Я - АЛКАШ
Шрифт:
– Ты всё-таки хочешь, чтобы вместо подарков я дал продавцам деньгами? – вспомнил наш утренний разговор Алик, прикуривая сигарету. Он предпочитал «Кэмел».
– Конечно. На хрена им эти польские тени, тушь или помада. Лучше выпиши им премию, и они сами купят, что им надо, - я как обычно старался выбить для девчонок немного деньжат.
– Ну, и сколько кому? – буркнул Алик. Он очень расстраивался, когда разговор заходил о зарплатах и премиях.
– Вот. Я уже всё приготовил, - я достал из своей папки - а я, как и положено коммерческому директору повсюду таскался с кожаной папкой, - конверты в которых лежали поздравительные
– Во, гляди, Мышь, как наш директор о работниках заботится, - Алик продемонстрировал Вике одну из поздравительных открыток.
– Он молодец! – Вика мне дружески улыбнулась.
– За это его девочки и любят!
– Да уж всех, небось, перетрахал, а?! – Алик засмеялся и стал разливать коньяк по рюмкам.
– А тебе что, завидно?! – чуть ли ни хором спросили я и Вика.
– Конечно, завидно! – ответил Алик, уворачиваясь от ладони, замахнувшейся на него любовницы.
– Я – хозяин, чёрт побери, или хрен с бугра!
Вика, смеясь, вскочила с кресла и начала стучать кулачками по спине Алика. Тот спасался, как мог и старался при этом не разлить стоявшие на столе рюмки. Я же смотрел на повёрнутую ко мне аппетитную, обтянутую джинсами-резинками – кстати, последнего писка горюнаевской моды, - попу нашей секретарши и думал, что если бы не шеф, то у нас с Викой очень бы даже могло получиться. Я не раз ловил на себе её заинтересованный взгляд, но я был твёрд и старался подавлять в себе даже какой-нибудь намёк на желание закрутить с Викушей роман. Никогда не подбирал объедки, да и работой я дорожил. И знали мы с Аликом друг друга не первый год – совместная служба на Флоте тоже чего-то стоила.
– Ладно, давай посмотрим, что тут директор нашим девочкам пообещал, - Алик усадил Вику обратно в кресло и стал читать бумажечки с суммой премии.
– Мы с тобой говорили на эту тему, если ты, конечно, помнишь… - начал, было, я подготавливаться к возможным возражениям, продолжая невозмутимо дымить вкусной сигаретой.
– Да-да, помню, - Алик стал подписывать бумажечки, почти не читая.
– У меня сегодня хорошее настроение, пусть девушки порадуются.
– Ну, господин директор, теперь тебя ещё больше любить будут, - Вика закурила тонкую дамскую сигарету и посмотрела на меня вот тем самым заинтересованным взглядом.
– Да мне вроде и так хватает, - я скромно потупил глаза.
– Ну, ладно с делами покончили, - Алик подписал последний конверт и отдал всю стопку мне, - давайте, праздновать!
Мы выпили ещё по одной рюмочки, и тут зазвонил телефон. Телефон был городским, эра мобильной связи ещё не наступила.
– Офис компании «Сириус-2»! – выпендрился шеф, улыбаясь во весь рот. Но по мере того, как продолжался разговор, улыбка с его лица постепенно сползла.
– Суки, заебали! – после того как повесил трубку, гаркнул Алик.
– Что случилось? – опять в унисон поинтересовались я и Вика.
– Серафим сейчас пожалует, - сплюнул Алик и стал нервно, расплёскивая божественный напиток по столу, разливать коньяк.
– Один? – спросил я, машинально закуривая.
– Когда они, блядь, по одному приезжали! – Алик убрал пустую бутылку под стол.
– С Кощеем и Толстым! И чего надо, блядь?! Ты деньги точно передал?
– Конечно. Вчера ещё вечером. Сам лично в руки отдал пацану, который от них всегда приходит.
–
Незапланированное общение с «крышей» всегда сулило если ни неприятности, то уж непредвиденные расходы так это точно. Алик это знал, и именно это его разозлило. В принципе общался с «братками» он всегда легко и непринуждённо. Отношения были даже как бы и дружеские – но это только видимость, «как волка не корми, а он всё равно в лес смотрит». И потому лишний раз встречаться с бригадиром Серафимом и его ближайшими соратниками, так сказать, Кощеем и Толстым, Алику очень не хотелось. Тем более день «зарплаты» был вчера, и я лично отдал конверт с деньгами бойцу из бригады, которого специально дожидался в нашем центральном ларьке. Деньги были мною лично пересчитаны несколько раз, так что никакого подвоха с этой стороны ожидать не приходилось. Обычно в эти дни Алик сам встречался с курьером, но вчера он попросил меня, а сам зависал с Викой в сауне.
Не успели мы, молча выпить по рюмке, как дверь в офис резко открылась и один за другим вошли трое парней соответствующей внешности и совершено по стандарту одетые. Только сам бригадир вместо положенной кожаной куртки носил кожаный плащ, чуть ли ни до пят, а на Кощее вместо норковой шапки красовалась кожаная кепка. Брючины спортивных штанов от костюмов «Адидас» были у всех троих заправлены в зимние кроссовки. Парни вошли, ни говоря, ни слова, мы же, как по команде вскочили со своих мест. Алик широко улыбаясь, а он это умел – изобразить неподдельную радость, шагнул на встречу Серафиму, протягивая ему руку, мы же с Викой, бочком-бочком, стали пробираться к выходу. Я, честно признаться очень не любил общаться с братвой, да и Алик всегда нам с Викой говорил, чтобы мы уходили, когда в офис приезжали парни из бригады. «Мне так легче общаться с ними, один на один, - пояснял шеф, - да, и брякните ещё чего-нибудь по глупости, а им только дай повод, разведут на раз-два!». Вот поэтому мы с Викой, и не стали ждать, когда нас попросят покинуть помещение. Поздоровавшись с Аликом Серафим, также, не произнеся ни слова, уселся в моё кресло, достал «беломорину» и по офису заструился лёгкий конопляный аромат.
– Ну, это, я пойду в администрацию схожу, - бодро сказал я, и, схватив свою папку, направился к выходу.
– А я в соседний офис зайду, там девчонка просила ей с бумагами разобраться, - так же засуетилась Вика.
– Подожди, не уходи, – вечно улыбающийся Кощей загородил Вике дорогу, - посмотри, что я принёс.
Тут-то только я и заметил у него в руке какой-то аппарат, смахивающий на полевой армейский телефон. На крышки агрегата виднелась хорошо заметная надпись «motorolla».
– Кощей, хорош паражняка гонять! – подал голос с моего кресла Серафим.
– Нам некогда тут тереть!
– Иди, иди, подруга, и ты тоже, - это уже очнулся Толстый и махнул нам с Викой рукой. Я видел, что Алику очень не хотелось оставаться одному, но подчиняясь его же приказу, мы с Викой вышли в холл и сели в кресла под огромными фикусами в кадках.
– Брр, не люблю этих уродов, - передёрнула плечами девушка.
– Блин. Даже сигареты от страха там оставила. У тебя есть с собой?
– Да, ладно, - я достал из своей пачки нам с ней по сигарете, и чиркнул зажигалкой, - Алик умеет с ними разговаривать. К тому же ничего мы им не должны.