Залог любви

Хейтон Пола

Медленно, словно борясь с собой, Ричард отнял руку от волос Одри и сделал шаг назад.

10

Одри безостановочно зевала, откинувшись на мягкую кожаную спинку сиденья в машине Ричарда — они возвращались в Лондон. Она не могла отделаться от странного ощущения — вечером на пляже между ней и Ричардом явно что-то произошло. Тогда Одри на мгновение показалось, что Ричард хочет поцеловать ее. Теперь Одри была склонна приписать это своей

фантазии — сказались романтичные сумерки, шепот волн.

За последние несколько дней Ричард Андервуд стал значить для Одри слишком много, и она не могла сопротивляться этому. Конечно, Ричард великодушен и добр — но дело было не только в этом. Каждый раз, когда видела Ричарда, Одри обмирала — во рту пересыхало, сердце начинало колотиться.

Выходные, проведенные с Ричардом в доме его родителей, открыли Одри глаза — ей пришлось признаться себе, что Ричард Андервуд нравится ей не только как отзывчивый человек, бескорыстно предложивший свою помощь, и не только как друг. Одри — маленькой, беременной, толстой неудачнице — Ричард Андервуд нравился еще и как мужчина.

Признавшись в этом самой себе, Одри почувствовала некоторое облегчение. Главное — разобраться до конца в своих чувствах, а выход всегда найдется. Одри понимала, что в случае с Ричардом ей не на что рассчитывать — да она и не рассчитывала. Вот родится малыш — и все решится само собой. Работа, заботы о новорождённом — тут уж будет не до романтических бредней, вся дурь и блажь волей-неволей вылетит из головы.

Радуясь своей рассудительности, Одри удовлетворенно кивнула сама себе.

— Проснулась? — весело спросил Ричард. — Я уж думал, ты всю дорогу будешь клевать носом.

— Я не понимаю, Ричард, как ты можешь быть таким бодрым в столь ранний час. — Одри зевнула, прикрыв ладошкой рот. — Может, остановимся у какого-нибудь кафе и выпьем кофе?

Ричард кивнул.

— Что ж, идея насчет кофе неплохая. — Словно фокусник, Ричард пошарил между передними сиденьями и, не оборачиваясь, протянул Одри термос.

— Что это? — удивилась она.

— Кофе. Ты же просила. Мама дала в дорогу.

— Какая у тебя предусмотрительная и заботливая мама! — восхитилась Одри, отвинчивая крышку.

— Не могу не согласиться.

Одри отпила горячий кофе и зажмурилась от удовольствия.

— Бодрит каждый глоток! — весело заявила она. — Знаешь, Ричард, Сибил обещала сфотографировать моего малыша, когда он появится на свет.

— Узнаю свою сестру. — Ричард улыбнулся. — Но хочу тебя предупредить, что потом она обязательно выклянчит у тебя разрешения продать фотографии в какой-нибудь журнал.

— Уже выклянчила.

Некоторое время они молчали.

— Ты довольна тем, как провела выходные? — спросил наконец Ричард.

— Да, только…

— Что?

— Ричард, — Одри

замялась, — я хотела спросить… Что произошло вчера вечером?

Ей показалось, что Ричард вздрогнул.

— Я не понимаю, о чем ты? — Его голос звучал глухо.

— Вчера вечером, когда мы гуляли вдоль залива?

— А-а… — Ричард сильнее вцепился в руль. — А ты сама как думаешь?

Его голос звучал столь сухо, что Одри растерялась: казалось, Ричард искренне не понимает, что она имеет в виду. Так, значит, горько подумала она, мне все это показалось: его глаза, излучающие нежность, его рука, тянущаяся к моим волосам… Богатая у меня фантазия, ничего не скажешь!

— Я думаю, это была приятная прогулка, — как могла беззаботно, сказала Одри. — Приятная вечерняя прогулка, только и всего.

— Я тоже так думаю.

Одри уловила заметное облегчение в голосе Ричарда.

Всю оставшуюся дорогу они помолчали.

— Одри, ты выглядишь подавленной, — сказал Ричард, с беспокойством глядя на нее, когда они подъезжали к ее дому. — Я чем-то обидел тебя? Сказал что-то не то?

— Нет-нет, что ты!

Это вовсе не из-за того, что ты сказал, с горечью подумала Одри, а из-за того, чего ты не сказал.

— Так в чем же дело?

— Ничего особенного, я просто немного устала, вот и все…

И влюбилась в тебя, мысленно закончила Одри.

Ричард встревожился.

— Тебя утомило путешествие. Когда у тебя запланирован визит к врачу?

— Завтра утром.

— Завтра? А как же работа? Одри беспечно махнула рукой.

— Успею до начала рабочего дня.

— Может, тебе взять отпуск? Как ты себя чувствуешь?

— Отлично, — уверенно сказала Одри. — Просто отлично.

После чудесных выходных, проведенных в кругу семьи Ричарда, Одри вернулась к работе, к проблемам с деньгами, к предательству Тедди.

По сравнению с минувшей неделей заметно похолодало. Ветер норовил сбить прохожих с ног, а Одри, как назло, не догадалась надеть плащ. От врача Одри пришлось добираться до банка на метро — это тоже не улучшило ее настроение. К тому же ноги казались такими тяжелыми, словно к ним привязали пудовые гири.

Как хотелось Одри позвонить сейчас матери и выплакаться ей хотя бы в телефонную трубку — но о материнской поддержке пока не приходилось и мечтать. Одри не хотелось взваливать на мать еще и свои проблемы — для этого она слишком любила ее. Одри хотелось, чтобы родители увидели ее самостоятельной, уверенной и заботливой матерью, заменяющей своему малышу и отца, и мать. А сейчас — сейчас Одри была как никогда далека от этого идеала, придуманного ею самой.

Узнав, что мистера Спрингфилда не будет весь день, Одри направилась к его дочери Марион.