Заводите моторы
Шрифт:
Все мое тело вспыхнуло огнем. Я последовала за ним и схватила его за плечо, потянув его, чтобы он посмотрел на меня. Он уставился на меня, его взгляд был смесью ненависти и чего-то еще, от чего по коже пробежал холодок, даже если мое тело полыхало от злости.
— Больше никогда не называй меня Крушителем, — дрожащим голосом ответила я.
— Я бы никогда тебя так не назвал. Я бы умер, но не навредил бы тебе. Я ненавижу то, что сделал в тот день. Я хотел защитить тебя и сберечь.
Его взгляд поднялся наверх, а губы сжались. В груди появилось чувство тяжести, пока я смотрела на него. Адреналин искрил
Я не позволю этому случиться. Не могу.
— Ты можешь просто продолжать гонять так, как ты умеешь? — прошептала я, повторяя одну из своих просьб.
Я замерла в ожидании, затаив дыхание.
— Да, могу, мисс Колтер. Босс, — последнее его словом было похоже на удар.
Выдернув костюм из моей руки, он отстранился так быстро, что я чуть не упала.
Это то, что мне нужно было услышать. Я — его босс. И больше никто.
Он ушел. Я осталась одна в гараже. Кожа вся покрылась мурашками, и я не могла выкинуть из головы его слова. Что значит он хотел защитить меня в тот день?
Глава 9
СЕННА
— Что он сказал? — спросила Джекс, пока я пялилась на свой блестящий лак на пальцах ног.
— Сказал, что скорее умрет, чем навредит мне.
— Твою ж мать, — сказала она, сделав долгий выдох и надув щеки. — И что ты ответила?
— Ничего, — запнулась я.
Джекс качала головой, пока наполняла мой второй бокал во время одного из наших послегоночных вечеров с просекко и педикюром. Два с половиной бокала — мой максимум, иначе я нашу совершать ошибки, а после сегодняшнего дня и учитывая отсутствие сна, меня либо трахнут, либо я ввяжусь в драку.
— И что теперь?
Я уставилась на Джекс, у которой были рыжие волосы, стрижка боб и веснушки, подчеркивающие ее нос и щеки. Когда я увидела ее, то подумала, что открыла реального единорога. Количество женщин в гонках росло, но их все равно было мало.
— Теперь, я избегаю его и займусь преображением.
Я чувствовала ее взгляд и гримасу.
— Потому что он тебе нравится? — Джекс пошевелила ногтями на ногах, крася их в цвета команды, но добавив серебристые звезды. — Ты бы поменяла свою внешность и свой образ ради него?
Я подпрыгнула с кровати и посмотрела на себя в зеркало.
— Конечно, нет. Он причина, по которой я избегаю его…
— Потому что он тебе нравится. Сложно не испытывать к нему чувств. Готова поспорить эти губы могут сотворить потрясающие вещи со всем женским телом, и, может, у него на самом деле такой же большой член, как у Антуана, — я поймала ее отражение в зеркале, когда она пошевелила бровями, и захихикала.
— Эй, твои мысли, не мои.
Я впилась зубами в нижнюю губу. Губы Коннора так и манили поцеловать их. Они всегда были соблазнительными. Когда ему было восемнадцать, я проводила слишком много времени, заглядываясь на них, и представляла, как прижимаюсь к ним своими губами. Но то была подростковая влюбленность. В последнее же время я представляла вещи категории 18+.
— Конечно, не думаешь. И тебе только что на ум не пришли самый грязные мысли. Твои глаза все выдают.
Я высунула язык в ответ и поперхнулась из-за запаха лака для ногтей.
— Еще я готова поспорить, что он языком может вытворять самые сексуальные вещи, — добавила она, хихикая.
Я ухмыльнулась и закатила глаза. Мне нужно засунуть куда подальше и прочно запереть любое влечение к Коннору. Он не был моим, чтобы я добивалась его. Настроение у этого парня было куда более переменчивым, чем мое. И, что куда важнее, я не могла позволить, чтобы что-то встало на пути этой работы. Гонка прошла лучше, чем я ожидала, но то была лишь одна гонка.
— Чем меньше мы говорим о нем, тем лучше. Впереди еще двадцать две гонки, а с Антуаном, который ведет себя, как надутый индюк, и Коннором, который хочет ему врезать, не говоря уже про нехватку денег на улучшение болидов или замену деталей после аварий, шансов на регулярный исход получше не так и много, — я медленно вдохнула, закрывая глаза и прикусив нижнюю губу.
— Справедливо. Держу пари, ты благодарна судьбе, что я — твой ведущий механик, — сказала она с поддельным смешком.
Я пригвоздила ее взглядом.
— Каждый день благодарна. Ты — одна из лучших гоночных механиков в мире, и сколько бы раз я не говорила тебе, как сильно нам повезло, что ты выбрала нашу команду, этого всегда будет мало.
— Вы тоже выбрали меня, — На коже вспыхнул румянец, пока мы улыбались друг другу. Хотела бы я иметь деньги, чтобы тратить их на болиды, а не заставлять ее команду корить себя за посредственность. — Итак, если причина преображения не в нем, тогда в чем?
Я рассматривала мебель, чтобы избежать ее пронзительного взгляда.
— Сенна, — настаивала она.
Я сморщила нос, расхаживая по комнате, а потом посмотрела на нее.
— Мне нужно улучшить свой внешний вид. Во-первых, я должна соответствовать Филипу, выдающемуся владельцу «Вэсса», — я встала перед зеркалом и рассматривала свои уставшие глаза и сальные волосы. — Он — идеал стиля. Когда речь идет о красоте, мне с ним не тягаться, что уж говорить о подборе образа, кричащем о силе и власти. И…
Мне не хотелось говорить о других вещах. Джекс встала позади меня, изучая меня и чувствуя мое сопротивление.
— Ты можешь рассказать мне о чем угодно, — сказала она, умоляя меня взглядом, прядь ее рыжих волос запуталась в длинных ресницах. — В чем дело?
— Я сыта по горло тем, что все пытаются защитить меня. Мой отец решил, что я ни на что не способна. Ники задумал хитроумный план, чтобы обеспечить мне защиту, а Коннор сказал то, что сказал, потому что слышал, как я плакала. По мнению мужчин я — жалкий подросток, и, возможно, это частично связано с тем, что я с семнадцати лет не меняла свой образ, но мое тело сильно изменилось.