Ввод
Шрифт:
После войны Британия ушла на второй план. Теперь вы соревнуетесь с Америкой. По имперским амбициям, это те же англичане, только с американским паспортом.
— Ну, все же, они родом оттуда, — засмеялся Бурцев.
— Да, это одна порода. В природе чудес не бывает. Политика — упрямая штука. Теперь уже американцы занимаются подкупом южных племён. Им удалось навязать нашему правительству договор с американской строительной компанией «Марисан-Надсон» на строительство ряда объектов. На покрытие расходов по данному договору ушли все валютные запасы Афганистана.
— Что, вас ободрали как липку?
— Да, Василий, государство и без того бедное, стало исключительно нищим.
— Зато моему народу дорого. Мать пахала в колхозе, не разгибая спины, чтобы где-то на перевале чужому государству построили тоннель и дорогу.
— Это, Василий, дело вашего правительства. Они захотели подкупить афганского эмира, вот и построили по дешевке.
— Скажите, чего лезут к вам, англичане, русские, немцы, американцы?
— О, это интересный вопрос! Я об этом часто думаю, и постараюсь объяснить вам просто и доходчиво. Тут дело всё в верхушке власти. Понимаете, человек рвется к власти, вот он ее достиг и самое время наслаждаться ею. Аль нет, оказывается, здоровье шалит. Оно потрачено на борьбу с конкурентами, а так хочется продлить удовольствие, упиваться властью.
Ноха замолчал. Он пошевелил палочкой, расправил угли.
— Зухур, пора шашлыки ставить, — сказал он водителю. — Да, так о чём вы спрашивали?
— Чего они сюда лезут?
— Страна маленькая, разрозненные племена и самое главное, близко Гималаи и Тибет.
— А причём тут эти горы?
— В них-то и вся суть. Я когда учился в Союзе, сдавал экзамен по биологии. Однажды в библиотеке, я наткнулся на книжечку. Сейчас, минутку, запамятовал. А вот вспомнил — что-то о вырождении картофеля на юге. Что за чушь, думаю. Я и так знаю, что картофель у нас не растет, ровно так же, как на севере дыни и арбузы. Поинтересовался, кто же автор. Гляжу, академик Лысенко. Стал интересоваться, а у нашего рода пытливый ум, за что берёмся, раскручиваем до конца. Так вот, изучаю этого Лысенко и узнаю, что он Герой Соцтруда, трижды лауреат Сталинской премии. Думаю, за что же это власти так щедры, не за картофель же. Ну, там ещё занимался борьбой с ревизионистами в биологии, оказывается, и это есть в советской биологии. Нет, не может быть, — думаю, — чтоб за это трижды премией награждать. Копаюсь дальше и нахожу, что этот Лысенко занимался проблемами омоложения организма. Искал эликсир молодости и пообещал это властям. Эврика! — воскликнул я. — Так вот в чем дело. Он пообещал вождю вечную молодость. Я удивляюсь, на что Сталин был недоверчивым к людям, а всё же клюнул на эту куклу. Как власти негодовали, когда умер Лысенко, что их так надули.
— Доктор, вы, кажется, ушли от ответа на мой вопрос.
— Нет, нет, мы как раз подходим к главному. В сказке «Конёк-горбунок» царь хочет омолодиться и решается прыгнуть в кипячёное молоко, да в студёную воду. Царь всегда в сказках хочет молодости и посылает Ивана за молодильными яблоками. Не случайно народ подметил — это факт.
— Так вы хотите сказать, что в Гималаях растут молодильные яблоки?
— Я этого не говорил. Их там нет, но там есть другое — Шамбала. Слышали когда-нибудь о таком городе?
— Читал как-то мельком, Елена Рерих пишет.
— Вот, вот, они тоже жили с мужем Николаем в Гималаях и Шамбалу искали. Я помню ещё ребенком, дедушка мне рассказывал то ли сказку,
— Но это же бред! — воскликнул Бурцев, — в это может поверить только дурачок.
— А где вы видели правителей блистающих умом, у них две извилины, одна как захватить власть, а другая как её удержать. Если не все, то, по крайней мере, многие верят, желая продлить своё наслаждение властью. И второе. Говорят, в Шамбале хранится Грааль. Это Священная чаша. Мы, мусульмане, не верим этому, но в христианском мире есть такая легенда. Кто владеет чашей, тот владеет и миром. Вот и крутятся они тут. И англичане, и Гитлер экспедиции снаряжал, да и ваши не дремали, невзирая на то, что материалисты. Яков Блюмкин под видом хромого дервиша долго здесь крутился. Дед его хорошо знал.
— Что, отыскал Блюмкин Шамбалу? — пошутил Бурцев.
— Нет, погиб в лагерях. Зачем Сталину такой компромат. Коммунисты ищут мистическую Шамбалу. К тому же Блюмкин был другом Троцкого, а стало быть, враг Сталина.
— Мне кажется, её никто не найдет. Скажите, как можно отыскать то, чего нет?
— Я бы так не утверждал. Если мы не видим предмет, это не означает, что его вовсе нет. Мы с вами электрон или протон до конца своей жизни не увидим, или уж куда меньшую частицу нейтрино, которую никто не видел. Но утверждаем, что они существуют.
— Это же наука, — возразил Бурцев.
— И это наука, только религиозная. Тибетские монахи утверждают, что достигшие высшей точки нирваны, там бывают.
— Если это наука, то почему молчит другая наука — археология? Куда делась цивилизация и почему не находят ее осколков?
— Делась туда же, куда и стремится наша. Погибла. А по поводу, как вы выразились, осколков, я скажу так. Представьте, что придумано оружие, которое разрушает предметы на молекулярном уровне. Дома, люди, машины, и даже часть земной коры при воздействии этого оружия превращается в атомы водорода. Это наукой доказано, что при взрыве Вселенной должен образоваться простейший атом водорода. Его как раз в космосе наибольшее количество. Соединяясь с кислородом, он образует воду. Вот, например, мы сидим здесь, а на нас подействовали каким-то лучом — и от нас в, прямом смысле, мокрое место, лужа осталась. А с того города, — Ноха махнул рукой в сторону лежащего внизу Кабула, — может быть озеро. Скорее всего, это выпадет дождём, вот вам и всемирный потоп. А там, где воздействовали оружием, плодородная часть земной коры превратилась в водород, испарилась, образовалась пустыня.
— Я гляжу, у вас, доктор, целая гипотеза о всемирном потопе и пустынях. Это уже что-то из области фантастики.
— Почему вы так думаете? Говорят, Эйнштейн проводил эксперименты с эсминцем. Он у него исчезал, а затем появлялся в другом месте. Правда, неудачно, люди погибали. Сжёг он все бумаги. Нельзя человечеству в руки давать такое оружие. Скорее всего, и в Шамбале так думают. Если горе правителям попадёт в руки такое открытие, на земле останется одна пустыня.
— Хорошо, предположим, что вы правы. Хоть что-то должно же остаться, не могло же всё превратиться в воду!?