Завещание

Маргарет Джоанна

Дорогая Изабель!

Я знаю, что сейчас ты в Генуе. Извини, что молчала – мне не позволяли с тобой связываться. Буду краткой: настаивай на том, чтобы тебе показали ВСЕ, что есть в архиве. Тебе придется быть не только ученым, но и сыщиком. Берегись графини и помни, что одно упоминание моего имени подвергнет меня еще большей опасности, чем та, в которой я сейчас нахожусь.

ВАЖНО! Ежедневно пиши сюда обо всем, что узнаешь: [e-mail]. Чем больше информации ты пришлешь, тем лучше. Удали это письмо.

С

любовью.

P.S. Тебе понадобится кофеин, а в кафе напротив палаццо самый крепкий и лучший эспрессо, который я когда-либо пробовала.

Я торопливо написала: «Роза! Ты цела? В каком смысле – чтобы мне показали все? Пожалуйста, объясни. Я нашла письмо Томмазо Фальконе, которые ты расшифровала. Я надеюсь, что найду оригинал здесь, в архиве. Это ты прислала мне открытку?»

Письмо вернулось обратно.

Дважды перечитав письмо Розы, я удалила как его, так и неотправленное письмо Уильяму, потом выключила компьютер и ушла к себе в комнату, где через некоторое время погрузилась в беспокойный сон без сновидений.

Глава вторая

На следующее утро дом был тих и пуст. На кухонном столе Марта оставила связку ключей и записку, в которой объясняла, что они с Луиджи вернутся поздно, а Алессандра гостит у бабушки. На столе также стоял кофейник с кофе, но он уже остыл. Управляющий палаццо наконец-то ответил на мое письмо:

«Госпожа Хенли, завтра в полдень у графини есть небольшое окно в расписании. Пожалуйста, приезжайте в палаццо к 11:45 и позвоните в звонок третьего этажа. С уважением, Э. Микелоццо».

Часы показывали 11:00. Я быстро переоделась, сбежала по лестнице, перепрыгивая через ступеньку и вышла за дверь. Забастовка такси продолжалась, так что мне пришлось идти пешком.

Небо затянула пелена облаков, прохладный влажный ветер бил в лицо. Пальто и шерстяные колготки не спасали от холода. Я сверилась с картой и свернула на узкую улицу Vico Sotto Le Murette, которая льнула к стене старого города. Церковь Сан-Сальваторе, построенную в стиле барокко, мимо которой я проходила вчера, узнала сразу. Я шла вперед быстрым шагом, уточняя дорогу при каждом удобном случае. Свернув в переулок, идущий под уклон, я миновала трех женщин с обесцвеченными волосами. Они были одеты в обтягивающие мини-платья, высоченные шпильки делали их еще выше. Одна из них, на вид моя ровесница, перехватила мой взгляд и подмигнула. За пять минут до назначенного времени я заскочила в швейную мастерскую. К тому времени щеки мои онемели от холода. Симпатичная полная женщина, вязавшая красный шарф, посмотрела на меня с интересом.

– Как пройти к палаццо Фальконе? – громко спросила я без приветствия.

– Ты почти на месте! – по-итальянски ответила она и указала спицами налево: – Сверни налево и затем еще раз налево.

Я последовала ее совету и вышла на площадь, на которой не было никого, кроме воркующих голубей. Снова повернув налево, я очутилась перед палаццо Фальконе.

Фасад здания шафранового цвета украшали мраморные барельефы и гротескные головы. На фоне насыщенного золотисто-янтарного фасада молочно-перламутровый мрамор, казалось, мерцал даже под слоем городской пыли и копоти. Над центральным входом сидели два высеченных из какого-то камня сокола, державшие в когтях добычу. Мраморные кариатиды поддерживали выступающую стену и балкон второго этажа. Сбоку ряд дверных проемов был почти скрыт за массивными воротами с железными решетками. Название «Фальконе» было написано заглавными, немного наклоненными вправо буквами поверх прутьев.

