Я устала быть сильной

Истомина Аня

Накрывает ощущением какой-то исключительности.

Включив музыку, собираюсь в казино. Делаю укладку и вечерний макияж. Надеваю шикарные нежнейшие кружевные трусики, чулки, и платье в пол рубинового цвета с развратным разрезом вдоль бедра и полностью открытой спиной. Думаю, чудовище оценит.

Я купила это платье в Париже, случайно увидев в бутике. Это была любовь с первого взгляда. Ни разу его никуда не одевала в итоге, потому что оно слишком броское и вызывающее для ресторанов. Но вот для казино –

да, мне кажется, самое то.

Бежевые лодочки на металлической шпильке и бежевый клатч дополняют образ.

Когда Рафаэль присылает короткое “Выходи”, сбрызгиваю волосы, шею и запястья любимыми вишневыми духами с легким табачным шлейфом и выхожу из квартиры.

Чудовище курит возле своей машины.

Свежий, выбритый, в очередном черном, идеально сидящем костюме с небрежно расстегнутым пиджаком, он задумчиво рассматривает дерево, не замечая моего приближения.

Стараясь идти как можно тише, подкрадываюсь к нему сзади. Хочу обнять за талию и прижаться к спине, удивив, но в последнюю секунду Рафаэль разворачивается и подхватывает меня за поясницу, требовательно вжимая в себя.

– Не делай так никогда, если не хочешь, чтобы я случайно сломал тебе нос. – щурится, выдыхая дым в сторону, а уже затем окидывает меня заинтересованным взглядом.

Его глаза задерживаются на ложбинке моего декольте, а ладонь ощупывает вырез на пояснице.

– Нравится? – выдыхаю, покрываясь мурашками от его прикосновений.

– Нравится, – хмуро бросает и снимает свой пиджак. – Уверен, понравится не одному мне.

– Ну, ты серьезно? – обиженно отстраняюсь, но Рафаэль все равно накидывает мне его на плечи. – Я что, вот так буду весь вечер ходить?

– Если потребуется – да, – бросает взгляд на вырез на бедре и снова хмурится. – Блядь.

– Брюки отдашь? – усмехаюсь.

Закатывает глаза и уходит к машине.

Вздохнув, сажусь в галантно открытую мне дверь и, пока Чудовище обходит капот, чтобы сесть за руль, прижимаюсь носом к лацканам его пиждака и жадно втягиваю будоражащую смесь дорогого парфюма и кофейного табака. Он замечает это через стекло и усмехается.

– Черт, – вздыхает, останавливаясь на светофоре и бросая взгляд на мои ноги. – Еще и чулки видно.

– Тебя смущает? – бросаю взгляд на кружево и подтягиваю так, чтобы спрятать его.

– Меня не смущает, – усмехается и поправляет ширинку. – Но, не факт, что мы доедем. Возможно, я решу отработать свои долги в ближайшем лесочке.

– А как же Чернов? – напоминаю ему его же утренний телефонный разговор.

Вздыхает.

Всю дорогу ловлю на себе короткие взгляды. Кажется, чем ближе мы подъезжаем, тем сильнее хмурится Рафаэль.

– Что-то не так? – не выдерживаю, когда мы тормозим возле массивных ворот, за которыми виднеется огромное здание с колоннами и лепниной.

–

Хуевая затея, – бросает, прикуривая, пока автоматика медленно открывает железные створки. – Надо было тебя дома оставить.

– Ну почему? – обиженно хмурюсь. – Я буду хорошо себя вести.

– Мгм, – кивает, зажав сигарету в зубах и усмехнувшись.

39. Казино

Когда ворота открываются, мы проезжаем охранников в камуфляже с автоматами.

Разглядываю их с интересом, парочка провожает меня пристальными взглядами.

– Прекрати пялиться на мужиков, – фыркает Рафаэль.

– Почему? – оборачиваюсь к нему с усмешкой. – Я же просто смотрю.

– И давай сразу договоримся: от меня ни на шаг.

– О, боже, – со вздохом закрываю лицо рукой. – Я, конечно, и не собиралась, но не думала, что ты будешь таким душным.

– Душным? – усмехается Рафаэль, паркуясь возле особняка. – Это простые меры безопасности.

– Мне кажется, что ты немного перестраховываешься.

– “Перестраховываешься” – это когда с охранниками едешь. А у меня всего лишь автомат в багажнике.

Молча смотрю на него, не понимая, шутит он или нет.

– Пошли, – усмехается.

Выйдя на улицу, я еще раз оглядываюсь: огромное шикарное здание с лепниной и высокими ступенями, больше похожее на какой-нибудь театр или музейный комплекс и уж точно не на казино. Вокруг – аккуратные газоны с ухоженными кустами по периметру и античные статуи.

Наступают сумерки и вся территория подсвечивается иллюминацией.

Скинув пиджак, отдаю его Рафаэлю. Он с очередным вздохом принимает его и, окинув меня недовольным взглядом, подставляет локоть.

С удовольствием положив руку на его предплечье, поднимаюсь по ступенькам.

Двери перед нами распахивает швейцар. Как все серьезно.

Внутри здание еще больше напоминает театр: большой холл, высокие потолки, зеркала. Нас встречает, видимо, администратор. Красивая девушка со взглядом трепетной лани.

– Рафаэль Маркович, – со скромной улыбкой опускает она глаза в пол и едва ли не изображает легкий поклон, бросив на меня лишь короткий ревностный презрительный взгляд. – Приятно вас видеть.

Чудовище лишь коротко кивает в ответ.

– Ты с ней спал? – уточняю хмуро, когда мы проходим дальше.

– Нет, – усмехается. – С чего ты это взяла?

– Она странно на меня смотрела.

– Возможно, она хотела бы оказаться на твоем месте. – пожимает плечами Рафаэль.

– Это какой дурой надо быть? – фыркаю и подпрыгиваю от шлепка по заднице.

– Эмма, не нарывайся. – абсолютно ровно просит он. – Я и так на грани. Ты же не хочешь, чтобы я затащил тебя в ближайший темный угол и трахнул?