змей-искуситель
Шрифт:
– Может быть, да, а может быть, и нет. – Якобек посмотрел на Дэвиса: – Пока что, мистер Тэкери, вы должны многое мне объяснить.
– При всем моем уважении, сэр, я ничего не дол-жен объяснять. То, что сделали мы с Эдди, это наше су-губо личное дело. Она хочет, чтобы вы уехали.
– Этого не будет.
– Нет, будет!
Я решила, что пора вмешаться, и встала между ними.
– Дэвис, этот человек приехал поговорить. Он пред-ставляет семью Эдди, и ты должен относиться к нему с уважением. Эдди, я знаю, что ты очень сердита на свою мать и не в состоянии сейчас мыслить
Эдди покачала головой. В ее глазах заблестели слезы, когда она снова посмотрела на Якобека. Я ни секунды не сомневалась в том, что она с нежностью относится к этому крупному, устрашающему на вид мужчине, кото-рого родители послали за ней. Был ли он убийцей? Ве-роятно. Но еще этот Якобек умел укрощать пчел. А для этого необходима доброта.
– Ники, мне жаль, но ты не скажешь мне ничего такого, чего бы я не знала, – Эдди вытерла глаза. – Я ни-куда с тобой не поеду и даже не буду продолжать этот разговор. Я вижу, что тебе непонятны мои мотивы, и ты уверен, что я совершила глупость, только потому, что это на меня не похоже. А в таком случае нам действи-тельно не о чем говорить. – Она развернулась и вышла из амбара.
Ник Якобек направился за ней следом, но Дэвис, сжав кулаки, преградил ему дорогу.
– Эдди просила вас оставить ее в покое. А теперь я вас об этом прошу.
– Мистер Тэкери…
– Прекратите разговаривать со мной свысока! Я не отступлю!
Якобек поднял левую руку и направил указательный палец в побелевшее лицо Дэвиса. Это был почти эле-гантный угрожающий жест, но Дэвис мгновенно взо-рвался. Я попыталась перехватить его, когда он ринулся на Якобека, занеся руку для удара, но не успела. Ник Якобек легко ухватил его за запястье, развернул и от-пустил. Дэвис, спотыкаясь, полетел на сложенные кор-зины, разметал их и рухнул лицом на земляной пол ам-бара.
У меня потемнело в глазах, дыхание перехватило. Якобек посмотрел на меня. В его глазах не было жесто-кости.
– Простите. Я не хотел и не хочу причинять боль вашему сыну.
– А вы думаете, я вам это позволю? – Покопавшись в кармане джинсов, я вынула маленький перочинный ножик с перламутровой рукояткой, который всегда но-сила с собой. Ухватившись одной рукой за рубашку Яко-бека, я помахала трехдюймовым лезвием у него перед глазами. – Только троньте его еще раз, и я выпотрошу вас, как курицу!
Разумеется, я не напугала его своим смешным но-жичком. Черт побери, я не заметила в глазах Якобека и намека на страх! Но уважение в его взгляде было.
– Тогда вы должны его успокоить.
– Я сам могу успокоиться, – сказал Дэвис. – Глина во рту – это отличное успокоительное.
Он сел среди корзин. Его лицо было выпачкано крас-ной грязью. Из носа текла кровь. Внезапно его взгляд метнулся к дверям амбара.
– Со мной все в порядке! – хрипло крикнул он.
Мы с Якобеком развернулись одновременно и уви-дели стоящую там Эдди, побелевшую, как полотно, схватившуюся за живот.
– Как ты мог так поступить с ним, Ники? – Она пошатнулась и упала на колени.
– Эдди! –
Он подобрался к ней, сел рядом и обнял за плечи, придерживал ее лоб одной рукой. Эдди вырвало водой.
– Черт возьми, – выругался Якобек чуть слышно. – Я не знаю, как вести себя в такой ситуации.
– Вы в этом не одиноки, – призналась я. – Я не больше вашего понимаю, что происходит и почему.
Дэвис поднял голову и крепко прижал к себе Эдди.
– Мы поженились весной, – сказал он. – Эдди ждет ребенка. Она на третьем месяце.
Глава 10
Золотисто-синий осенний закат опустил туманную Дымку на горы Чочино, Большая Челюсть и Аталук. Вскоре туман заполнил всю Долину, заставляя агентов секретной службы ежиться и превращая их в призрачные тени. Дэвис и Эдди заперлись в спальне наверху, откуда они оба – по моему совету – звонили родственникам и друзьям, сообщая о состоявшемся бракосочетании и бу-дущем ребенке. Ошеломленная Мэри Мэй сидела в моем офисе за домом, принимая звонки от ошарашенных Макгилленов и Тэкери. Логан водил Люсиль по нашим коммерческим зданиям; она осматривала нашу систему защиты, делала записи и пыталась не показать виду, на-сколько увиденное ее впечатляет. Бэби Хаш сидела с Мэри Мэй в офисе, слишком изумленная, чтобы иг-рать. Она только завороженно слушала и смотрела. Да я и сама еще не совсем пришла в себя.
Николас Якобек занял мою гостиную и метался взад-вперед перед камином, прижав к уху какой-то на-вороченный телефон. Он больше слушал, чем говорил. Я тайком заглянула в гостиную и отметила, что у него очень усталый вид. Я не могла представить, что говорят ему Ал и Эдвина Джекобс. Только один раз я услышала его ответ, прозвучавший почти угрожающе.
– Нет, они не получили десятидолларовой государ-ственной лицензии или благословения Папы. Но они произнесли клятвы и подписали брачный контракт, со-стоящий из одного пункта. Кстати, контракт был состав-лен Эдди. И вне зависимости от того, серьезно или нет мы воспринимаем их брак, для них это дело решенное.
В тот момент я им восхищалась. Кто из мужчин ре-шится послать одновременно и президента, и Папу? Тут Якобек отключил телефон и увидел меня в дверях, но я не стала извиняться за то, что подслушивала. В этот мо-мент нам было не до пустых любезностей.
– Вы правы, Якобек: официальные клятвы или нет, но они не отступят. Во всяком случае, пока не уляжется возбуждение.
– Эдди учили не нарушать данное слово.
– Я тоже так воспитывала моего сына. И я уверена, что он искренен.
– А как насчет вас?
– Вы имеете в виду брачные клятвы? Я отношусь к ним с уважением. Они годятся для долгой дороги.
– Интересная мысль. Но я спрашиваю, что вы со-бираетесь делать сейчас, учитывая ситуацию?
Я почувствовала, как у меня загорелись щеки. При-дется скормить ему дезинформацию.
– Я намерена следовать простому, но железному правилу: семья должна держаться вместе. Долг обязыва-ет меня принять беременную невестку при любых об-стоятельствах и держать рот на замке ради моего буду-щего внука. Даже если я думаю, что этот брак необду-манный, наивный и, вероятно, обречен на неудачу.