Через открытые ворота я прошла в темное

прохладное лобби и остановилась перед массивной двустворчатой дверью. Крепкий дуб покрывали железные шипы. В Средневековье такие двери предназначались для защиты от врагов – они с легкостью приводили мечи захватчиков в негодность. Рядом с двумя дверными молоточками в форме соколиных голов светился зеленый огонек современного переговорного устройства.

Я нажала кнопку «3 этаж», о которой писал господин Микелоццо. Я натерла ступню до волдыря, спина взмокла от пота. Утерев лоб, я вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь успокоить дыхание. Еще раз осмотревшись, я заметила глазок камеры, который наблюдал за лобби. Я потянулась к звонку еще раз, когда услышала стук шагов по брусчатке. Дверь с легким скрипом распахнулась, и предо мной предстал крупный мужчина. Когда я пожала его протянутую руку, под облегающим рукавом пиджака напряглись мышцы.

– Вы как раз вовремя, госпожа. Эмилиано Микелоццо, – представился он. Последний слог его имени звонким эхом отскочил от каменных стен. Тусклые голубые глаза навыкате напомнили мне о погасших мутных глазах рыбин, мимо которых я проходила вчера на рынке.

Телефон Микелоццо зазвонил, он достал его из кармана и принял вызов, закрыл второе ухо двумя толстыми, словно сосиски, пальцами. Пока он говорил, я осмотрелась во внутреннем дворе. Он был гораздо меньше, чем внешний. В центре сиял бронзовым блеском фонтан, украшенный фигурами дельфинов и мифических существ. Шафрановая краска на стенах внутреннего двора уже потеряла свой блеск и местами отслаивалась от стен. Запах, стоявший во внутреннем дворе, напомнил мне о том, как пахнет затхлая вода в вазе, цветы в которой давно увяли.

Микелоццо выглядел очень грузным. Ему могло быть как сорок пять, так и шестьдесят пять лет. Редеющие волосы были уложены в подобие тонзуры, что придавало облику определенную солидность.

– Следуйте за мной, – приказал он, пересекая двор. – Сюда, пожалуйста.

Я послушно пошла за ним через стеклянную дверь и поднялась по мраморной лестнице, серой и за много веков стоптанной ближе к середине ступеней ногами тысяч людей. В коридоре мы остановились, и Микелоццо открыл дверь в небольшую квадратную комнату с письменным столом у окна. Книжные полки позади стола были пусты, за исключением пары тонких томов на подставках в форме сокола. В комнате пахло известью.

– Сюда, пожалуйста, – повторил он, обойдя стол и жестом указывая на металлический стул. Я сняла пальто и присела. Прежде чем заговорить, я осмотрелась по сторонам.

– Спасибо за эту возможность, господин Микелоццо. Мне очень важно посетить палаццо после того, как я много читала о Фальконе. Сейчас мне кажется, что мои исследования шестнадцатого века оживают. – Едва я произнесла эту банальную фразу, мне сразу же захотелось взять слова обратно.

– Как долго вы пробудете в Генуе? – Он чуть подался вперед, и его пиджак слегка оттопырился… Неужели под ним был пистолет?

– Я буду… Я… Мне выделили средства для работы здесь в течение четырех недель.

– Четыре недели, – повторил он. – Позвольте мне быть искренним, госпожа Хенли… Коллекция документации шестнадцатого века, связанная с семьей, невелика.

– Но веб-сайт…

Он поднял руку, прерывая меня.

– Веб-сайт… Понимаете, многие документы из архива были самым вопиющим образом похищены из нашей коллекции. Поэтому я не совсем понимаю, почему вы приехали.

– Да, я читала о краже, мне очень жаль. – Я пыталась сохранить спокойствие. – Как я уже объяснила в своем письме, я рассчитываю внести вклад в изучение генуэзской истории и добиться признания для семьи Фальконе. Мне не терпится попасть в архив и поделиться с миром своими открытиями.